Глава сорок пятая. О царе Цзивокье

Глава сорок пятая.

О царе Цзивокье

Так было однажды услышано мною. Победоносный пребывал в Шравасти, в саду Джетавана, который предоставил ему Анатхапиндада, в окружении двадцати с половиной сотен монахов высокого звания. Победоносный, как-то раз заметив, что монахи, будучи привержены к нарядной одежде, прибыткам и славе, стараются скопить и прибрать к своим рукам как можно больше [всякого добра], так сказал им о вреде алчности:

– Каждый алчный после разрушения тела своего[113], жизнь закончив, сразу же попадает на стезю трех дурных рождений и подвергается бесчисленным страданиям. Вспоминаю, как я в прежнем рождении, в давно прошедшие времена, из-за жадности попал на стезю дурных рождений и претерпел множество мучений.

Тогда Ананда, став на колени и сложив вместе ладони, обратился к Победоносному с такими словами:

– Каким образом из-за жадности попал Победоносный на стезю дурных рождений?

– Давным-давно, столь безмерное и бессчетное количество калп назад, что и умом не окинешь, – стал рассказывать Победоносный, – здесь, в Джамбудвипе, был царь по имени Чубате. Этому царю подчинялось восемьдесят четыре тысячи вассальных князей Джамбудвипы, и было у него двадцать тысяч жен и дворцовых наложниц, а также десять тысяч великих советников.

Как-то раз на макушке у царя вскочил волдырь размером с куриное яйцо. Был волдырь совершенно прозрачен и чист и не подчинял боли.

Волдырь постепенно рос, а когда стал величиной с тыкву, то лопнул, и из него появился чрезвычайно красивый ребенок, с волосами иссиня-черного цвета и золотистым телом, отмеченный благими знаками.

Гадальщик, осмотрев ребенка, оказал:

– Этот мальчик обладает приметами, говорящими о его удивительных достоинствах. Без сомнения, он станет Чакра- вартином, владыкой четырех континентов. – И дал ребенку имя Цзивокье, что означает «Макушкой рожденный».

Когда мальчик вырос, то за свои высокие достоинства был посажен царем на вассальное княжение.

Как-то раз царь заболел. Собрались вассальные князья, ухаживали за больным царем, лечили его, но все было напрасно, царь скончался. Тогда собравшиеся вассальные князья отправились туда, где находился Цзивокье, и, придя к нему, сказали:

– Поскольку великий царь скончался, то просим тебя стать царем.

Цзивокье ответил на это:

– Если я обладаю благой заслугой и судьбой стать царем, то пусть четыре великих царя вместе с Индрой попросят меня об этом и поставят на царство.

Как только он вымолвил эти слова, спустились [с небес] четыре великих царя, держа драгоценную вазу, наполненную благовонной водой, и, вылив ему [воду] на темя, наделили царской властью. Спустился и царь богов Индра, который преподнес драгоценную корону и, надев ее на голову Цзивокье, восславил его достоинства.

Тогда вассальные князья попросили нового царя прибыть на царство в срединный царский удел.

– Если мне суждено быть царем, – отвечал им Цзивокье, – то должно, чтобы царские земли прибыли ко мне, а я не пойду за ними.

И тут же появился здесь царский удел с царским дворцом, садом, бассейном для омовеиия и всем необходимым. Вместе с тем здесь оказались все атрибуты вселенского монарха: золотое колесо, драгоценный слон, драгоценный конь, драгоценная женщина, драгоценный советник, драгоценный домохозяин, и, таким образом, Цзивокье стал Чакравартином, владыкой четырех континентов, осуществлявшим правление согласно Дхарме.

Как-то раз, видя, что многие люди землю обрабатывают и пашню готовят, он опросил советников:

– Для чего это делается?

– Все живое жизнь поддерживает пищей, для этого люди и пашут, – отвечали советники.

Тогда царь произнес:

– Если я обладаю силой благой заслуги, сделавшей меня царем, то пусть, не требуя работы, сами собой появляются всевозможные яства, да так, чтобы всем было вдоволь и исчезли бы голод и неутоленная жажда!

И как только эти слова были сказаны, сами собой явились еда и напитки.

Однажды на прогулке царь заметил ткачей, занимавшихся прядением и тканьем.

– Что они делают? – спросил он.

– Еда появляется сама собой, – отвечали ему, – однако нет одежды, прикрывающей тело. Они и делают одежду.

Тогда царь произнес такие слова:

– Если я обладаю царским жребием, то пусть сама собой появляется одежда! Пусть у всех бедняков будет достаточно одежды!

И как только эти слова были сказаны, на всех деревьях сами собой выросли одежды всевозможных расцветок, и у всех людей появились в изобилии разные носильные вещи.

Во время очередной прогулки заметил царь людей с музыкальными инструментами в руках.

– Что это все означает? – спросил царь.

– Поскольку теперь вдоволь еды и одежды, – отвечали ему, – то музыканты играют на разных инструментах. Вот это и есть музыка, сопровождающая радость и веселье.

– Если я обладаю царским жребием, – сказал тут царь,- то пусть музыка играет сама собой и сами собой появятся лучшие музыкальные инструменты!

И как только эти слова были сказаны, на ветках всех деревьев появились музыкальные инструменты. Желаешь слушать музыку- сами собой раздаются мелодичные звуки, доставляющие радость.

Благодаря благим заслугам и великому счастью царя с небес дождем стали падать драгоценности семи родов и заполнять всю страну. Царь спросил советников:

– Чьи добродетели вызывают подобное?

– Подобное вызвано добродетелями царя и благими заслугами живых существ, – отвечали ему советники с поклоном.

– Если причина этого-сила благих заслуг живых существ, то пусть драгоценности выпадают повсюду! – сказал тогда царь. – Если же это происходит только в силу моего жребия, то пусть драгоценности падают только в пределах дворца!

И как только были произнесены эти слова, то в других местах драгоценности перестали падать и падали лишь в пределах дворца непрерывно в течение семи суток.

И наслаждался Цзивокье в Джамбудвипе пятью радостями{146} на протяжении восьмидесяти четырех тысяч лет, после чего около дверей его дворца появился якша и громовым голосом прокричал:

– На востоке имеется Восточная страна достойных{147}. Там благостно и беспримерно прекрасно. Поэтому, великий царь, тебе стоит туда отправиться!

Царь был рад сделать это. Вместе с золотым колесом поднялся он в небо, за ним последовали драгоценный советник и другие драгоценные атрибуты Чакравартина, и они прибыли в Восточную страну достойных. Все [тамошние] вассальные князья поклонились (присягнули?) ему, и восемьдесят тысяч лет наслаждался царь всеми пятью радостями в Восточной стране достойных.

После этого якша снова сказал:

– На западе имеется Западная страна, где разводят скот{148}. Там также весьма благостно. Великому царю стоит туда отправиться.

Царь был также рад сделать это, и наслаждался он всеми благами в Западной стране, где разводят скот, сорок тысяч лет.

И снова якша сказал:

– На севере имеется Северная страна неблагозвучных голосов. Люди той страны живут в дружбе и обладают прекрасным достатком. Поэтому царю стоит отправиться в ту страну.

Царь с радостью отправился туда и в течение восьмидесяти тысяч лет наслаждался всеми пятью радостями в стране неблагозвучных голосов.

Затем якша оказал:

– Благостность местопребывания четырех божественных царей из рода великих царей-хранителей не поддается измерению. Царю следовало бы туда направиться.

Царь вместе с советником и войскам четырех родов взмыл в небо и направил свой путь в ту страну.

Четыре великих царя, издалека увидав его, перепугались и, собрав войско, вышли навстречу. Однако они ничего не могли поделать и вернулись назад.

Цзивокье правел там, наслаждаясь всеми благами, десять тысяч лет и [затем] решил отправиться в обитель тридцати трех богов. Вместе со всей своей свитой он взмыл в верхнее небо и направил свой путь в обитель тридцати трех богов.

В то время в долине горы Меру обитало пятьсот риши. Упавшие испражнения и моча царских слона и коня коснулись риши, и те спросили один другого:

– Что это?

Один риши, обладавший острым умом, сказал другим:

– Царь Цзивокье следует в обитель тридцати трех богов. Несомненно, это нечистоты его слона и коня.

Разгневавшись, риши с помощью мантр{149} и мудр{150} преградили путь Цзивокье и его многочисленной свите.

Царь же, узнав об этом, произнес такое заклятие:

– Если я обладаю благой заслугой и могуществом, то пусть эти риши явятся ко мне и почтят меня!

В силу великих царских достоинств и его могущества пятьсот риши один за другим предстали перед ним и служили ему. И путь в обитель тридцати трех богов был продолжен.

Поднявшись вверх, царь и его свита издалека увидали прекрасный дворец богов, сверкающий всеми цветами радуги. В том прекрасном дворце имелось двенадцать с половиной сотен ворот. Испуганные боги заперли ворота на тройные железные засовы.

Цзивокье вместе с войском беспрепятственно подошел к дворцу. Протрубив в рог, он натянул и отпустил зазвеневшую тетиву. Тут же все двенадцать с половиной сотен ворот одновременно сами собой отворились, и вышел Индра встретить царя. Он ввел царя во дворец богов и усадил его на половину своего трона[114].

Владыка богов и владыка людей походили друг на друга своим внешним видом. Смотрящие на владык не различали их [с первого взгляда] и распознавали, только приглядевшись.

Царь пребывал во дворце богов, наслаждаясь всеми пятью наивысшими радостями, на протяжении тридцати шести кончин и новых воплощений владыки богов Индры, последним из которым был бодхисаттва по имени Кашьяпа.

В то время владыка асуров двинул на богов свои войска. Индра не мог противостоять им и вместе со своим войском бежал назад, в свою обитель.

Тогда вышел Цзивокье, протрубил в рог, прозвенел тетивой лука, и тут же все войско асуров обратилось в бегство.

Тут Цзивокье подумал: «Никто не может сравниться со мной силой и могуществом. Затем же делить власть с Индрой? Лучше я убью его и буду господствовать один».

Но как только возник этот греховный помысел, царь тут же низвергся с небес и упал при последнем издыхании около дверей своего прежнего дворца, пришедшего в упадок. К нему приблизились люди и обратились с такими словами:

– Если нас спросят, каким образом умер владыка мира царь Цзивокье, что на это отвечать?

– Если такое спросят, – сказал Цзивокье, – то отвечайте следующее: царя Цзивокье сгубила власть желаний. Четыреста миллионов лет правил он четырьмя континентами, семеро суток падали дождем драгоценности, и хотя двух обителей богов достиг он, но все было ему недостаточно, за что он низвергся с небес и умер.

– Поэтому, монахи, – заключил Будда, – страсть к наживе и славе воистину есть великое зло. Навсегда отриньте ее и сосредоточьте все помыслы на достижении истинного просветления.

Тогда Ананда спросил Победоносного:

– Что за благую заслугу сотворил в прежнем рождении царь Цзивокье, если обрел столь великий плод?

– Давным-давно, столь бесчисленное количество калп тому назад, что и умом не окинешь, – рассказал Победоносный, – в мир явился будда Пурша и вместе со своим окружением творил в миру благие дела. В то время женился сын одного брахмана. А по обычаю мирян, когда женишься, надо рассыпать горсть гороха. И тот юноша, взяв горсть гороха, вышел, чтобы рассыпать его. На дороге он встретился с Победоносным и, очень обрадовавшись, рассыпал перед ним этот горох. Четыре горошины попали в патру Победоносного, а одна – на его темя. Только по причине и вследствие этого юноша обрел великую благую заслугу. Четыре горошины, попавшие в чашу для подаяния, обернулись для него владычеством над четырьмя континентами. Горошина, приставшая к темени, обернулась наслаждением и почестями в двух обителях богов.

Прослушав рассказанное Победоносным, некоторые его ученики обрели духовные плоды от первого до архатства.

И многочисленные окружающие безмерно радовались сказанному Победоносным.