ПРЕДИСЛОВИЕ

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

ПРЕДИСЛОВИЕ

Эта книга содержит переводы одиннадцати упанишад – Айтареи, Каушитаки, Кены, Тайттирии, Катхи, Шветашватары, Майтри, Иши, Мундаки, Прашны и Мандукьи. Первые две упанишады традиция относит к Ригведе, 3-ю – к Самаведе, 4-7-ю – к Черной Яджурведе, 8-ю – к Белой Яджурведе и 9-11-ю к Атхарваведе. Вместе с Брихадараньякой Белой Яджурведы и Чхандогьей Самаведы они входят в число наиболее древних и авторитетных упанишад, созданных, по мнению большинства исследователей, не позже первых веков до нашей эры и неоднократно комментировавшихся индийскими философами. Кроме того, в приложении даются образцы некоторых других упанишад: Ваджрасучики – Самаведы, Маханараяны и Чхагалеи – Черной Яджурведы, Субалы и Пайнгалы – Белой Яджурведы; Атмы, Брахмабинду, Йогататтвы, Кантхашрути, Джабалы, Кайвальи, Ниларудры и Рамапурватапании – Атхарваведы, также представляющих несомненный интерес, хотя и, видимо, сравнительно более поздних и не сыгравших столь значительной роли в истории индуизма. Из них Ваджрасучика, Атма, Брахмабинду и Кайвалья переведены полностью, остальные – в извлечениях. Настоящее издание непосредственно примыкает к опубликованным ранее в этой же серии русским переводам Брихадараньяки и Чхандогьи […] Айтарея (Aitareya) упанишада входит в число ранних прозаических упанишад. Известны одноименные брахмана и араньяка – традиция относит их к Ригведе и связывает с именем легендарного Махидасы Айтареи (Mahidasa Aitareya). Последний, согласно преданию [Саяна (XIV в.) во введении к Айтарея брахмане], был сыном известного риши от одной из его жен, Итары (Itara), принадлежавшей к низкой касте. Отец дурно относился к нему, и тогда Итара обратилась за помощью к богине земли Махи (Mahidasa – "раб Махи"), которая наделила Айтарею божественной мудростью. Айтарея брахмана состоит из восьми больших разделов (panchika) и содержит детальное описание различных обрядов (прежде всего – агништомы). Айтарея араньяка состоит из пяти разделов (aranyaka), посвященных, в частности, аллегорическим толкованиям уктхи, праны (II. 1-3), правилам рецитации гимнов (III. 1); толкованиям отдельных звуков (III.2), обряда в день mahavrata (V) и т. д. 4-6-я части (adhyaya) второго раздела и образуют Айтарея упанишаду (иногда весь второй раздел араньяки называют Mahaitareya или Bahvricha upanishad, а третий раздел – Samhita upanishad). В своем комментарии Шанкара (VIII-IX вв.) поясняет, что Айтарея араньяка II.4-6 (т. е. собственно Айт) предназначается для наиболее возвышенных и стремящихся к полному освобождению от мирских уз; Ait. ar. II. 1-3 – для не столь совершенных и, наконец, Ait. ar. III – для занятых лишь мирскими обязанностями. Таким образом, в рамках данной араньяки Айт в характерном для ранних упанишад духе как бы ведет адепта от различного рода ритуальных наставлений к более отвлеченным космогоническим и этическим спекуляциям. Она состоит из трех частей. Первая, делящаяся на три главы (khanda), повествует о творческих актах Атмана – создании миров, пуруши, органов жизнедеятельности и т. д. В традиционном стиле приводятся в соответствие различные феномены макрокосма и микрокосма. Затем следует рассуждение о пище, улавливаемой лишь "выдохом" (? – apana) или ветром. Во второй части (из одной главы) говорится о "трех рождениях" человека: 1) рождение сына; 2) взращивание сына; 3) возрождение после смерти. Наконец, в третьей части (также из одной главы) следуют наставления в должном почитании Атмана; все возводится к высшему познанию (prajna, prajnana) – основе и двигателю всего существующего. Каушитаки (Kaushitaki, иначе Kausitaki brahmana) – также одна из старейших прозаических упанишад Ригведы и связана с именем легендарного мудреца Kaushitaki (происходящий от Kushitaka). Соответствующая ей Каушитаки (также Sankhayana) брахмана состоит из 30 частей (adhyaya), излагающих наставления в совершении различных обрядов, которые связаны с возжиганием огня и подношением сомы, Одноименная араньяка также состоит из 30 частей. 1-2 части близки и Ait. ar. I и V; 3-6 составляют собственно Кау (порядок этот, впрочем, варьируется в отдельных рукописях); 7-8 части также находят соответствие в Ait. ar. III; 9-в Ч V. 1-2 и других текстах (спор между жизненными силами) и т. д. Последняя часть содержит список учителей (vamsha), передававших соответствующее учение – от "Самосущего" Брахмана – к Uddalaka Aruni (см. прим. к Кау I. 1), Kahola Kaushitaki и Gunakhya Sankhayana. Хотя Кау и не комментировалась Шанкарой, он ссылается на нее в комментарии к Брахмасутре Бадараяны; она была также известна Раманудже (XI в.) и комментировалась Шанкаранандой (ок. XIV в.). Известны различные редакции Кау, сводимые обычно к двум основным. Первая из четырех частей Кау содержит наставление Читры Гаргьяяни Шветакету о посмертных путях человека – пути, ведущему к возрождению в мире смертных, и пути в высший мир Брахмана (с подробным описанием последнего) – ср. аналогии с Бр VI.2; Ч V.10 и др. Следующая часть не столь однородна по своему характеру. Здесь приводятся аллегорические рассуждения о Брахмане как дыхании; описываются различные магические обряды с целью добыть богатство, вызвать к себе любовь и т. д. Весьма интересны рассуждения о "внутренней" агнихотре. Далее описываются обряды, очищающие от грехов (три "почитания" Каушитаки), связанные с новолунием, с полнолунием и вызванные заботой о потомстве. Затем снова идут более отвлеченные рассуждения – о связи Брахмана с существованием природных феноменов. В заключительной главе приводится наставление о передаче заветов отца к сыну. Третья часть содержит наставление Индры Пратардане об истинной природе Атмана как жизненного дыхания и субъекта познания, связанного с органами жизнедеятельности и постигаемыми объектами. Последняя часть – диалог Аджаташатру и Гаргьи Балаки о должном почитании Брахмана и Атмана, очень близкий к Бр II. 1. Кена (Kena, или Talavakara) упанишада составляет часть Talavakara-brahmana (также Jaiminiya-upanisad-brahmana – араньяки школы (shakha) Джайминия, или Талавакара, относящейся к Самаведе. Текст араньяка состоит из пяти частей (adhyaya) и в отдельных деталях близок к Чхандогья упанишаде Самаведы (напр., рассуждение о "пятичастном" и "семичастном" самане). 18-21-ю главы IV части и составляет Ке, названная так по своему начальному слову (Kena ishitam – "Кем движимый…"). Среди ранних упанишад Ке выделяется стилистической неоднородностью текста: 1-2 главы написаны стихами; 3-4, по-видимому более ранние, – прозой. Первая глава повествует о Брахмане как основе жизнедеятельности и органов чувств, однако не постигаемом ими. Затем говорится о мирском иллюзорном знании людей, далеком от истинного знания. В третьей главе рассказывается о встрече Брахмана с богами, стремящимися приписать себе его величие. Огонь (Агни) и ветер (Ваю) оказываются бессильными перед ним и не способны постичь его. Лишь Индра с помощью Умы (супруги Шивы) – ее словами начинается четвертая часть Ке – постигает Брахмана. Затем следуют аллегорические определения последнего – в связи с феноменами макрокосма и микрокосма, а также – с определенными нормами поведения. Тайттирия (Taittiriya), также относящаяся к числу ранних прозаических упанишад, входит в предание одноименной школы Черной Яджурведы, первого из учителей которой звали Tittiri. Сюда наряду с самхитой входит Тайттирия брахмана в трех частях (объясняющих ваджапею, раджасую, агнихотру, ашвамедху и другие обряды) и Тайттирая араньяка. Последняя состоит из десяти разделов. В первых разделах приводятся наставления, касающиеся устройства жертвенного алтаря, обучения брахмана, затем – священные формулы (mantra) и наставления в погребальных обрядах. 7-9 разделы и составляют Та, 10 раздел – Маханараяна упанишаду (см. ниже, стр. 28). Таким образом, Та состоит из трех разделов (valli – букв. "лиана"). Первый, насчитывающий 12 глав (anuvaka), носит название Shiksha valli – "раздел наставления" (это и следующие заглавия идут от Шанкары). Изложение здесь во многом близко Ait. ar. III; Shankhayana. ar. VII-VIII и находит себе аналогии в литературе веданг – вспомогательных дисциплин (в данном случае – фонетика), связанных с толкованием вед. Вначале идут наставления, связанные с должным произношением, аллегорические толкования соединения звуков; затем такое толкование получают три священных возглашения (бхус, бхувас, свар). Последние главы излагают различные правила поведения брахмана. Следующий раздел Brahmananda ("Блаженство Брахмана") состоит из девяти глав и представляет собой более отвлеченные рассуждения о природе высшего начала, Атмана. В основе последнего лежит пища, дыхание, разум, познание и, наконец, блаженство – его глубочайшая сущность, на которой автор останавливается более подробно. Третий раздел – Bhrigu (по имени легендарного мудреца). Под руководством своего отца Бхригу постигает сущность Брахмана, который, как и Атман в предыдущем разделе, возводится к пище, дыханию, разуму, познанию, блаженству. Следуют, заповеди в должном обращении с пищей и почитанием Брахмана. Такое почитание ведет к высшему благу – достижению единства с Атманом. Катха (Katha, Kathaka) упанишада, также связанная с Черной Яджурведой, входит в предание одноименной школы, основанной, согласно известному грамматику Патанджали (ок. II в. до н. э.), риши Катхой (Katha). Традиция Катхи, по-видимому, была близка к традиции Тайттирии – в частности, ее брахмана в основном совпадала с Tait. Samhital7, a Tait. brahm. III.11, 8. (ср. РВ X. 135) содержит сюжет, лежащий в основе этой упанишады. Кат принадлежит к числу ранних стихотворных упанишад и состоит из двух частей (adhyaya), в каждой из которых три раздела (valli). Первая часть открывается рассказом о Ваджрашравасе, который во время жертвоприношения разгневался на своего сына Начикетаса и сказал, что отдаст его в жертву богу смерти Яме. Начикетас идет в обитель Ямы, где бог смерти предлагает ему исполнить три желания. Первое желание Начикетаса – успокоить гнев отца, второе – поведать ему о "небесном огне", знание которого ведет в высший мир. Исполняя это желание, Яма провозглашает, что отныне этот огонь будет известен под именем Начикетаса. Третье желание – узнать, что ждет человека за порогом смерти. После некоторых колебаний Яма приступает к наставлению (с начала 2-го раздела). Последовательно идет речь о двух путях – знания и незнания, о высшей реальности, постигаемой не рассудком, а самосозерцанием, о символике слога Ом, о постижении высшего Атмана. В третьем разделе первой части – распространенная в древнеиндийской дидактике аллегория колесницы (Атман – владелец колесницы, тело – колесница, разум – поводья и т. д.). Затем следуют рассуждения о высшем пуруше и о средствах самоусовершенствования. Вторая часть продолжает сходные рассуждения: в 1-м разделе – о постижении Атмана, об истинной неразличимости феноменов мира, субъекта и объекта, о тождестве индивидуального и всеобщего начал; во 2-м – снова описывается природа Атмана, затем идет речь о посмертных путях человека, о едином начале во всех существах (рефрен: "это – То") и т. д. В заключительном разделе второй части дается аллегорический образ вселенского древа; далее, в частности, говорится о йогическом состоянии, fo достижении высшего просветления и бессмертия в результате прекращения всех желаний. Шветашватара (Shvetashvatara) упанишада также связывается с традицией школы Тайттирия, вместе с тем ее относят и к одноименной школе Черной Яджурведы, названной так по (имени мудреца Shvetashvatara ("Белый мул" – ср. толкование Шанкарананды – shveta "белый", "чистый"; ashva=indriyas "чувства"). Здесь шесть частей (adhyaya) в стихах. По кругу своих идей Шв несколько отличается от других ранних упанишад, обнаруживая, в частности, как уже неоднократно отмечалось исследователями, черты близости к шиваизму, санкхье, йоге. Первая часть начинается с вопросов о причине и источнике бытия. Затем описывается индивидуальное начало и отличное от него высшее. Размышление о священном слоге Ом, самопознание и подвижничество – таков путь постижения Атмана. Вторая часть открывается восхвалением бога солнца Савитара. Далее разъясняются отдельные элементы йога (как в конкретных предписаниях, так и аллегорически), после чего восхваляется вездесущее божество (Атман). Третью часть составляют рассуждения о владыке Рудре (как персонификации Атмана) и о том, что "выше его", – едином Брахмане и пуруше. Рассуждения эти, как и следующие ниже (в 4-5-й частях), во многом близки идеям санкхьи. Следующая часть содержит в первой половине характеристику Брахмана в связи с феноменами природы, с сотворением природной субстанции – пракрити и майи. Во второй половине снова воспевается Рудра. Пятая часть включает в себя поучения о знании и незнании, скрытых в Брахмане; о существе, наделенном различными атрибутами и своими действиями, и об освобождении этого существа от мирских уз. Последняя часть начинается с рассуждения о Брахмане как высшем принципе существования, как спасителе, несущем своим адептам освобождение от уз мира. Последние стихи содержат указание на тех. кому не следует передавать учение этой упанишады, a также о необходимости чтить божество и – наравне с ним – наставника. Майтри [Maitri, также Maitrayana, Maitrayaniya (brahmana) и т. д.] упанишада принадлежит к одноименной (Maitrayaniya) школе Черной Яджурведы, названной так по имени учителя Maitri или Maitra (от Mitra). Известна самхита этой школы, состоящая из четырех разделов. Среди главных упанишад Мт принадлежит, по-видимому, к числу сравнительно более поздних прозаических текстов, испытавших, в частности, влияние буддийской терминологии. Шанкара не комментировал Мт, вместе с тем она была известна Раманудже (XI в.) и комментировалась Раматиртхой (XVI в.). Мт состоит из семи частей (prapathaka). Вначале рассказывается о царе Брихадратхе, оставившем царство и удалившемся в лес. Там ему является мудрец Шакаянья. Брихадратха спрашивает его о сущности ^Атмана. 2-я часть открывается поучениями Шакаяньи. Начиная говорить -об Атмане, он передает историю о том, как Крату Праджапати обучил валикхильев божественной мудрости. Первые наставления Крату посвящены тому, как Атман проникает в тело человека, одушевляя его и вызывая деятельность различных функций. В 3-й части он рассуждает об индивидуальном телесном начале (Бхутатмане), связанном действиями и аффектами. Далее идет речь об освобождении индивидуума слиянием Бхутатмана с высшим Атманом, осуществимом благодаря истинному знанию, аскезе и сосредоточенному размышлению. Здесь, по-видимому, кончаются наставления Крату Праджапати, и в 5-6-й частях (возможно, сравнительно поздних) Шакаянья продолжает говорить уже от своего имени. Пятую часть составляют "славословие Кутсаяны" – восхваление высших божеств как манифестации Брахмана – и космогонические рассуждения, связанные с учением о трех гунах (саттва, раджас и тамас). 6-я, наиболее обширная часть посвящена рассуждениям о "внутреннем" и "внешнем" Атмане, о "воплощенном" и "неволлощенном" Брахмане, о слоге Ом, возглашениях бхус, бхувас, свар, о почитании Савитара, о пище как изначальной природной субстанции (prakriti) и подношении Атману, об отдельных атрибутах Брахмана и далее – йогическим предписаниям, завершающим поучение Шакаяньи. В конце этой части (возможно, с VI. 31 и до конца Мт – добавление) изложены учение о природе органов жизнедеятельности и аллегорические рассуждения об агнихотре. Заключительная, 7-я часть содержит ряд символических отождествлений Атмана с самыми различными феноменами, далее – интересные в историческом отношении выпады против приверженцев ложного знания и в конце – наставления Брахмана богам и асурам о сущности Атмана, связанной с четырьмя ступенями человеческого сознания (бодрствование, легкий сон, глубокий сон без сновидений и высшее трансцендентное состояние). Иша (Isha или Ishavasya, также – Vajasaneyi samhita) упанишада принадлежит к школе Ваджасанейинов Белой Яджурведы. Самхита этой школы состоит из 40 частей (adhyaya) и посвящена описанию обрядов агкихотры, агништомы, ваджапеи, раджасуи, ашвамедхи и др. Заключительную ее часть и составляет Иша. Брахмана, соответствующая ей, – знаменитая Shatapatha-brahmana в 14 разделах (kanda), дающая помимо интересного в мифологическом отношении материала и ряд более детальных разъяснений отдельных обрядов (например, ашвамедхи.). Заключительный ее раздел – араньяка, последние главы которой составляет Брихадараньяка упанишада. Иша, как и Ке названа так по своим начальным словам (Ishavasyam idam sarvam… – "владыкой окутано все то…"). Подобно Кат, она относится к числу ранних стихотворных упанишад. Являясь одним из самых коротких текстов этого жанра (18 двустиший), Иша вместе с тем издавна почиталась как авторитетнейшая упанишада и по сей день едва ли не чаще всех других упанишад служит объектом истолкования. Именно она открывает собой одно из наиболее известных собраний 108 упанишад (т. наз. muktika). Традиция школы Ваджасанейинов существует в двух рецензиях – Kanva (которой мы следовали здесь) и Madhyandina, – несколько отличающихся друг от друга в отдельных деталях. Содержание Иша – рассуждения о пути к истинному познанию. Здесь последовательно идет речь об отречении и о привязанностях, об атрибутах высшего начала, о незнании и мирском, несовершенном знании (avidya – vidya), о непроявлении и проявлении природных свойств (asambhuti – sambhuti). Вслед за этим в заключительных стихах, совпадающих с Бр V. 15. 1-4, приводится молитва, обращенная к Пушану, здесь – солнечному божеству, символизирующему высшее начало, с которым стремится слиться умирающий. Мундака (Mundaka), как и другие указанные ниже ранние упанишады, принадлежат к Атхарваведе. Ее относят к школе Shaunaka. Название ее, видимо, связано с обозначением определенного разряда аскетов, ходивших с обритой головой (munda). Mу принадлежит к наиболее авторитетным стихотворным упанишадам и делится на три части (mundaka), содержащие по две главы каждая. Первая часть открывается описанием передачи учения от Брахмана к Шаунаке, получающему наставления от Ангираса. Последний говорит о низшем знании (наук и обрядов) и высшем знании – непреходящего начала, проявляющего себя во всех феноменах. Во второй главе (идет речь о должном совершении агнихотры и о недостаточности одних обрядов для достижения высшего удела – лишь подвижничество и умиротворенность ведут к нему. Вторая часть содержит аллегорическое описание пуруши – всеобщего источника, затем – Атмана и Брахмана, в котором следует видеть как высшее так и низшее проявление и светом которого светится мир. Третья часть дает вначале символические образы двух существ: связанного действиями и обрядами и просвещенного, свободного от мирских уз; затем снова описываются атрибуты Атмана. В последней главе говорится, что для достижения Атмана преодоление желаний и отречение важнее всего другого. В заключение, как и в некоторых других упанишадах, указано, кому дозволено передавать учение о Брахмане. Прашна (Prashna) упанишада принадлежит к школе Pippalada Атхарваведы и относится, по-видимому, к числу более поздних прозаических упанишад. Здесь шесть частей (prashna – букв. "вопрос"); каждая из них содержит по ответу известного брахманского авторитета Пиппалады на вопросы шести брахманов, стремящихся постичь высшее начало. Первая часть посвящена сотворению жизни. Праджапати творит вещество и дыхание, одушевляющее все живое. Затем он отождествляется с месяцем, днем и ночью, пищей и т. д. Вторая часть повествует о "превосходнейшем" из божеств, поддерживающем все сотворенное. Это дыхание, с уходом которого из тела (распространенный в упанишадах мотив) прекращается деятельность и остальных жизненных сил. Все утвержденное в мирах находится во власти дыхания. Далее следует объяснение функций разных видов дыхания ("идущего вниз", "общего" и др.), соотносимых с отдельными феноменами окружающего мира. Четвертая часть связывает некоторые из этих функций с состояниями человеческого сознания. Соответственно здесь описываются стадии легкого сна, глубокого сна без сновидений и высшего трансцендентного состояния. Пятая часть отвечает на вопрос о почитании слога Ом – в этой связи говорится о различных способах такого почитания и соответствующих вознаграждениях почитающему. Ответ на заключительный, шестой вопрос содержит рассуждения о 16 составных частях человеческого существа (дыхание, вера и т. д.), творимых пурушей и под конец растворяющихся в пуруше. Мандукья (Mandukya) упанишада связывается с одноименной школой, видимо, восходящей к легендарному брахманскому авторитету Manduka (букв. "лягушка"). Среди главных упанишад она также принадлежит к сравнительно поздним прозаическим текстам. Обычно ее относят к Атхарваведе (иногда, впрочем, имея в виду традицию школы Мандукья, – к Ригведе). Это одна из самых коротких упанишад (12 параграфов). К ней традиционно примыкает карика (karika) – объяснения, написанные Гаудападой (ок. VI в.). Карика Гаудапады состоит из четырех частей и излагает в стихах ряд положений монистической веданты; наряду с Му она была прокомментирована Шанкарой. Содержание Ман – аллегорическое разъяснение священного слога Ом (aum) в его связи с четырьмя стопами Брахмана и ступенями сознания, о которых уже говорилось выше. Соответственно звук A (1-я стопа) отождествляется здесь с бодрствованием; U (2-я) – с легким сном; M (3-я) – с глубоким сном без сновидений, и вся совокупность "AUM" (4-я стопа) – с высшим, трансцендентным состоянием, Атманом. Как известно, литература упанишад отнюдь не ограничивается Бр, Ч и упомянутыми выше текстами. Она охватывает более 200 различных памятников, создававшихся, по-видимому, вплоть до позднего средневековья и позволяющих судить не только об истоках и эволюции ортодоксального индуизма, но и об отдельных его сектантских ответвлениях (шиваитских, вишнуитских). Поэтому мы сочли целесообразным дать читателю и несколько образцов таких, в основном более поздних текстов, помещенных в приложении. Ваджрасучика (Vajrasuchika) упанишада Самаведы состоит из девяти параграфов в прозе. Интересно, что она приписывалась Шанкаре. Здесь приведено рассуждение о том, что делает человека брахманом. Автор последовательно показывает, что это не жизненное начало, не тело, не порода, не знание, не действие, не благочестие – лишь постижение высшего начала выделяет человека, делая его настоящим брахманом. Маханараяна (Mahanarayana, также Brihannarayana, Yajniki) упанишада, как и Та, входит в Тайттирия араньяку Черной Яджурведы, составляя 10-ю главу араньяки. Эта упанишада была известна Шанкаре и Раманудже. Маханараяна в основном изложена стихами и дошла до нас в нескольких редакциях, из которых нами использована здесь andhra (550 стихов, разделенных в изд. MV на 15 частей). Вначале здесь приводится восхваление Праджапати – основы вселенной, затем следуют различные возглашения, в частности посвященные Агни, Рудре, Гаруде, Нараяне (давшему имя этой упанишаде – ср. прим. к VI. 235 и сл.) и связанные с аллегорическим почитанием этих божеств. Ряд стихов, образующих как бы центральную часть упанишады, содержит восхваление высшего начала – Атмана и Нараяны. Затем снова следуют ритуальные обращения к Агни, Рудре, Индре, Брихаспати и т. д.; формулы, имеющие целью отвратить различные беды, очиститься от скверны и т. д. Заключительная часть упанишады восхваляет состояние отрешенности, превосходящее все прочее и тождественное Брахману. Чхагалея (Chagaleya) упанишада Черной Яджурведы дошла до нас в одной, к сожалению, испорченной рукописи (конец текста утрачен). Она связана с одноименной школой. Чхагалея невелика по объему и изложена прозой. Здесь повествуется о риши, собравшихся на берегу Сарасвати для совершения обрядов и исключивших из своего числа Кавашу Айлушу как низкородного. Последний спрашивает, что именно сделало их брахманами. Те не в силах дать правильный ответ, и он начинает наставлять их. В центре этих наставлений – уже встречавшаяся нам аллегория повозки. Очевидный смысл обрывающегося текста: главное, делающее человека брахманом, – постижение высшего существа, одушевляющего тело, Атмана. Субала (Subala) упанишада принадлежит к Белой Яджурведе и названа так по имени авторитета, к которому возводили ее учение. Здесь 16 небольших глав в прозе. Упанишада содержит поучения Брахмана Субале. Тут, в частности, последовательно говорится о происхождении мира, варн, живых существ; о пути к высшему освобождению; о состояниях бодрствования, легкого сна и глубокого сна без сновидений; о некоторых принципах жизнедеятельности человека; о Нараяне как основе всего сущего (ср. Маханараяна уп.), наконец, о посмертном пути существ и растворении индивидуальности в высшем начале. Пайнгала (Paingala) упанишада также относится к Белой Яожурведе и состоит из четырех глав (adhyaya) в прозе. Здесь изложены поучения Яджнявалкьи его ученику Пайнгале, кое в чем близкие санкхье. В первой главе идет речь о Брахмане и его манифестациях (Ishvara, Hiranyagarbha, Virat, элементы мироздания и т. д.). Во второй – о его проявлениях в органах человеческой жизнедеятельности, о пяти началах (пища, жизненное дыхание, разум, познание, блаженство), а также о разных ступенях сознания (бодрствование, сон и т.д.). Затем следует толкование известного изречения "Ты – одно с Тем" (tat tvam asi – ср. Ч VI. 8. 7 и сл.). Последняя глава – о пути существа к высшему освобождению и постижению Атмана. Атма упанишада (Atmopanishad) принадлежит (как и все упомянутые ниже упанишады) к Атхарваведе. Здесь в кратком (три параграфа) прозаическом изложении приведены поучения легендарного риши Ангираса о трех Атманах: внешнем Атмане или частях человеческого тела; внутреннем Атмане, проявляющемся в различных формах жизнедеятельности, и высшем, непреходящем Атмане, тождественном слогу Ом и открывающемся лишь в сосредоточенном размышлении и йоге. Брахмабинду (Brahmabindu) упанишада в 22 строфах принадлежит к числу йогических упанишад. Вначале здесь говорится о двух видах разума: "чистом", свободном от желаний, и "нечистом", устремленном к желаниям. Следуют наставления в обуздании желаний с помощью йоги, безмолвия, должного размышления о слоге Ом, о тождестве своем с Брахманом, о едином Атмане. Далее упанишада различает два знания: мирское и высшее – постижение Брахмана, являющееся конечной целью. Йогататтва (Yogatattva – "Сущность йоги") упанишада также принадлежит к числу йогических и известна в двух вариантах – кратком (15 шлок) и пространном (где между 2-й и 3-й шлоками, вставлено около сотни шлок). После вступительных стихов, восхваляющих "великого йога" Вишну, следует образное описание круговорота бытия; затем приводятся, в частности, аллегорические описания слога Ом и наставления в отдельных элементах йогической практики (pratyahara, pranayama и т. д.). Кантхашрути. (Kanthashruti) упанишада принадлежит к числу упанишад, посвященных четвертой жизненной стадии – состоянию странника, отрекшегося от мирских привязанностей (sannyasin). Она состоит из пяти глав в прозе и завершается несколькими стихами. Здесь, в частности, идет речь о последнем жертвенном обряде (vaishvanara – ср. Ч V. 24) санньясина, а также об отдельных чертах быта аскета – его пище, одежде, жилье, различных деталях его поведения. Джабала (Jabala) упанишада, видимо, связана с одноименной школой и относится к той же группе текстов, что и Кантхашрути. Здесь шесть параграфов в прозе. Основное их содержание – наставление Яджнявалкьи (Брихаспати, Атри, Джанаке и др.) об освобождении человека от уз мира и отречении. Рассуждения эти носят отчасти аллегорический характер, отчасти связаны с конкретными, практическими наставлениями. Кайвалья (Kaivalya – букв, "единство"; Нараяна называет ее также Brahma shatarudriya) упанишада отражает, видимо, шиваитское течение индуизма. Здесь 25 строф. Содержание ее – наставления Парамештхина Ашвалаяне. Согласно Парамештхину, путь к высшему знанию лежит через отречение, определенные йогические действия и должное размышление о высшем начале. Это начало помимо ряда прочих атрибутов отождествляется с образом Шивы. Предпоследний (прозаический) параграф посвящен восхвалению определенного шиваитского текста (Яджурведы) Шатарудрии. Ниларудра (Nilarudra – "темный Рудра") – упанишада также с ярко выраженной шиваитской направленностью. В ней 26 строф. Восхваления Рудры, описание отдельных его атрибутов чередуются здесь с просьбами, обращенными к божеству. Рамапурватапания (Ramapurvatapaniya) упанишада (как показывает ее название) связана со школой Tapaniya и является первой (из двух) упанишад, посвященных Раме, аватаре Вишну. Это интересный образец вишнуитских текстов. Здесь десять небольших глав (khanda) в стихах. Упанишада начинается с этимологических толкований имени Rama, затем Рама восхваляется как воплощение Брахмана. Следуют аллегорические рассуждения, связанные с символическими толкованиями имени Рамы, а также его супруги Ситы и его брата Лакшманы. Объясняется священная формула: Ram Ramaya namas (так, Rama – Атман; namas – жизненное начало, jiva и т.д.). Далее, после хвалебных характеристик Рамы, чтимого богами и риши и восседающего на троне, следует описание определенной, связанной с его культом диаграммы (такие диаграммы – так называемые yantra, распространенные в отдельных индуистских сектах, согласно поверьям, наделяли адепта магической силой) – толкуется символика отдельных ее частей, связанная со слогом Ом, именами Rama, Vasudeva, определенной "формулой венца" (malamantra) и т. д. В заключение снова идет восхваление Рамы и указаны блага, выпадающие на долю его адептам.

***

У себя на родине упанишады стали объектом толкований уже в древности (карана Гаудапады на Мандукью – очевидно, ок. VI в. н. э.). Одиннадцать упанишад (Бр, Ч, Айт, Ке, Та, Кат, Шв, Иша, Му, Пр, Ман) комментировались, возможно, в VIII – IX вв. великим индийским философом Шанкарой В дальнейшем многие крупные философы – Анандагири (IX в.), Рамануджа (XI в.), Мадхва (XIII в.) и др. – уделяли внимание анализу главных упанишад. Вместе с тем уже Шанкара ссылается на Маханараяну, Пайнгалу, Джабалу; Рамануджа – на Субалу и т. д. Главные упанишады, как правило, входят во все авторитетные собрания упанишад – Нараяны, Муктику и др.; сюда же по большей части входят и упанишады, приведенные здесь в приложении. Последние также неоднократно комментируются индийскими авторами – таковы, например, широко известные комментарии Шанкарананды (учителя Саяны, XIV в.) к Джабале, и Кайвалье; Нараяны (ок. XIV – XV вв.) – к Атме, Брахмабинду, Йогататтве, Джабале, Кайвалье, Ниларудре, Рамапурватапание и т. д. Большая их часть встречается и в собрании упанишад, которые через персидский перевод, предпринятый Дара-Шукухом (1657 г.), впервые вышли за пределы Индии (Маханараяна, Чхагалея, Атма, Брахмабинду, Йогататтва, Пайнгала, Джабала, Кайвалья, Ниларудра). Активное изучение упанишад в Европе наблюдается примерно с середины прошлого века. […] А.Я.Сыркин