МИШНА ПЕРВАЯ

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

МИШНА ПЕРВАЯ

БЕРЕТ ЧЕЛОВЕК СВОЕГО СЫНА – И КАМЕНЬ В ЕГО РУКЕ, И КОРЗИНУ – И КАМЕНЬ В НЕЙ, И ПЕРЕНОСЯТ ОСКВЕРНЕННУЮ ТРУМУ ВМЕСТЕ С ЧИСТОЙ И С ОБЫЧНОЙ ПИЩЕЙ. РАБИ ЙЕГУДА ГОВОРИТ: ТАКЖЕ ПОДНИМАЮТ труму ИЗ ОСВЯТИВШЕЙСЯ СМЕСИ В СТО ОДНУ сеа.

Объяснение мишны первой

Эта мишна рассматривает вопрос о переносе в субботу предмета, который является мукцэ, вместе с чем-либо, что мукцэ не является.

БЕРЕТ в субботу ЧЕЛОВЕК СВОЕГО СЫНА – дома или во дворе – И КАМЕНЬ В ЕГО РУКЕ – несмотря на то что сын держит в руке камень, то есть мукцэ, и ни за что не хочет его бросить. Гемара разъясняет, что речь здесь идет о МАЛЕНЬКОМ РЕБЕНКЕ, СТРАСТНО ТЯНУЩЕМУСЯ К СВОЕМУ ОТЦУ, и, как поясняет Раши, если отец не возьмет его на руки, тот заболеет, а мудрецы не настаивают на исполнении своих постановлений в случае, если это грозит болезнью – даже если нет в ней опасности для жизни. Другое объяснение – что [если ребенка не взять на руки или заставить выбросить камень] он очень расстроится, хоть и нет в этом опасности заболевания (ГАМЕИРИ). Еще сказано в Гемаре, что мудрецы разрешили отцу взять ребенка на руки именно в том случае, если тот держит камень однако если в руке ребенка – "динар" [то есть золотая или серебряная монета], то отцу запрещается взять ребенка на руки из опасения, что "динар" выпадет из руки ребенка, а отец поднимет его и понесет. И также разрешается в субботу брать КОРЗИНУ, полную плодов, – И КАМЕНЬ В НЕЙ – потому что любую вещь, ставшую основанием и для того, что запрещено переносить в субботу, и для того, что разрешено переносить, разрешается поднимать. Гемара разъясняет, что речь здесь идет о корзине, полной свежих сочных плодов вроде тутовых ягод и винограда, которые, если вытряхнуть их из корзины, выпачкаются и станут вызывать отвращение. Однако если в корзине – сухие плоды вроде орехов или миндаля, их высыпают из корзины, так как ее в этом случае запрещается поднимать вместе с камнем. Так же ее запрещается поднимать вместе с камнем несмотря на то что плоды в ней – влажные от сока, если есть возможность отодвинуть их к стенкам корзины и выбросить камень. Однако в этой мишне речь идет о дефектной корзине, в которую положили камень, чтобы закрыть дыру, и он как бы стал частью корзины, одной из ее стенок, так что ее невозможно использовать без него. По другому мнению, если камень служит стенкой для корзины, ее разрешается переносить в субботу даже тогда, когда в ней нет плодов или чего-то подобного (см. "Тосфот Йомтов" Рамбам, Законы о субботе, 25:16). И ПЕРЕНОСЯТ в субботу ритуально ОСКВЕРНЕННУЮ ТРУМУ ВМЕСТЕ С ЧИСТОЙ – потому что ритуально нечистую труму саму по себе запрещается переносить в субботу, поскольку она непригодна в пищу однако вместе с чистой трумой – это разрешено. И так же разрешается переносить оскверненную труму вместе С ОБЫЧНОЙ ПИЩЕЙ. Об этом тоже сказано в Гемаре, что сказанное в мишне действительно только тогда, когда чистая трума снизу, а оскверненная – сверху, однако если нечистая – снизу, а чистая – сверху, берут только чистую и оставляют оскверненную. И даже если чистая трума снизу, переносят с ней оскверненую только тогда, когда они состоят из плодов, которые, будучи выброшенными на землю, становятся слишком грязными. Но если обе трумы состоят из орехов, миндаля и т.п., все вытряхивают из корзины, а затем берут чистую труму и оставляют нечистую. Однако если нужно то место, на котором находится такая корзина, то независимо от того, какая трума снизу и какая – сверху, все переносят вместе. РАБИ ЙЕГУДА ГОВОРИТ: ТАКЖЕ ПОДНИМАЮТ труму ИЗ ОСВЯТИВШЕЙСЯ СМЕСИ В СТО ОДНУ сеа.

Если сеа трумы упала в обычные продукты, которых было меньше, чем сто сеа, вся смесь приобретает статус трумы и становится запретна в пищу всем, кроме когенов. Однако если она упала в сто сеа обычных продуктов, смесь не стала запретной для всех, кроме когенов, только необходимо вынуть из смеси одну сеа и отдать ее когену, чтобы не лишить его полагающейся ему трумы, – а все остальное не имеет святости и пригодно в пищу остальным евреям. Наша мишна учит, что, по мнению раби Йегуды, разрешается вынимать из такой смеси одну сеа для когена также в субботу, и это не считается действием, исправляющим что-то в субботу. Потому что еврею разрешается есть эту смесь и до того, как он вынет из нее одну сеа для когена, при таком условии: он смотрит на одну сторону смеси и решает, что именно отсюда он вынет сеа для когена, а берет для еды с другой стороны, – так что извлечение из смеси сеа для когена не является исправлением этой смеси (Гемара). А Бартанура комментирует (также на основе Гемары) так: по мнению раби Йегуды, трума, упавшая в обычные продукты, не смешивается с ними, а как бы остается лежать отдельно, и когда из смеси вынимают одну сеа – это та самая сеа, которая упала поэтому когда ее вынимают в субботу – это не исправление смеси. НО ГАЛАХА НЕ СООТВЕТСТВУЕТ ТОЧКЕ ЗРЕНИЯ РАБИ ЙЕГУДЫ. Некоторые комментаторы считают, что слова раби Йегуды связаны со сказанным в мишне ранее галахическим положением о возможности переносить в субботу такую смесь трумы с обычной пищей, поскольку разрешается в субботу вынимать из нее сеа трумы а если бы это было запрещено делать в субботу, то и всю смесь было бы запрещено переносить как то, что запрещено в пищу всем, кроме когенов. Несмотря на то что и вся освятившаяся смесь разрешена для когена, она все же не похожа на труму, которую разрешается переносить и простому еврею, поскольку она пригодна когену (которому должна быть отдана) в отличие от этого всю освятившуюся смесь не должны отдать когену – из нее вынимают только одну сеа, а все остальное идет в пищу другим евреям ("Ор гадоль").