Обрезание

Обрезание

В Послании к римлянам Павел обращается к проблеме, которая была первостепенной важности в первые десятилетия после распятия Иисуса: должны ли язычники, обращаемые в христианство, обрезаться и соблюдать все ритуалы Закона.

Отношение Павла к обрезанию и Закону было подобно отношению Иеремии к Храму. Обрезание, с точки зрения Павла, нельзя использовать как магический талисман, автоматически спасающий людей, которые на самом деле греховны. Кроме того, продолжая эту мысль, отсутствие обрезания и соблюдения Закона могло означать утрату надежды на спасение людьми, которые во всех иных отношениях являются праведными:

Рим., 2: 25–26. Обрезание полезно, если исполняешь Закон; а если ты преступник Закона, то обрезание твое стало необрезанием. Итак, если необрезанный соблюдает постановления Закона, то его необрезание не вменится ли ему в обрезание?

Рим., 2: 29. Но тот иудей, кто внутренно таков, и то обрезание, которое в сердце, по духу, а не по букве: ему и похвала не от людей, но от Бога.

Кроме того, Павел делает различие между ритуалистическими аспектами Закона и его нравственными аспектами. Даже если христианин освобождается от обрезания и других освященных временем ритуалов, он не освобождается от их этики. Также и звание христианина — это не автоматический щит против неправедности:

Рим., 6: 15. Что же? станем ли грешить, потому что мы не под Законом, а под благодатью? Никак.

Павел призывает также к терпимости.

В большинстве церквей, основанных на Востоке, обращенные иудеи составляли поначалу большинство, и они с трудом принимали, если вообще принимали, тех обращенных язычников, которые не были обрезаны. В таких случаях Павел твердо принимал сторону язычников.

Однако в Риме почти с самого начала языческая группа, вполне возможно, была более сильной. Император Клавдий выгнал иудеев из Рима в течение краткого периода примерно в семь лет или до того, как было написано Послание к римлянам. Христианское сообщество в Риме должно было преуспевать с его исключительно языческим составом. Когда вернулись иудеи, те из них, кто были христианами, могли оказаться посторонними в церкви, выступив против тех, кто не имел никакого отношения к ритуалам Закона.

Анализируя эту ситуацию, Павел не забывает, что он сам еврей:

Рим., 11:1. Итак, спрашиваю: неужели Бог отверг народ Свой? Никак. Ибо и я Израильтянин, от семени Авраамова, из колена Вениаминова.

Он доказывает, что иудеи будут обращены; что, если они поначалу оказывают сопротивление христианству, то часть Божьего плана — сделать христианство доступнее для язычников, которые будут обращены. И по-видимому, он просил языческих христиан Рима быть терпимыми к христианам еврейского происхождения, которые были щепетильны в таких ритуалистических вопросах, как законы принятия пищи:

Рим., 14: 13–14. Не станем же более судить друг друга, а лучше судите о том, как бы не подавать брату случая к преткновению или соблазну. Я знаю и уверен в Господе Иисусе, что нет ничего в себе самом нечистого; только почитающему что-либо нечистым, тому нечисто.