Ответное письмо

Ответное письмо

Мысли о России. На Западе не лучше: нет ни веры, ни богословия. О «реставрации», которая дает иллюзию благополучия. О боязни возрождения святоотеческих традиций. О своих текущих академических планах

Andover Hall, 26 сентября 1958 г.

Дорогой отец Софроний!

Как видите, мы уже дома — с прошлого воскресенья. Ваши письма получили почти одновременно в одно утро: пересланное обратно из R. и переданное о. Василием. Большое спасибо!

Очень интересен Ваш рассказ о московских впечатлениях. Он подтверждает вполне мои догадки: я так и представлял себе положение — во всяком случае, «на верхах». Такое же впечатление получил и один из недавних немецких посетителей проф. Э. Шлинк из Гейдельберга, который подробно рассказывал о своих встречах в России. Великая сила веры и крайняя недостаточность богословской мысли и понимания. В таком же смысле отзывался и Финляндский епископ Павел, который недавно побывал в Советской России. Только и с нашей стороны занавеса в этом отношении положение не лучше. Богословского творчества нет никакого, и потребность богословствования не замечается. Только у нас и вера оскудела. В Греческой Церкви, может быть, еще хуже. От этого многие впадают в разочарование и даже уныние.

Относительно Советской России я давно уже догадывался, что дальше «реставрации» старого порядка воображение не простирается. И «реставрация» дает удовлетворение, создает иллюзию «порядка» и «благополучия». А между тем этот «старый порядок» был весьма не благополучен и не реален (в смысле англ. un-real[77]). Однако именно этого большинство не желает признать, вопреки очевидности. Когда вышли, в свое время, мои книги о святых отцах, среди откликов был и такой (и это исходило от очень замечательного протоиерея, ко мне близкого): «Напрасно и ДАЖЕ ОПАСНО! Вы напоминаете о беспокойных эпохах церковной истории! Знакомство с отцами откроет недостаточность ходящих учебников и внушит недоверие. Хорошо, что отцов забыли и не к чему о них и напоминать. Так лучше!» Как Вам это понравится?! Сказано это было с большим убеждением. Впрочем, в то же время покойный митрополит Антоний высказался как раз в противоположном смысле: «Слава Богу, что напоминаете об отцах». Его собственное богословие, как и богословие владыки Сергия, было, к сожалению, весьма далеко от святоотеческого, как ни ссылался он на отцов.

Вы, впрочем, видели или увидите о. Василия. после его возвращения из Мюнхена, и он Вам расскажет о В.S. съезде[78]. Съезд был в общем удачный, но богословская секция была пестрая и бледная. Интересным был только обмен мнениями о богословии преп. Максима Исповедника в священном собрании, в котором и я принимал участие. Только времени на дискуссию было очень мало. Я очень рад, что Вы переезжаете в Англию. Конечно, будет и там много трудностей, особенно поначалу.

Учебный год у нас начался: в Гарварде и в греческой школе. В Гарварде в этом году я читаю, между прочим, курс патристики, к нему нужно готовиться, так как я должен вместить весь материал в ограниченное число часов. Меня неожиданно выбрали председателем библиотечной комиссии в Divinity School[79], и это означает немало работы, т. н. стратегической. Библиотека запущена, и много нужно сделать, чтобы привести ее up to date[80]. На некоторое время придется отложить мои планы.

Перед Мюнхеном мы хорошо отдохнули в Северной Италии — пробыли 9 дней в Cernobbio, на Lago di Roma, в трех милях от самого Roma. Это была наша vacation[81].

Здесь погода резко переменилась: вчера было безумно жарко, а сегодня холодно и идет дождь.

Ксения Ивановна шлет привет.

С братским целованием и любовью

Ваш Г. Флоровский