Русское богословие и вопросы посмертного воздаяния

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Русское богословие и вопросы посмертного воздаяния

Царствие Божие не может быть построено на страхе людей перед Богом или перед нескончаемым адом. И соответственно в Предопределении бытия нет места аду: но это не заведомое отпущение грехов, поощряющее к безнаказанному злодейству на Земле слабых и падших, ибо всем грешным предстоит познать стыд, а не воздаяние адом. Рассмотрим этот вопрос подробнее, опираясь на Русское богословие, отражённое в романе «Мастер и Маргарита».

Внесоциальная сторона провозглашённого булгаковским Иешуа утверждения о всеобщей доброте людей состоит в том, что оно отрицает все без исключения вероучительные традиции, которым свойственно учение об аде, геенне огненной, как о месте, изначально предопределённо предназначенном для нескончаемого заключения и нескончаемых мучений без освобождения когда-либо не прощённых Богом грешников. Если все люди — добрые, то геенна, предназначенная для злых, в Предопределении бытия Мироздания — никчёмна. В частности, слова булгаковского Иешуа Га-Ноцри отрицают все вероучения, основанные на Библии и на Коране, а также и все кастовые социологические толпо-“элитарные” доктрины разнообразных (знахарских) ведических традиций.

Сура 5, хронологически последняя в истории обретения культурой человечества Корана, завершается эпизодом из событий Судного дня:

«116(116). И вот сказал Бог: “О Иса, сын Марйам! Разве ты сказал людям: “Примите меня и мою мать двумя богами кроме Бога?” Он сказал: “Хвала Тебе! Как можно мне говорить, что мне не по праву? Если я говорил, Ты это знаешь. Ты знаешь то, что у меня в душе, а я не знаю того, что у Тебя в душе: ведь Ты — ведающий скрытое”.

117(117). Я не говорил им ничего, кроме того, о чём Ты мне приказал: “Поклоняйтесь Богу, Господу моему и Господу вашему!” Я был свидетелем о них, пока пребывал среди них, а когда Ты меня упокоил, Ты был наблюдателем за ними, и Ты — свидетель всякой вещи.

118(118). Если Ты их накажешь, то ведь они — рабы Твои, а если Ты простишь им, то ведь Ты — великий, мудрый!”

119(119). Сказал Бог: “Это — день, когда поможет правдивым их правдивость. Им — сады, где внизу текут реки, — вечно пребывающими они будут там”. Бог доволен ими, и они довольны Богом. Это — великая прибыль!

120(120). Богу принадлежит власть над небесами и землёй и тем, что в них, и Он мощен над всякой вещью!» (в переводе И.Ю.Крачковского).

Образ Иешуа из «Мастера и Маргариты» и образ Исы из Корана формируют у читателя взаимно исключающие представления о нравственно-этическом облике Христа.

И всякий читатель обеих книг может вообразить, что Иешуа попал в ситуацию, описанную в приведённом кораническом фрагменте. Ответы и речи его, совпадающие с приведёнными в Коране, невозможны. Вся ситуация развивалась бы совершенно иначе:

И вот сказал Судия: "О Иса, сын Марйам! Разве ты сказал людям: “Примите меня и мою мать двумя богами кроме Бога?”

Он ответил, улыбаясь просто и радостно: “Конечно, нет. Я никому не говорил таких глупостей: эти добрые люди придумали их сами. Но, как я пониманию, ты, добрый Судия, подумываешь о том, не послать ли многих из этих добрых людей в геенну на нескончаемые времена? Так ты бы, добрый Судия, опамятовался и одумался, прежде чем тебя охватит стыд: эти добрые люди учились только жизнью, их разумением на их же ошибках потому, что среди них мало кто может научить обрести истину и жить по ней. Согласись, ведь, если бы ты был Всевышним Всемогущим Богом, Творцом и Вседержителем, то изначально было бы крайне немилостиво с твоей стороны по отношению ко многим предопределить нескончаемые муки в геенне. Неправедно это, чтоб многие, совершив ошибки, неизбежность которых предопределена тобою же, нескончаемо мучились в ней по твоему же предопределению. Милостивый и Всемогущий даже и не помыслил бы так предопределить бытие Мироздания, а не то, что воплотить такое предопределение в жизнь. Согласись, что нельзя добродетельному Творцу быть хотя бы отчасти мстительным по отношению к творению, как бы эту мстительность ни назвали другими именами, чтобы придать ей благообразность и соблюсти приличия”.

Возможно, что М.А.Булгаков, если бы он обратился к затронутому нами кораническому описанию Судного дня, описал бы эту ситуацию в каких-то других словах, но никак невозможен в устах Иешуа из «Мастера и Маргариты» канонический коранический ответ:

«Если ты их накажешь, то ведь они — рабы Твои, а если Ты простишь им, то ведь Ты — великий, мудрый!»

Отождествление ниспославшего Коран в его исторически реальном виде, а также и авторов библейских “откровений” (на лживость которых многократно указует Коран), с Богом Истинным для булгаковского Иешуа невозможно.

Но придя к этому выводу, необходимо продолжить рассмотрение сюжета, завершающего хронологически последнюю суру Корана: что последует за такого рода возражением и упрёком в немилостивом для многих предопределении бытия? — основных, предельных вариантов развития ситуации представляется три:

· “Милостивый”: «И даже тебе, Иса, не понять истинной праведности Моего наилучшего предопределения необходимости предусмотреть нескончаемо существующий ад как составную часть поистине благоустроенного Мироздания: но Я всех прощаю, Я, поистине, — великий, мудрый»;

· “Воздаятельный”: “«И ты, Иса?… — и это после всего, чем Я облагодетельствовал тебя в жизни?… ты — такой же раб мой, как и все, о чём Я говорил в Откровениях, однако и ты оказался никчёмным и неблагодарным, как и многие другие, с кем ты будешь пребывать в геенне нескончаемо»;

· РУССКИЙ: Наваждение суда под воздействием Правды-Истины, изречённой праведником, начнёт трепетать подобно воздуху над горячей землёй и развеется как кошмарный сон, потерявший власть над пробуждающимися людьми. Все узрят Бога Истинного, Который действительно не предопределял нескончаемого воздаяния муками в геенне за неправедную жизнь в сотворённом Им по Своему Предопределению Мироздании. Но… одни узрят Бога с окрыляющей радостью, освобождающей их от прежде свойственных им искренних заблуждений, а у других к освобождающей радости добавится ещё и нестерпимый стыд[cdlxxxvii] за умышленно совершённое ими разнородное зло, и от охватившего их стыда им будет некуда деться, но Бог сам обратится к ним и поможет выдержать это последнее испытание — очищение стыдом, — после чего свершится преображение всех и вся, не выразимое ныне словами и далеко выходящее за пределы возможного ныне для людей понимания, а бытие Мироздания обретёт новое качество.

Но и это не все разногласия «Мастера и Маргариты» с Кораном, библейскими и ведическими священными писаниями.

Русский ответ на причину отрицания Корана и других вероучений про нескончаемый ад после судного дня требует мотивировки. И она нравственно-этически необходима, прежде всего, по отношению к тому, кто ниспослал Коран, поскольку в самом Коране сказано:

«Если Коран ниспослан Богом, а вы отвергаете его, то понимаете ли, что те, которые отвергают его, в большем заблуждении, нежели те, которые в крайних разногласиях в каких-либо иных мнениях?» — вариация редакции перевода Г.С.Саблукова.

Или ещё один вариант перевода:

«Видите ли, если Коран от Бога, а вы его отвергаете, то как вы оправдаетесь в этом перед его Ниспославшим?» (Коран, сура 41, её название — “Разъяснены”, аят 52).

Начнём с практического инженерного подхода к экспертизе всевозможных проектов, понятного ныне, по-видимому, большинству. Предположим, мы рассматриваем два проекта некоего устройства, предназначенного для осуществления некоего процесса. При прочих равных:

· один проект разработан так, что отходов производства и брака нет: 100-процентный выход продукции, отвечающей заданному стандарту в нём гарантирован; методы разработки и сам проект — безошибочны;

· другой проект разработан так, что в нём возникают отходы производства и некоторая доля принципиально неисправимого брака, и эти отходы и некондиционная продукция таковы, что не только представляют опасность для окружающих, но и неуничтожимы, не поддаются дальнейшей переработке, в силу чего возникает необходимость где-то и как-то их содержать нескончаемо долго изолированно ото всего прочего.

Понятно, что с инженерной точки зрения первый проект неоспоримо предпочтительней, а второй в сопоставлении с первым — неоспоримо ущербный, дефективный, возможно потому, что были неграмотно применены методы проектирования такого рода систем; а возможно, и потому, что порочны и сами методологические походы к решению такого рода задач.

По отношению к рассмотрению вариантов Предопределения бытия Мироздания, ад представляется именно как склад, предназначенный для нескончаемого хранения отходов процесса и производственного брака, представляющих реальную опасность для окружающих и не поддающихся переработке. То есть с инженерной точки зрения такое дефективное, порочное, ущербное Предопределение недостойно всемогущества и мудрости Всевышнего. Оно во многом напоминает затею человечества достичь процветания на основе ядерной энергетики: хранение жизненно опасных продуктов распада ядерных топлив и заражённых ими конструкций энергетического оборудования — технически неразрешимая задача, по какой причине подавляющим большинством здраво мыслящих людей ядерная энергетика, оставляющая после себя продукты распада, во всех её видах квалифицируется как сатанинское наваждение, которому отдалась цивилизация [cdlxxxviii].

К тому же выводу о дефективности и порочности Предопределения Мироустройства, в котором есть место нескончаемым мукам в геенне, приводит и нравственно-этическое рассмотрение двух вариантов предопределения Свыше бытия Мироздания, хотя и на основе другой логики.

Безусловно, простить всех грешников в судный день — значит явить великую милость. Но кроме намёка на это, в Коране сказано и другое, но уже о людях, а не о судном дне: «Богу они приписывают то, чем и сами тяготятся» ‹в смысле: те качества, которыми тяготятся в себе самих, они придают Богу› (Коран, 16:64). Чем люди сами тяготятся, и что вызывает их уважение? — Понимание этого доступно всем и каждому, даже если это не свойственно поведению их самих — вот это и необходимо рассмотреть конкретно.

Люди в своём обществе всегда с уважением относились к скромности и порицали честолюбие. Предопределение бытия Мироздания, в котором есть место геенне, но от которой все избавлены всеобщим прощением в судный день, порождает двусмысленность: геенна предопределена для того, чтобы даровав прощение, Бог потом принимал нескончаемую хвалу избавленных от нескончаемых мук грешников и всех прочих, кого Он ещё при жизни вёл так, что вопрос об их помещении в геенну не вставал, и упивался этой хвалой?

Что Бог — честолюбец? — Не напраслина ли это, возводимая на Бога Истинного Его имиджмейкерами, которые лепят Его образ в культуре так же, как лепят на потребу толпе образы эстрадных, спортивных и прочих «Суперзвёзд»?[cdlxxxix] Может всё же Бог не корчит из Себя «Суперзвезду», а деятельность такого рода имиджмейкеров, узурпаторов богословия и заблудших из паствы, протекает в пределах Божьего попущения в отношении них самих?

Но именно эта напраслина или двусмысленность, неотъемлемо свойственны въдению Предопределения бытия Мироздания, в котором есть место геенне, пусть даже и пустой. Что: Бог поддерживает двусмысленность ситуаций, в которых возможно превратное представление о Нём и Его Промысле? — либо Он освобождает людей от такого рода двусмысленностей, раскрывая перед ними многогранность и глубъны Своего Предопределения бытия?

Если же геенна после судного дня остаётся не пустой, то получается не лучше: Бог — честолюбец, упивающийся хвалой праведников и Им прощённых, всех тех, кто удостоен Им рая. Какой смысл существования не пустой геенны при этом? — быть пугалом для всей твари во всём дальнейшем бытии Мироздания, поскольку для удостоенных геенны нескончаемые муки не имеют никакого иного смысла, кроме как помучиться.[cdxc] И в сопоставлении с этим, небытие, в которое отправил Воланд Берлиоза, для грешников предпочтительнее, нежели геенна, конечно, если грешники не обратятся в мазохистов, для которых геенна покажется местом получше рая.

Либо геенна предназначена для осуществления каких-то других неведомых и невообразимых нами целей, но люди сами залезают в неё вследствие уклонения от праведного образа жизни, в результате чего геенна употребляется вопреки её истинному предназначению? — Но тогда творение несовершенно, в том смысле, что геенна не снабжена «защитой от дураков», бытию которых в Предопределении также есть место.

Но так или иначе при наличии геенны в Предопределении бытия Мироздания возникает ещё не одна двусмысленность: имеет место предостережение людей Богом в Откровениях от Самого себя?[cdxci] либо принуждение к добродетельности культом страха перед Богом и наказанием отступников нескончаемой геенной — один из инструментов построения Царствия Божиего во всём Мироздании?[cdxcii] Что такое геенна: воздаяние тем, кто действительно избрал для себя злодейство или мстительность неумелого творца по отношению к его же несовершенному творению?

И если людям так или иначе свойственна скромность и люди почитают милосердие от щедрот души, то не знаменуют ли все эти и прочие, не названные нами, двусмысленности:

· что непоказная скромность и щедрость души, свойственные добрым людям, — «слабый отблеск» непоказных скромности и щедрости Божией, и соответственно Богу ни в малейшей степени не свойственно честолюбие и жажда похвал и славословий? — и потому 3-я книга Царств (гл. 19:12) и указывает на явление Себя Богом Илии в веянии тихого ветра.

· что Ему чуждо являть Себя в двусмысленных ситуациях и поддерживать двусмысленные ситуации, в которых кто-то способен ошибиться и бросить Ему напраслиной упрёк в нескромности и честолюбии?

· что Ему не нужны культы славословия и просьб, а тем более и обряды, жертвоприношения “умилостивления” или самоистязания — физического или морального, отождествись Он с которыми, Он бы предстал нескромным честолюбцем, к тому же не всегда и справедливым по отношению к другим (например в ситуации расплаты за свои грехи жертвоприношением праведников)?

· что в душе человека всегда должно быть место явлению Божиему, а нравственные мерила (нравственные стандарты) человека должны быть в ладу с Промыслом?

· что Богу неприемлемы рабское холуйство людей из страха перед Ним так же, как противны и рабское холуйство людей перед другими людьми и иными сотворёнными Им сущностями?

· что Бог просто входит в непосредственное общение с каждым по жизни сообразно обстоятельствам, не забывая никого и не отступаясь ни от кого, как бы тот ни заблудился, как бы ни упорствовал в заблуждениях и ни извратился от безверия Ему, под воздействием страхов и вожделений, недостойных человека?

· что — в конце концов и начале начал — Богу свойственно Предопределение бытия, в котором все без исключения, так или иначе, но неизбежно придут к пониманию Его Правды-Истины и будут пребывать в ладу с Ним свободно и без страха, не унижая в своих представлениях о Боге Его истинное достоинство возводимой на Него напраслиной?

· что, если в Предопределении бытия и есть некий особый день, то это будет никак не «Судный день» в общеизвестном из учений про рай и ад смысле, а Постыдный день для грешников, в который последует преображение Мироздания к новому качеству всеобщего бытия.

Иными словами Единственному Всевышнему Богу — Русскому Богу всех людей, Всемогущему Творцу всего и вся, Вседержителю — свойственна всеобъемлющая совокупность совершенства — Любовь — и Милость к Своему творению, исходящая изначально от стадии Предопределения Им бытия всего сотворённого. И эта Милость распространяется на всех, и особая милость, не предназначенная растлевать общество безнаказанностью — падшим.

И это Высшее Предопределение исключает какие-либо нравственно-этические двусмысленности, которых через край во всех культовых вероучениях без исключения, вследствие того, что всем им свойственно какое-то дефективное и ущербное въдение чего-то, что они называют «Предопределением бытия», в котором якобы есть место пустой (вследствие возможного прощения всех) или заполненной грешниками геенне.

И люди в Предопределении бытия — в его Русском понимании — не рабы даже Богу, они — по Предопределению — свободные добровольные сотрудники и помощники Ему, помогающие не из страха, а по глубокому убеждению, что Бог всегда прав.

Кто-то может настаивать, что искупление себя самого стыдом — слишком лёгкое воздаяние всевозможным злодеям за всё то, что они творили и творят на Земле. Многие жаждут увидеть жестокое воздаяние злодеям, а по существу жаждут — окончательного добивания падших и изгнания их в абсолютное небытие.

Но тема милости к падшим — неотъемлемо свойственна всей памятной Русской культуре:

· Это и пушкинские слова «И долго буду тем любезен я народу, что чувства добрые я лирой пробуждал, что в мой жестокий век восславил я свободу и милость к падшим призывал»;

· душу Тамары в лермонтовском «Демоне», действительно соблазнённой демоном, ангел Божий всё равно не отдаёт демону, а уносит с собою;[cdxciii]

· лесковский попик-забулдыга, который — вопреки догматическому запрету — молится о душах самоубийц, и как явствует из рассказа, Бог принимает его молитвы;

· и опера Н.А.Римского-Корсакова и В.И.Бельского «Сказание о невидимом граде Китеже и деве Февронии», в которой Феврония возится как с несмышлёным малым ребёнком с Гришкой Кутерьмой — средоточием почти всех возможных пороков: пьяницей, похабником, трусом, изменником и предателем — наводчиком завоевателей на город, оклеветавшем и её саму в совершении этого преступления.

Мнение же о лёгкости воздаяния стыдом выражает некую мстительность и по сути своей — ошибочно и ложно. В живом Русском языке понятие стыда связано не с судом, имеющим место после свершения чего-либо, а с предосудительностью недостойного человека поведения. Предосудительность — одна из составляющих Божьего акта Предопределения бытия, и потому упреждает недостойное. Одно из значений слова «стыд», «студ» в Словаре В.И.Даля определяется так:

«Стыд (…) чувство или внутреннее сознание ПРЕДОСУДИТЕЛЬНОГО (выделено нами при цитировании), уничижение, самоосужденье, раскаянье и смиренье, нутреная [cdxciv] исповедь перед совестью».

Среди пословиц и народных поговорок, приводимых В.И.Далем в этой статье, есть и такая:

«Людской стыд (т. е. чужой стыд: наше пояснение при цитировании) — смех, а свой — смерть». А по сути свой стыд для многих оказывается страшнее смерти, вследствие чего не вытерпев стыда в жизни, они избирают смерть и кончают собой в безосновательной надежде уйти от стыда по смерти, даже в тех культурах, где вероучение обещает нескончаемый ад в качестве воздаяния за самоубийство. Стыд представляется им более нестерпимым чем ад.

Мнение же о якобы незначительности и лёгкости искупления грехов, тем более совершённых по злому умыслу, познанием стыда — выражение некой мстительности и нравственно-этического беспамятства: те, кто думает так, забыли свои ощущения при первой волне стыда, которая накатила на них (скорее всего) в раннем детстве, когда они впервые почувствовали, что совершили что-то недостойное человека. Потом все мы научились уходить от стыда и подавлять его в себе. Но стыд “судного дня” — Постыдного дня — на который обрекает сам себя каждый злоупотребляющий Божьим милостивым Предопределением — подавить не сможет никто, и деться от него будет некуда. Поэтому, даже зная, что в Божьем Предопределении бытия нет места нескончаемому аду, не следует злоупотреблять милостью Божией даже в попускаемых Им пределах (для каждого своих). Причём следует знать и понимать, соотносить со своею жизнью, что тем, кто совершает недостойное человека по искренней ошибке, — позволено то, что пресекается в отношении тех, кому сообщено, что делаемое ими — ПРЕДОСУЖДЁННОЕ зло; и в пресечении их деятельности в жизни выражается один из видов защиты их же от нестерпимого стыда в Постыдный день.

И название «Постыдный день» — вызывает в душе куда более неприятные ощущения нежели привычные названия «Судный день», «Страшный суд», именно потому, что мы в жизни хотя и не боимся стыда так, как боимся какой-то опасности, но его невыразимого воздействия всегда стараемся избежать. Самый лучший способ избежать стыда — искренне стремиться к праведности, и тогда Бог поможет избежать неприятного, невыразимого, но облагораживающего, преображающего воздействия стыда.

Но ад, геенна всё же может существовать — как эгрегор (коллективный дух определённо-связанных между собою людей), который пленяет души грешников в силу принципов своего построения. Однако создан он и подпитывается энергией и информацией страхов, ужасов и злобных помыслов самих же людей. Рай, как антипод ада — место нескончаемого услаждения чувств всевозможными “приятностями” может существовать на таких же принципах энергоинформационного обеспечения. Полезно знать, что система языческих верований Руси в докрещенские времена не включала в себя учений о вечном аде и рае, и русские были свободны от морального террора и морального подкупа такого рода; террора не анонимного, а осуществляемого духовными полицаями оккупантов — иерархами “православной” церкви.

Культы единобожия, восходящие к “Откровению” Моисею, основанные на Библии и Коране, едины в запугивании нескончаемым адом всех, кто не признаёт их Божественного происхождения или проявляет свою волю, переступая бессознательно, а тем более осознанно целеустремлённо через их заповеди — предписанные ими нормы жизни индивидов и общества.

И все культовые вероучения “единобожия” без исключения, так или иначе, прямо или косвенно ограничивают и подавляют познавательное и творческое начало в человеке как догматами, так и культивируемыми страхами.

И все они отрицают истинность того:

· что все люди, при всём различии в их физическом, интеллектуальном, психическом развитии, в их образовании, знаниях, навыках, всегда и везде по их предназначению в Предопределении Свыше на нынешнем этапе истории, когда происходит становление культуры будущей человечности, — Посланники Всевышнего Бога один к другому и наместники Божии на Земле;

· что люди уклоняются от миссий наместничества и посланничества только под воздействием разнородных страхов, включая и ничем не оправданный страх перед Богом; но не эти наваждения страхов, а собственная трусость глушит в людях совесть и стыд, вследствие чего они и не приемлют Правды-Истины, которую Бог даёт каждому непосредственно в его внутренний мир через совесть, через обращения к ним других людей, через произведения и памятники общей всем культуры;

· что Бог ни от кого не отступился и не отступится, и никого и никогда не обделяет Своим вниманием, заботой и милостью, но из трусости, подчинившись наваждениям страхов [cdxcv], люди предпочитают отказываться от Его внимания и заботы в отношении них.

И тезис о трусости как о худшем пороке многократно провозглашается в романе М.А.Булгакова:

«…и трусость, несомненно, один из самых страшных пороков. Так говорил Иешуа Га-Ноцри. Нет, философ, я тебе возражаю: это самый страшный порок».

Как относиться к информации, содержащейся в имитациях “Откровений Свыше”, зафиксированных в исторически реальных «священных писаниях», если она хотя бы отчасти проистекает от противников Промысла Божиего?

Ответ на него — самый простой:

Относиться ко всему без трусости по совести, поскольку всё, к чему человека приводит Бог, а равно и всё, что Бог приводит к человеку милостью или попущением — даётся человеку в поучение, и этим не дoлжно пренебрегать.

И это действительно так, поскольку трусость — худший из пороков. Трусость вызывает к жизни безволие; безволие — одержимость; одержимость — отчаяние, которое, в свою очередь усугубляет трусость, всё более и более уводя человека от Бога.