ВСЁ ЕСТЬ, КАК ОНО ЕСТЬ

Это волшебный мир: он весь устроен из зеркал.

Если у этого сна есть хоть какие-то правила,

одно из них, похоже, это то, что если вы

отвернётесь от чего-то,

то снова увидите его.

То, от чего вы отворачиваетесь,

то, к чему вы поворачиваетесь,

есть вы Сами.

Лишь тот, кто видит своё истинное лицо

без зеркала,

знает Себя.

Тогда волшебный пузырь лопается

и все проекции исчезают

поскольку нет двух — есть только один.

Нет отделённости или отдалённости,

потому как нечему быть отделённым или отдалённым.

Тот, кто смотрит

глазами возлюбленного,

глазами незнакомца,

(глазами мыши, ястреба,

ярчайшей из звёзд, этого камня),

это тот, кто смотрит

и теми глазами, которые вы называете «своими».

На определённом «уровне» все это знают.

Это шёпот, неотступное звучание, ощущение,

(столь часто понятое неверно),

подобное занозе в вашем уме:

Тот, кто смотрит, есть Всё.

И Всё есть, как оно есть.

II

В примечательной небольшой книжке «Дары непознанных вещей» биолог Лайл Уотсон среди прочего упоминает океанского кальмара. С точки зрения биолога, с кальмарами связано несколько странных фактов, которые складываются в весьма причудливую картину, если вообще складываются.

У кальмара есть глаз, который удивителен для такого моллюска — весьма недоразвитого беспозвоночного с несегментированным телом. Глаз кальмара необычайно развит: радужная оболочка, хрусталик, который может фокусироваться на различные расстояния, и сетчатка как с палочками, так и с колбочками, позволяющими различать контрасты и цвета. Глаз кальмара каждым дюймом своим развит настолько же, насколько развит человеческий глаз, и обладает той же зрительной способностью. Несмотря на это, животное, к которому приделан этот глаз, не располагает мозгом, который хоть в какой-то степени обладал бы возможностями переработки зрительной информации, поступающей через этот удивительный глаз. На самом деле, у него практически вообще нет мозга. Нервная система его состоит лишь из весьма рудиментарного нервного узла, который отвечает за основные моторные функции организма; нет мозга, нет зрительного центра, ответственного за формирование образов, при огромном количестве информации, получаемой этим сложносочинённым глазом.

Кроме того, существуют буквально миллиарды кальмаров. Они высокоподвижны, и их можно обнаружить в любых океанских водах, на любой глубине, при любом температурном градиенте, во всех океанах мира, днём и ночью.

Глаз, способный на самое лучшее видение на планете. Приделанный к высокоподвижному и вездесущему, но крайне примитивному и легко репродуцируемому организму, с рудиментарной нервной системой, едва ли имеющей хоть какие-то способности к зрительным процессам.

Я читал эту книгу много лет назад, но до сих пор помню, что был абсолютно сражён шуткой, которой Уотсон завершает своё обсуждение кальмаров:

Посетители предупреждаются, что это устройство находится под постоянным наблюдением.

Интересно, знал ли Уотсон, насколько он был близок к истине:

Истинное видение — это не просто смена направления зрения, но изменение самого его центра, в котором исчезает сам видящий.

Рамеш

Понятно, что это не тела-умы, не организмы людей или кальмаров, которые видят.

Тот, кто видит

глазами кальмара,

это тот, кто видит

глазами, которые

вы называете «своими».

Тот, кто видит, есть Всё.