О ЛЮБВИ

О ЛЮБВИ

(1 Иоанна 4:7–12)

Нам с вами хорошо известны слова апостола Иоанна: «Возлюбленные! будем любить друг друга, потому что любовь от Бога, и всякий любящий рожден от Бога и знает Бога. Кто не любит, тот не познал Бога, потому что Бог есть любовь. Любовь Божия к нам открылась в том, что Бог послал в мир Единородного Сына Своего, чтобы мы получили жизнь через Него. В том любовь, что не мы возлюбили Бога, но Он возлюбил нас и послал Сына Своего в умилостивление за грехи наши. Возлюбленные! если так возлюбил нас Бог, то и мы должны любить друг друга. Бога никто никогда не видел. Если мы любим друг друга, то Бог в нас пребывает, и любовь Его совершенна есть в нас» (1 Ин. 4:7–12).

В другом месте Священного Писания говорится, что любовь «крепка как смерть» (П. Песн. 8:6). Но при взгляде на окружающий нас мир, даже на самих себя, мы можем сказать, что налицо кризис любви в людских сердцах. Великая скорбь постигла наш современный мир: мы повсюду видим горесть охладевающей любви. Повсюду скорбь разъединенных сердец, скорбь войн, скорбь ненависти, многие, многие скорби. И поэтому Господь призывает нас искать утешения именно в Любви! Не в той любви, которой мы выбираем любимых и откидываем нежеланных. А в той, которая как солнце светит на добрых и злых, потому что хочет добра злым, желает и им стать детьми Царства Божия. Искать утешения в Господе, потому что Он и есть подлинная. Любовь (1 Ин. 4:9).

Несмотря на явный дефицит любви в окружающем нас мире, люди часто говорят об этом прекрасном чувстве. В Церкви о любви проповедуется еще чаше. Но, вместе с тем, этот бесценный дар Божий нам все равно сложно до конца понять. В одном из стихотворений Роберта Рождественского есть такая строчка: «Ненависть проще любви, ненависть объяснима». И действительно, когда мы испытываем к кому–либо неприязнь, мы можем, по крайне мере, самим себе честно признаться, за что мы ненавидим нашего ближнего. Мы можем объяснить, что рождает в нас чувство ненависти: обида, зависть, предательство, или все вместе взятое. Не так с любовью. Это чувство, чувство любви, которое мы с вами переживаем на опыте, зачастую сложно переложить на наш язык. И действительно, за что мы любим именно этого человека, а не другого? За ум, красоту, доброту, талантливость, юмор, искренность, волю, силу? За что? Тем более что рядом с нами есть те, кто превосходит нашего любимого человека даже в его самом лучшем качестве. И все равно мы любим именно ее или его, а не кого–то другого. Подобное происходит и тогда, когда человек встречается в своей жизни с Богом. Силуан Афонский красиво передает чувство Божьей любви, которую испытывает человек, однажды встретившись с Господом: «Сердце рвется сказать: ум недоумеет, как сказать; слезы не дают сказать, как нас много любит Господь» Что же такое любовь и каковы черты подлинной христианской любви?

Христианская любовь всегда дает еще один шанс для исправления ближнему. Что это значит? Как часто мы напоминаем близкому нам человеку о старой ссоре, давней обиде или прежнем падении. Но Господь призывает нас не возвращаться вновь и вновь к прошедшему, потому что «прикрывающий проступок ищет любви; а кто снова напоминает о нем, тот удаляет друга» (Прит. 17:9). И по собственному опыту мы знаем, что это так. В который раз, наступив на больную мозоль ближнему, мы спровоцируем очередной конфликт. И как следствие такого неразумного и даже безответственного поведения в наши отношения закрадывается чувство страха. А страх начинает отравлять наши отношения. Страх лишает нас естественности и искренности в отношениях с нашими родными и друзьями. Мы боимся оказаться непонятыми и отвергнутыми. По слову же апостольскому присутствие страха в отношениях является свидетельством отсутствия подлинной любви: «в любви нет страха, но совершенная любовь изгоняет страх, потому что в страхе есть мучение. Боящийся несовершен в любви» (1 Ин. 4:18). И апостол Петр призывает нас проявить настойчивость в любви к ближнему и тем самым пытаться исправить его: «Более же всего имейте усердную любовь друг к другу, потому что любовь покрывает множество грехов» (1 Петр. 4:8).

Еще одна черта христианской любви. Подлинная любовь оставляет ближнему право быть иным, чем мы. Любовь не ревнует его к прошлому и к настоящему. Не делает его зависимым от нашей любви. У Беллы Ахмадуллиной есть четверостишие, в котором она говорит о ценности отдельно взятой человеческой личности для Господа:

Присутствием твоим: крала, несла,

Брала себе тебя и воровала

Забыв, что ты — чужое, ты — нельзя,

Ты — Богово, тебя у Бога мало

Иногда мы вдруг обнаруживаем, что нашему любимому человеку приятно вспоминать свое прошлое, вспоминать те события, которые доставляли ему или ей настоящую радость. И здесь мы сталкиваемся с внутренним очень неприятным чувством. Чувством ревности к прошлому своего супруга: «Почему ему или ей так приятно вспоминать то время, в котором не было меня?! Разве мой любимый человек мог быть счастливым без меня?! Это невозможно! Это ненормально!». А бывает и так, что ревнуем к настоящему. Ревнуем к другу своего мужа, или подруге своей жены: «Ты столько времени проводишь с ним, да что ты в нем нашел?! Почему тебе так интересно с ним?!». Так вот, мы, как христиане, призваны ценить радость своего любимого человека. Мы призваны благодарить Господа за то, что наш любимый или любимая могут радоваться общению с теми, кто близок им, но не близок нам. И, напротив, если мы попытаемся искусственно поставить барьер в отношениях своего супруга с его или ее друзьями, мы тем самым лишим частички радости своего любимого человека. Пусть Господь научит нас радоваться радостью того, кто нам очень дорог. Не пытаясь владеть своим любимым человеком, поскольку «он Божий», но помогая раскрыть ему все самое прекрасное, что в нем есть. Об этом нам говорит и апостол Павел: «но без твоего согласия ничего не хотел сделать, чтобы доброе дело твое было не вынужденно, а добровольно» (Филимону 1:14). Любой барьер, любая искусственно созданная преграда, любая попытка «сломать» своего ближнего приведет к вынужденному, пусть даже и доброму, поступку с его стороны. Положа руку на сердце, как нам не хватает в наших отношениях вот этой естественности и искренности. Как нам не хватает «добровольного добра» со стороны нашего ближнего. Как нам хочется, чтобы нас принимали и любили такими, какие мы есть на самом деле. Пусть же Господь каждого из нас научит внимательности к своему ближнему, пусть поможет вдохновлять своего ближнего на поступки по любви (Евр. 10:24).

А если вдруг мы окажемся на месте тех, кого приревновали к прошлому или настоящему, то будем всегда вспоминать слова царя Давида: «отовсюду окружают меня словами ненависти, вооружаются против меня без причины; за любовь мою они враждуют на меня, а я молюсь» (Пс. 108:3–4). Будем молиться о возвращении утраченного доверия, будем молиться о недостатке любви в нашем ближнем и в нас самих.

Но бывает и по–другому. Мы получаем удар от тех, кого любим. И этот удар тем больнее, чем ближе нам человек наносящий его. Случается и так, что мы сетуем: «вот я ее любил, а она оказалась недостойной моей любви. Я так его любила, а он так подло обошелся со мною». Мы сожалеем о том, что когда–то испытали это прекрасное чувство любви. И это действительно страшно для христианина. Сожалеть о сделанном добре, раскаиваться в оказанной милости, стыдиться прошлого чувства любви. У Леонида Филатова есть небольшое стихотворение, которое в какой–то мере дает ответ на такие сетования, помогая понять подлинную ценность любви.

В наш трудный, но все–таки праведный век,

Отмеченный потом и кровью,

Не хлебом единым ты жив, человек, —

Ты жив, человек, и любовью.

Не злись, что пришла — оттеснила дела,

Не злись, что пришла не спросила, —

Скажи ей спасибо за то, что пришла, —

Скажи ей за это спасибо!..

Когда удается одерживать верх

Тебе над бедою любою, —

Не волей единой ты жив, человек, —

Ты жив, человек, и любовью.

Не хнычь, что была, мол, строптива и зла,

Не хнычь, что была, мол, спесива, —

Скажи ей спасибо за то, что была, —

Скажи ей за это спасибо!

«За все благодарите», — говорит нам апостол Павел (1 Фес. 5:18). Будем благодарны за возможность любить и быть любимыми, а это не так уж и мало. Еще одна характерная черта христианской любви. Непослушание Закону Божьему, равно как и неспособность любить и прощать, взаимосвязаны между собою. Наверное поэтому Спаситель Христос с горечью произнесет о будущем человечества: «и, по причине умножения беззакония, во многих охладеет любовь» (Мф. 24:12). Человек первым отказался от любви в своих отношениях с Господом. В Апокалипсисе мы можем прочитать эти горькие слова: «Но имею против тебя то, что ты оставил первую любовь твою» (Откр. 2:4). Иными словами, ты первым допустил в отношения подозрительность, зависть и неприязнь. Ты первым согласился отказаться от многолетнего опыта общения с Господом в угоду одной лишь фразы лукавого: «подлинно ли сказал Бог?». Ты первым перестал любить… Когда человек отказывается от Закона Божьего, когда он начинает преступать заповедь Божию, зачастую поступая вопреки собственной совести, он, в конце концов, становится бесчувственным, он перестает любить. А где нет любви, перефразируя Достоевского, «там все позволено». Там есть равнодушие, там есть непрощение, там есть ненависть и подлость.

Христос Спаситель сказал однажды: «по тому узнают все, что вы Мои ученики, если будете иметь любовь между собою» (Ин. 13:35). А любовь Христова являет себя как в видимых, так и в невидимых для глаза поступках. Видимые поступки — это то, как мы действуем. Это наша повседневная жизнь, которая может стать ярким свидетельством присутствия Бога в человеческом сообществе верующих людей. Невидимые поступки обнаруживают себя во внутреннем правдивом отношении к самому себе и ближнему. А в целом получается христианин, у которого слова не расходятся с делом.

У Николая Лескова есть красивая сказка «Маланья — голова баранья». Напомню ее краткое содержание. Жила–была женщина по имени Маланья, а по прозванию «голова баранья». Ее считали глупою, потому что она о других больше, чем о себе думала. Прошло время, состарилась Маланья. Пришла за ней смерть и спрашивает ее: «Как твое имя?». Она старается вспомнить, но не может и отвечает: «Не знаю, люди зовут меня: «голова баранья». А настоящее мое имя, наверное, давно уже стало другим». И тогда смерть стала спрашивать у окружающих людей: «как имя этой женщины?». И вдруг, в ответ на вопрос смерти упал с неба белый, как снег, чистый камень, как сердце обточенный, и на нем золотыми буквами написано одно единственное слово, написано имя — Любовь. Увидела это смерть и сказала: «Ты не моя — нет твоего имени в моем приказе: любовь никогда не умирает» Об этом же говорит нам и апостол Павел: «Любовь никогда не перестает, хотя и пророчества прекратятся, и языки умолкнут, и знание упразднится… А теперь пребывают сии три: вера, надежда, любовь; но любовь из них больше» (1 Кор. 13:8, 13).

Где рознь — там нет любви, где разделение — там нет любви, а просто попрание заповедей Христовых и Креста Христова. А где люди преодолеют рознь в своих отношениях во имя Христово, и, преодолев, останутся друг с другом неразлучны во имя Христа -там победа будет, победа Христовой Любви. Да, нам не всегда легко друг с другом, иногда просто невыносимо. И все чаше и чаше беспросветными кажется будущее наших отношений. Но будем помнить, что у нас всегда есть Тот, имя Которому Любовь. Господь, Который любит нас всегда «вопреки» а не «за». Господь, Который всегда готов дать нам силы простить, понять и вновь ощутить красивое и глубокое чувство любви. Аминь.