САМОУМЕРЩВЛЕНИЕ

САМОУМЕРЩВЛЕНИЕ

Собственно человек есть в нас то, что украшено богоподобными совершенствами, а все пришлое не есть человек, а являет только призрак человека, и не живет, а являет только призрак жизни, на деле же мертво, или, точнее, мертвяще в отношении к истинному человеку. Казалось бы, нам-то самим лично надлежало стоять на стороне правого, первобытного (бывшего сперва. - Ред.) человека, но непонятно, что такое сделалось с нами. Мы отшатнулись от него и стали на сторону человека пришлого, страстного до такой степени, что только его и считаем мы собою; от этого и выходит, что какою бы страстию ни был одолеваем человек, он стоит за нее, как за себя; ему и на мысль не приходит, что он тут есть лицо деемое, а не действующее. Так, когда, например, он сердится - говорит, что стоит за себя; когда похотствует - говорит, что природа того требует, а между тем, ни гнев, ни похоть, ни иная какая-либо страсть не есть мы и не принадлежит к нашей природе: это все пришлое, чуждое, враждебное нам и губящее нас.

Сознание наше одно у нас. Оно составляет в нас то, почему мы - лицо, и принадлежит богоподобному духу. Когда говорят нам что-либо, то к нему обращаются, и когда требуют чего, от него требуют. Но оно, как мы видим, перешло на сторону страстного человека и стало считать его собою, не будучи, однако ж, им по природе, а составляя и долженствуя составлять едино с человеком как он вышел из рук Творца. Заповедь Христа Спасителя - погубить душу, умертвить, или распять себя, должна быть принята нашим лицом в том его виде, в каком оно является по падении, когда оно считает собою человека страстного. Значит, когда предписывается нам погублять душу свою, умерщвлять себя, то предписывается умерщвлять и губить страстного в нас человека, образовавшегося в нас вследствие падения, которого мы считаем собою по обольщению (обману. - Ред.). Если поступаем так, то истинный человек в нас освободится из-под гнета человека пришлого и заживет свойственною ему богоподобною жизнию, а этот пришлый, призрачно живущий, исчезнет в нас, и во всем существе нашем водворится таким образом истинная жизнь, а исходить она будет из самоумерщвления.