59.

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

59.

1) побыв среди суеты мирской, возблагодарил я бога, что мы с вами убежали оттуда. – 2) нет ничего блаженнее нашего состояния и по тому, что имеется в цели, и по тому, что дается тотчас. – 3) Возлюбим Бога: ибо кто достойнее любви? и что блаженнее сей любви? Вы приступили к сему и начали, но конец далеко. – 4) плоть надо умертвить, особенно похоть ее, избеганием всего, что может возбуждать ее. [1, 67]

1) Завчера, по повелению владыки нашего, вышел я из монастыря, взошел в патриархию, а оттуда к царской Литургии. Весь день провел я там, и видя видел виды и лица, кружение мирских дел и хлопотливость, туда и сюда гоняющую людей, их многоглаголание, многозаботливость и мирские сговоры: и это во дни честной и святой Четыредесятницы. Отстранило это меня от обычного настроения, уши мои оглашались странными глаголаниями и очи мои развлекались многими и разнообразными фантазиями. И теперь еще чувствуется это во мне; и я пользуюсь настоящим благовремением, чтоб высказать это вам. Как из облака сгустившегося ниспадают капли дождевные; так при стесненном сердце капали слезы из очей моих, и я, испустив вздох из глубины сердца моего и утишив волнение помыслов моих, молитвенным горе восхождением возблагодарил Господа и ублажил вас, что вышли вы из среды таковых, и отлучились от них, и отреклись от самого даже прикосновения к нечистоте мирской, пребывая на поприще подчинения, каждодневно борясь с искушениями терпения и в духе восходя на высоту добродетелей богоугодным благонастроением и благоповедением.

2) Что блаженнее, что вожделеннее, что благолепнее вашего положения и состояния? Вы воистину чада Христа, слуги Бога и Отца, отрекшиеся от плоти и крови. Цели людей житейских – в земном, цели ваши – в небесном; для них главное – мир, для вас – небо. Им свойственно здешнему радоваться без радости, здешним богатиться без чувства богатства, здешним наслаждаться без утоления глада наслаждения. Иначе не могу говорить о них. А у вас – веселие, источаемое надеждою, – радование о том, что обещается в будущем веке, – при бедности во временном, обогащение в вечном, – при скорбном воздержании вкушение недомыслимо сладких благ духовных. – Не будем же ничего другого ублажать, ни на что другое обращать взоры и внимание, ничего другого вожделевать, кроме того, что даровано нам по вышнему жребию и чем облагодатил нас Дух Святый.

3) Придите, дадим славу Призвавшему нас. Придите, возлюбим так Возлюбившего нас. Придите, рабски послужим Ему, да сподобимся господства над всем. Придите, убоимся Его, да убоится нас мир, и возлюбят лики ангельские. Придите, очистим себя от злых дел и помышлений, да Он, Свет воистину суще неприступный, облистает нас молниею Духа и возведет на высокую гору Божественного жительства, и покажет нас людям, яко град божественный. Слышали, что говорит некто из святых отцов в Герондике: если почтим Единого, т. е. Бога, то все станут почитать нас, а если обесчестим Его грехами своими, то встретим противное тому? – Да и кто не возлюбит Господа? Кто не прилепится к сему Свету великому и непрестающему? Кто не потечет к сему великому Подвигоположнику и Венцедателю? Кто не восхощет сцарствовать сему Всецарю веков? Кто не предпочтет всему всыновления Тому, из Негоже всякое отчество на небе и на земле, Отцу щедрот и Владыке всяческих? Кто не возревнует сонаследовать с Господом нашим Иисусом Христом Отческое оное общение, которое невозвестимо для слова, невместимо для слуха и неисследуемо для мысли? Вы избрали сие и возлюбили, вышли на зов и пришли, начали совершать и совершаете. Но еще не конец подвигам (ристалищным состязаниям), еще не предел бегу; еще потребно тещи и тещи усиленно, еще не истек час состязаний, как изрекли великие оные и златые уста Духа. Не слышим разве, что говорит Павел, сей свет мира, Апостол вселенский: тако теку, не яко безвестно: тако подвизаюся, не яко воздух бияй: но умерщвляю тело мое и порабощаю, да не како иным проповедуя, сам неключим буду? (1 Кор. 9, 26, 27).

4) Видишь, что изрек человек Божий? Потребно умерщвление и властное порабощение этого неукротимого коня плоти. Утесним же его и обуздаем. Прошу вас об этом я, многострастный и многогрешный, чтоб он не закусил удил, не сбросил седока – ум, и не сделал нас посмешищем для врагов наших. Будем избегать стремнистых мест, чтоб тещи безопаснее. Понимаете конечно, о чем я говорю. – Горе лукавому зрению, потому что оно впускает в душу яд греха! Горе окаянной дерзости, потому что она быстро сожигает дом добродетелей! Горе юношеским друг другу улыбкам безбородых или и бородатых, потому что они в одно мгновение низвергают нас в дольнейшие страны страстей! Горе насыщению чрева и вдоволь спанию, потому что они порождают и множат злоплодные семена похотения! Горе сдружающимся два-два, заводящим тайные вместе сидения и беседы, и особенно дерзающим при сем открывать друг другу срамные помыслы, будто для взаимной пользы и пользования, потому что посреде них не Христос, а сатана! Но оградите себя страхом Божиим, и паче и паче возвышайтесь в небесном восхождении своем.