Глава 4. Время зрелости, стабилизации, «классицизма». Вторая половина IX–XII века

Глава 4. Время зрелости, стабилизации, «классицизма». Вторая половина IX–XII века

К середине IX в. в Византии достаточно четко наметились как минимум три направления в эстетике главное — патриотическое (или богословско-церковное); сформировавшаяся внутри него, но имевшая самостоятельное лицо интериорная эстетика (эстетика аскетизма) и в какой-то мере противостоявшая Этим направлениям антикизирующая эстетика. Важно иметь в виду, что между этими направлениями не существовало жестких границ, нередко они достаточно тесно соприкасались друг с другом и их теоретиками часто выступали одни и те же лица. Более того, все три направления, несмотря на различия в понимании их теоретиками ряда основных эстетических проблем, внутренне опирались на единую мировоззренческую систему, являлись вполне законным порождением византийской культуры и составляли внутри нее некоторую органичную целостность, основанную на диалектическом единстве противоположностей. Различать эти направления имеет смысл только в их главных тенденциях и исключительно в исследовательских целях. Сама художественная культура Византии складывалась из течений, ориентирующихся на то или иное из указанных направлений, что может служить дополнительным стимулом для их изучения.

С победой иконопочитания в IX в. практически завершилось активное формирование основного направления византийской эстетики — патристического, ставшего своего рода нормой для последующих веков византийской культуры. Идеальный эстетический объект в этом направлении был усмотрен в духовной

сфере, которая заняла верхние разряды в иерархии ценностей, сформированной в соответствии с новыми социально-политическими и философско-религиозными идеалами. Однако путь к этому идеальному эстетическому объекту проходил, как убедились отцы церкви, через мир чувственно воспринимаемых вещей и явлений, что привело их к разработке эстетических проблем и этого мира, естественно, в аспекте ориентации на эстетический абсолют — Бога. Отсюда — «сублимизация» (от sublime — возрастание степени возвышенности) всех эстетических категорий и, прежде всего, понятия прекрасного с рядом его новых модификаций (свет, цвет); детальная разработка в эстетическом плане таких глобальных проблем духовной культуры, как знак, символ, образ, икона; осмысление новых функций искусства (в частности, анагогической), новых задач, стоящих перед ним, новых принципов его формирования (традиционализма и каноничности, прежде всего)[136].

Основные положения и характерные черты этого главного направления византийской эстетики практически полностью сформировались к середине IX в. и в дальнейшем существенно не менялись, хотя и варьировались под влиянием конкретного развития художественной культуры и двух других направлений эстетики.

Со второй половины IX в. в интеллектуальной среде византийской знати начинает набирать силы эстетика, ориентировавшаяся на греко-римскую языческую античность. В художественной культуре возрождаются мотивы античной мифологии, но уже не в их культово-религиозной значимости, а как явления сугубо художественно-эстетического порядка. Возрастает интерес ко всем явлениям духовной культуры античности. В литературе появляются парафразы и подражания античным авторам. Соответственно обретают новую силу и многие античные эстетические принципы и концепции, порицавшиеся представителями патристического направления предшествующих периодов. Возникают многочисленные произведения искусства (светского, прежде всего, но так же нередко и религиозного), ориентирующиеся на эти принципы. Антикизирующее направление в византийской эстетике занимает с этого времени свое достаточно прочное место и сохраняет его до последних дней существования империи.

Периоды особой активизации антикизирующего направления получили у ряда современных исследователей наименование «ренессансов». Особенно часто речь идет о македонском, комниновском и палеологовском «ренессансах». Некоторые исследователи предпочитают употреблять вместо «ренессанса» термины «классицизм», «гуманизм» или «предгуманизм», подчеркивав этим некую общность в развитии названных периодов византийской культуры с более поздним западно-европейским Ренессансом и, одновременно, — отмечая своеобразие византийских «ренессансов». В эстетике и художественной культуре Византии «ренессанс Ные», а точнее было бы все-таки сказать «классицистские», черты уже с македонской эпохи ярко выразились не просто в механическом повторении античных образцов, но в стремлении к объединению основных тенденций античного художественного мышления с христианским. Как отмечает К. Вейтцман, «художественное достижение Ренессанса следует видеть не только в точном копировании и в глубоком вчувствовании в стиль и содержание античных оригиналов, но и в сплаве христианского

с античным, не только тематически, но также и стилистически. Цель состояла в том, чтобы объединить античную телесность с христианской дематериализацией и привести в согласие классический идеал красоты с христианской одухотворенностью»[137]. К. Вейтцман на примерах из области живописи убедительно показал, как в македонский период была «достигнута гармония классического и христианского миров форм (Formenwelt)»[138]. Однако «гармония» античного и христианского, лежавшая в основе антикизирующего направления, принималась далеко не всеми слоями византийского общества IX–XII вв.

В качестве определенной реакции на это направление и его антитезы продолжает активно существовать и даже получает новые импульсы монастырская эстетика аскетизма, нашедшая особую поддержку у афонских монахов в период активного развития подвижнической жизни на Святой Горе, начавшийся с X в. Здесь продолжают развиваться и углубляться идеалы и представления собственно христианской эстетики.

Принципиальное и в какой-то мере демонстративное противостояние антикизирующего и монастырского направлений — характерная черта эстетической культуры Византии рассматриваемого периода. Каждое из этих направлений нашло отклик в искусстве того времени, но в целом художественная культура Византии X–XV вв. развивалась по пути поиска некоторых компромиссных решений между крайностями аскетического и антикизирующего направлений. Выявление и анализ этих крайностей позволяет яснее понять общую картину развития эстетики и художественной культуры в этот период.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг:

Глава V. Предчувствие заката. Вторая половина ХVI века

Из книги автора

Глава V. Предчувствие заката. Вторая половина ХVI века 1547 год—год венчания на царство Ивана IV—открывал новый этап в истории России—утверждения огромного единого самодержавного государства, в котором уже начинал реально просматриваться, хотя и в видоизмененной форме,


Глава VI. Последний щит Средневековья. Первая половина XVII века

Из книги автора

Глава VI. Последний щит Средневековья. Первая половина XVII века После жестокого многолетнего единодержавия Ивана Грозного Московская Русь вступила в полосу затяжного государственного кризиса, социальных и политических неурядиц. Борис Годунов, не «по правде» занявший


Глава VIII. На переломе эпох. Вторая половина ХVII века

Из книги автора

Глава VIII. На переломе эпох. Вторая половина ХVII века Никоновская церковная реформа, утвердившая на государственном уровне возможность изменений в веками складывавшемся церковном культе, поставила апологетов Средневековья вце закона и широко открыла ворота (вопреки


Церковь в московском государстве вторая половина XV-начало XVII века

Из книги автора

Церковь в московском государстве вторая половина XV-начало XVII века Мы с вами прошлый раз остановились на разговоре об отделении от Вселенского православия, которое произошло в московской части Руси в середине 15 века. Вы помните основные даты: 1439 год Московский митрополит


[Вторая половина 1977]

Из книги автора

[Вторая половина 1977] Дорогая Юлия Николаевна! Радуюсь на Покров[204] и поздравляю Вас с праздником. Большое Вам спасибо за всё. Что касается Ваших трудов другого рода, то, конечно, было бы очень хорошо их дополнить имеющимися материалами. Но не знаю, доведет ли он всё до конца.


[Вторая половина 1978]

Из книги автора

[Вторая половина 1978] Дорогая Юлия Николаевна! Напишу Вам два слова в ответ на письмо, написанное еще в Москве. Об «эросе». Говоря словами апостола, «тайна сия велика». Да, действительно, человек перед лицом смерти, иного мира и потустороннего как бы «отмирает» от земного. Он


[Вторая половина 1978]

Из книги автора

[Вторая половина 1978] Дорогая Юлия Николаевна! Только сейчас смог сесть, чтобы поговорить с Вами о волнующем Вас вопросе: как понимать проблему «избрания» в Библии. Слово это действительно проходит через всё Св. Писание — от рассказа об Аврааме до ап. Павла. По–видимому,


[Вторая половина 1984 г.][268]

Из книги автора

[Вторая половина 1984 г.][268] Дорогая Юлия Николаевна! Всё, о чем Вы пишете, я чувствовал сам, но не знаю, как повлиять на это. Здесь есть какой?то уклон в ненужную сторону, хотя на многих людей это поначалу действует хорошо. Но у меня остаются сомнения. Сомнения смутного


[Вторая половина 1985]

Из книги автора

[Вторая половина 1985] Дорогая Юлия Николаевна! Все письма — и Ваше, и Е. Н., и X. — получил. Долго не отвечал из?за того, что мало бывал дома. Еще и еще раз мысленно представляю сейчас Ваше положение и состояние. Многое отрезано. Отрублено. Это как бы преддверие вечности, где мы


Глава двенадцатая ВО ВЛАСТИ СОМНЕНИЙ. ЕВРИПИД Афины, вторая половина V в .

Из книги автора

Глава двенадцатая ВО ВЛАСТИ СОМНЕНИЙ. ЕВРИПИД Афины, вторая половина V в. Вдохну ли я когда-нибудь иной воздух, кроме тюремного? Ф. Кафка Софокла и особенно Эсхила можно было бы в каком-то смысле назвать учителями жизни. В своих трагедиях они выражали определенное


Глава пятнадцатая ДВУЛИКИЙ ФИЛОСОФ Афины, вторая половина V в .

Из книги автора

Глава пятнадцатая ДВУЛИКИЙ ФИЛОСОФ Афины, вторая половина V в. Философия Сократа представляет собой единое целое с его жизнью. Гегель В дохристианском мире немного найдется личностей столь обаятельных и своеобразных, как Сократ, сын Софрониска. Трудно сказать, что имело


1. Всему свое время, и время всякой вещи под небом: 2. время рождаться, и время умирать; время насаждать, и время вырывать посаженное; 3. время убивать, и время врачевать; время разрушать, и время строить; 4. время плакать, и время смеяться: время сетовать, и время плясать; 5. время разбрасывать кам

Из книги автора

1. Всему свое время, и время всякой вещи под небом: 2. время рождаться, и время умирать; время насаждать, и время вырывать посаженное; 3. время убивать, и время врачевать; время разрушать, и время строить; 4. время плакать, и время смеяться: время сетовать, и время плясать; 5. время


Вторая половина XIX в.

Из книги автора

Вторая половина XIX в. В 1849 г. ключарем Казанского собора стал протоиерей Федор Федорович Сидонский (1805–1873), состоявший в штате собора с 1829 г. Свою пастырскую деятельность он сочетал с научно-богословский; его перу принадлежит «Введение в науку философию» (СПб., 1833). В 1834 г.


Вторая половина ХIХ в

Из книги автора

Вторая половина ХIХ в В ноябре 1866 г. император Александр II утвердил избрание духовного пастыря Брусы (территория Турции) Геворга IV католикосом всех армян. От имени императора новоизбранному католикосу были вручены орден св. Александра Невского, бриллиантовый крест для