Скептики новой школы: непонимание Иисуса

Скептики новой школы: непонимание Иисуса

Двое ученых, которых я рассмотрю в качестве «скептиков новой школы», в своем радикализме ушли намного дальше Фанка, Робинсона и их последователей. Честно говоря, на их фоне и Фанк и Робинсон выглядят как Билли Грэм. Под двумя учеными я имею в виду Роберта Прайса и Барта Эрмана.

Роберт Прайс. Роберт Прайс недавно выпустил несколько книг, в которых доказывает, что Семинар по Иисусу проявляет чрезмерный оптимизм, полагая, что целых 18 процентов слов и дел, приписанных Иисусу в евангелиях, действительно восходят к Иисусу. По мнению Прайса, исторические свидетельства об Иисусе столь слабы, что мы вообще не можем сказать о нем ничего определенного и осмысленного. Он готов даже рассматривать возможность, что исторического Иисуса не существовало вовсе[4]. Неужто свидетельства об Иисусе в самом деле столь ничтожны? Едва ли хоть один историк согласится с заключениями Прайса.

Прайс — выпускник Богословской семинарии Гордон–Конуэлл, консервативной евангелической школы. До того он принадлежал к фундаменталистской баптистской церкви и был главой отделения Христианского братства Интерварсити. Вскоре после семинарии, познакомившись с библейской критикой, Прайс начал пересматривать свою веру. Он вернулся к учебе и получил степень по систематическому богословию в Университете Дрю. В последующие годы Прайс начал двигаться влево, по мере своей эволюции меняя места служения. Снова вернулся в вуз, получил еще одну степень — на этот раз по Новому Завету. Под влиянием новозаветных критиков XIX века Прайс становился все левее и левее, пока в конце концов не занял агностическую позицию. Его собственные взгляды на новозаветные евангелия делались все более радикальными.

На мой взгляд, работы Прайса по евангелиям внушены определенным философским умонастроением, находящимся в резком противоречии с историческими исследованиями любого рода. Для него параллели с любыми другими античными текстами означают, что Иисус не мог говорить того, что ему приписывают, или что описанного события не было. Более того: поскольку имеются свидетельства, что слова Иисуса и рассказы о нем редактировались и контекстуализировались, — нельзя верить вообще ничему. Прайс некритически принимает сомнительные методы и результаты Семинара по Иисусу, во многом использует теорию «мифа о Христе» XIX века, ныне дискредитированную (в которой утверждается, что Иисус не существовал), — и так далее. Рассуждения Прайса поражают своей атавистичностью: для него прогресс критических исследований как будто замер на точке 150–летней давности. И здесь мы видим то же, что и раньше: бегство от фундаментализма.

Барт Эрман. Барт Эрман уверовал в подростковом возрасте и после своего обращения вращался в консервативных кругах. Он поступил в Библейский институт Муди в Чикаго, оттуда перешел в Уитон–колледж и затем — в Высшую школу Уитон–колледжа, где получил степень по Новому Завету, а затем — степень магистра богословия и доктора в Принстонской богословской семинарии под руководством Брюса Мецгера, патриарха текстуальной критики Нового Завета.

Эрману я уделю больше внимания, чем остальным, поскольку его книги активно продаются и имеют намного больше влияния, чем публикации других ученых, рассматриваемых в этой главе. Именно исследование текстуальных вариантов — бесчисленных глосс и ошибок переписчиков, которые можно найти в любой рукописи античности и Средневековья, — заставило Эрмана усомниться в вере. Ошибки в Писании, полагает Эрман, означают, что слова Писания нельзя принимать как слова Бога.

Именно жесткое требование буквальной боговдохновенности и непогрешимости Писания лежит в основе проблем Эрмана, как пишет Он сам в автобиографическом разделе введения к одной из своих книг:

Для меня, однако, это [утрата оригинальных рукописей Нового Завета] стало серьезной проблемой. Ведь это слова самого Писания, вдохновленные Богом! Если мы хотим знать, что хотел сказать нам Бог, — нам необходимо найти именно те слова, с которыми он к нам обращался: любые другие слова (сознательно или бессознательно придуманные переписчиками) ничем нам не помогут — нам нужны слова Бога!

Теперь Библия казалась мне очень человеческой книгой… Человеческая книга — от начала до конца. Написанная разными людьми, в разные времена, в разных местах, с разными целями…

В Институте Муди мы верили, что Библия абсолютно непогрешима в каждом своем слове[5].

Поскольку Библия стала для Эрмана «человеческой книгой» и не могла больше восприниматься как слова Бога, он потерял к ней доверие. А утратив доверие к Библии, в том числе к евангелиям, рассказывающим историю Иисуса, Эрман утратил и веру. Сейчас он считает себя агностиком.

Должен признаться, меня все это поражает. Если не в Библейском институте Муди, то, по крайней мере, в Уитон–колледже Эрман не мог не узнать о том, что существует множество текстуальных вариантов библейских рукописей. Невозможно, не зная этого, получить ученую степень по библеистике. Однако студенты–библеисты не отпадают от веры пачками.

Поражает и логика рассуждений Эрмана. Хорошо, предположим, ошибки переписчиков библейских рукописей действительно опровергают буквальную боговдохновенность и безошибочность Библии: из них следует, что Библия — человеческая книга, а не словеса Божьи. И что же? Неужели в результате мы теряем все? Конечно, нет. Умеренные или либеральные христиане уже больше века именно так и думают — и остаются христианами. Дело ведь не в словах Библии, а в том, что совершил Бог в Иисусе из Назарета.

Спросим себя: что проповедовали Петр и другие первые последователи Иисуса после воскресения? Учение Петра изложено в проповеди в день Пятидесятницы:

Господа Израильские! выслушайте слова эти: Иисуса Назорея, Человека, засвидетельствованного вам от Бога силами и чудесами и знамениями, которые Бог сотворил через Него среди вас, как и сами знаете, этого, по определенному совету и предведению Божьему преданного, вы взяли и, пригвоздив руками беззаконных, убили; но Бог воскресил Его… Этого Иисуса Бог воскресил, чему мы все свидетели (Деян 2:22–24, 32).

Петр и другие апостолы проповедовали воскресение Иисуса. Именно это было для них Благой вестью — неоспоримым свидетельством того, что в личности и служении Иисуса из Назарета действовал Бог. Ведь Петр не говорит: «Господа Израильские, у меня для вас благая весть: Библия вся, до последнего слова боговдохновенна и, следовательно, безошибочна, а между четырьмя евангелиями нет противоречий». Будь проповедь Петра такова, можно было понять, отчего Эрман потерял веру.

Однако все новозаветные писания и проповедь раннехристианских общин посвящены тому, что Бог воскресил Иисуса, чему Петр и многие другие (в том числе один или два незаинтересованных лица, как брат Иисуса Иаков и, возможно, Иуда, а также как минимум один противник христианства — Павел) стали свидетелями. Не «безошибочное» Писание, а именно реальность воскресения и действие этой Благой вести на тех, кто внимал ей с верой, стали двигателями нового движения.

Наконец, поразительны примеры «ошибок», приводимые Эрманом в доказательство того, что Писанию нельзя доверять. Поскольку «Сфабрикованный Иисус» посвящен Иисусу и евангелиям, а не остальной части Нового Завета, я ограничу свое рассуждение евангельскими цитатами, которые обсуждает Эрман.

Наибольшее внимание Эрман проявляет к пассажам, которые он, как и большинство текстуальных критиков, справедливо считает позднейшими, неаутентичными вставками переписчиков. Он указывает на Лк 22:41–45, описание молитвы Иисуса в Гефсиманском саду в ночь перед арестом. Оригинальный текст состоит из стихов 41–42 и 45. Стихи 43–44, где описываются капли кровавого пота Иисуса, — скорее всего, вставка. Они не только отсутствуют в древнейших рукописях, но и по своей эмоциональности разительно отличаются от остального текста Луки, рисующего Иисуса неизменно спокойным и сдержанным.

История женщины, застигнутой в прелюбодеянии (Ин 7:53–8:11), появляется только в позднейших рукописях Евангелия от Иоанна, причем в разных местах. Последние двенадцать стихов Евангелия от Марка (Мк 16:9–20) — не оригинальное его окончание: они дописаны самое раннее через двести лет после распространения оригинального евангелия. Однако эти пассажи — из Марка, Иоанна и Луки — представляют собой лишь текстуальные проблемы евангелий. На них не базируются никакие значимые учения (если, конечно, вы не входите в число членов секты хватателей змей: см. Мк 16:18).

Эрман полагает, что открыл пример, демонстрирующий важное богословское расхождение между евангелиями. В некоторых рукописях мы читаем в стихе Мф 24:36: «О дне же том и часе никто не знает, ни Ангелы небесные, а только Отец Мой один». Однако в более ранних рукописях этот стих звучит так: «О дне же том и часе никто не знает, ни Ангелы небесные, ни Сын, а только Отец Мой один». Обратите внимание на дополнение «ни Сын». Эрман верно предполагает, что изначально эта фраза включала «Сына», но позже переписчики опустили этот отрывок — возможно, сознательно, не желая создавать впечатление, что познания Иисуса были ограниченны. Что ж, очень может быть. Но из этого Эрман делает удивительный, ни на чем не основанный вывод, что новозаветное учение — в данном случае христологию — корректировал переписчик. Это попросту неправда. На ограниченность своих знаний Иисус ясно и прямо указывает в параллельном стихе Мк 13:32: «О дне же том, или часе, никто не знает, ни Ангелы небесные, ни Сын, но только Отец». Как видим, есть «Сын» или нет «Сына» в Евангелии от Матфея — богословски от этого ничего не меняется. Рассуждение Эрмана полностью ошибочно и ведет в тупик.

Однако «последней каплей» для самого Эрмана, тем, что заставило его полностью потерять доверие к Писанию, стало замечание Иисуса в Мк 2:25–26:

Он сказал им: неужели вы не читали никогда, что сделал Давид, когда имел нужду и проголодался сам и бывшие с ним? Как вошел он в дом Божий при первосвященнике Авиафаре и ел хлебы предложения, которых никто не должен был есть, кроме священников, и дал и бывшим с ним?

Иисус ссылается на рассказ о том, как Давид получил освященный хлеб (или «хлебы предложения») от священника Ахимелеха (1 Цар 21:1–6). Давид бежал от Саула, и когда Саул узнал, что Ахимелех помог Давиду и его людям, то убил Ахимелеха и большую часть его семьи. Сын Ахимелеха Авиафар спасся и со временем занял место отца (1 Цар 22:6–23).

Поскольку в то время, когда Давид и его люди ели освященный хлеб, священником был Ахимелех, а не Авиафар, то, попросту говоря, перед нами ошибка, сделанная либо самим Иисусом, либо Марком (или, возможно, тем, кто рассказывал Марку эту историю). Эрман пишет, как ему в конце концов пришлось признать, что в этом пассаже содержится ошибка: «Едва я это допустил — открылись шлюзы. Ибо, если в Мк 2 содержится ошибка — пусть крохотная и незначительная — это значит, что ошибки могут найтись и в других местах». Далее он приводит еще несколько предположительных ошибок: слова Иисуса о горчичном зернышке, мельчайшем из всех семян, и очевидное расхождение между синоптическими евангелиями и Иоанном в вопросе о дне смерти Иисуса.

Тут–то Эрману и стало очевидно, что нет правды в евангелиях!.. Но вникните в его логику: это же типичный жесткий фундаментализм. Мне случалось слышать, как представители этого направления говорят: «Покажите мне в Библии хоть одну ошибку — и я от всего откажусь». Подозреваю, что Эрман тоже не раз слышал такие рассуждения в Библейском институте Муди. И сейчас, хоть он и исповедует агностицизм, ход его мысли отдает фундаментализмом.

Повторюсь: истина христианской Благой вести — не в непогрешимости Писания, не в нашей способности гармонизировать все четыре евангелия, но в воскресении Иисуса. И историческая достоверность четырех евангелий не зависит ни от непогрешимости Писания, ни от доказательства, что в них нельзя найти ни одной ошибки. Религиозные метания Эрмана, в которых я ему сочувствую, были порождены необоснованными требованиями к природе и функциям Библии, ошибочными ожиданиями, которые были ему внушены в фундаменталистской юности[6].

ДРЕВНЕЙШИЕ ПАПИРУСНЫЕ СИНОПТИЧЕСКИЕ ЕВАНГЕЛИЯ

Древнейшие рукописи греческого Нового Завета (в оригинале Новый Завет написан по–гречески) обнаружены на фрагментах папирусов (частое сокращение: р) — древнего писчего материала, своего рода «бумаги», изготовляемой из стеблей тростника, растущего вдоль берегов Нила в Египте. Большая часть новозаветных книг (хотя не все) сохранилась на папирусах. Кроме того, весь греческий Новый Завет сохранился в более поздних кодексах (лат. Codex) — древних книгах с кожаными или пергаменными страницами. Древнейшие папирусы, содержащие текст новозаветных евангелий, перечислены далее, с указанием того, какие евангельские стихи в них содержатся:

Папирус 67 (P. Barselona 1) 125–150 гг.

Мф 3:9, 15; 5:20–22, 25–28

Папирус 103 (Р.Оху 4403), 175–200 гг.

Мф 13:55–57; 14:3–5

Папирус 104 (Р.Оху 4404), 175–200 гг.

Мф 21:34–37, 43, 45 (?)

Папирус 77 (Р.Оху 2683 + 4405) 175–200 гг.

Мф 23:30–39

Папирус 64 (P.Magdalen 17), 125–150 гг.

Мф 26:7–8, 10, 14–15, 22–23, 31–33

Папирус 4 (P.Paris 1120), 125–150 гг.

Лк 1:58–59; 1:62–2:1; 2:6–7; 3:8–4:2; 4:29–32, 34–35; 5:3–8

Папирус 75 (Джон Бодмер), 175 г.

Лк 3:18–22; 3:33–4:2; 4:34–5:10; 5:37–6:4; 6:10–7:32; 7:35–39, 4143; 7:46–9:2; 9:4–17:15; 17:19–18:18; 22:4–24:53.

ДРЕВНЕЙШИЕ ГРЕЧЕСКИЕ КОДЕКСЫ

В одно время с развитием христианства шло и развитие кодекса — предшественника современной книги, со скрепленными вместе страницами, исписанными с двух сторон. Сохранились несколько ранних кодексов, содержащих в себе греческую Библию.

Синайский кодекс/Codex Sinaiticus (сокращеннно К): создан тремя писцами в IV веке.

Ватиканский кодекс/Codex Vaticanus (сокращенно В): создан двумя писцами в IV веке.

Александрийский кодекс/Codex Alexandrinus (сокращенно А): кодекс V века, первым попавший в руки западных ученых и положивший начало поиску других рукописей; был в 1627 году преподнесен королю Англии Карлу I.

Кодекс Беза/Codex Beza (сокращенно D): кодекс конца IV века, содержит множество уникальных чтений.

Кодекс Ефрема/Codex Ephraemi Rescriptus (сокращенно С): греческий кодекс VI века; его название («переписанный») связано с тем, что какой–то монах в XII веке выскоблил папирус и переписал поверх старого текста проповеди Ефрема Сирина.

Вашингтонский кодекс/Codex Washingtonianus (сокращенно W): кодекс конца IV — начала V века, содержит интересную глоссу на Мк 16:14–15.

ДРЕВНЕЙШИЕ ГРЕЧЕСКИЕ РУКОПИСИ ЕВАНГЕЛИЯ ОТ ИОАННА

Древнейшие сохранившиеся фрагменты греческого Нового Завета дошли до нас на папирусах. Далее приводится список древнейших папирусов, в которых сохранились фрагменты Евангелия от Иоанна.

р5 — Папирус 5 (хранится в Британской библиотеке в Лондоне), также обозначается Р.Оху. 208 + 1781, датируется началом III века. Содержит Ин 1:23–31, 33–40; 16:14–30; 20:11–17, 19–20, 22–25.

р22 — Папирус 22 (хранится в библиотеке Университета Глазго), также обозначается Р.Оху. 1228, датируется серединой III века. Содержит Ин 15:25–16:2, 21–32.

р28 — Папирус 28 (хранится в Музее Института Палестины Тихоокеанской школы религии в Беркли, Калифорния), также обозначается Р.Оху. 1596, датируется концом III века. Содержит Ин 6:8–12, 17–22.

р39 — Папирус 39 (хранится в Библиотеке Эмброуса Суэйзи, Рочестерская богословская школа), также обозначается Р.Оху. 1780, датируется началом III века. Маленький фрагмент, содержащий Ин 8:14–22.

р45 — Папирус 45 (хранится в собрании Честера Битти в Дублине), также обозначается P. Chester Beatty I, датируется концом II века. Один из самых крупных папирусов. Содержит большие фрагменты всех четырех евангелий и Деяний. Из Евангелия от Иоанна: 4:51, 54; 5:21, 24; 10:7–25; 10:30–11:10, 18–36, 42–57. Р46 (P. Chester Beatty II) включает значительные фрагменты нескольких посланий Павла.

р52 — Папирус 52 (хранится в Библиотеке Университета Джона Райландса, Манчестер), также обозначается Gr. P. 457, датируется самым началом II века; возможно, древнейший из сохранившихся греческих фрагментов Нового Завета (хотя в последнее время можно услышать о фрагментах Евангелия от Матфея, относящихся к I веку). Папирус 52 — небольшой фрагмент, содержащий Ин 18:31–33 (на лицевой стороне) и 37–38 (на обратной).

р66 — Папирус 66 (хранится в Бодмерианской библиотеке), также обозначается P. Bodmer II, датируется II или III веком. Папирусы Бодмера очень важны. Папирус 66 содержит Ин 1:1–6:11; 6:35–14:26, 29–30; 15:2–26; 16:2–4, 6–7; 16:10–20:20, 22–23; 20:25–21:9, 12, 17.

р75 — Папирус 75 (хранится в Бодмерианской библиотеке), также обозначается P. Bodmer XIV и XV, датируется концом II века. Помимо фрагментов Евангелия от Луки, содержит Ин 1:1— 11:45, 48–57; 12:3–13:1, 8–9; 14:8–29; 15:7–8.

р80 — Папирус 80 (хранится в Обществе святого евангелиста Луки, Барселона), также обозначается P. Barselona 83, датируется серединой III века. Сохранился единственный стих: Ин 3:34.

р90 —- Папирус 90 (хранится в Эшмолианском музее, Оксфорд), также обозначается Р.Оху. 3523, датируется второй половиной II века. Содержит Ин 18:36–19:7.

р95 — Папирус 95 (хранится в Библиотеке Лоренцо Медичи, Флоренция), также обозначается PL И/31, датируется III веком. Содержит Ин 5:26–29, 36–38.

0162 — Унциал 0162 (хранится в Музее искусств «Метрополитен», Нью–Йорк), также обозначается Р.Оху. 847 — это не папирус, а отдельный кожаный лист. Датируется концом III — началом IV века, является одним из древнейших примеров позднейшего унциального письма. Содержит Ин 2:11–12.

Унциалами называются библейские кодексы, написанные в III—IV веках на коже или пергамене большими закругленными заглавными буквами. Это — следующие по древности рукописи после папирусов.

Р.Оху. — Оксиринхские папирусы: несколько тысяч папирусных фрагментов, найденных в Оксиринхе, Египет, содержащих самые разнообразные тексты более чем на шести языках.