Глава 14

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Глава 14

Чем более наглость, суета и зло

Пытаются захватить бразды правления,

Тем сильнее должна добродетель

С негодующим рвением

Отражать эти попытки.

Томсон

Дух противления теперь во весь рост поднялся внутри друзей из Йона и Оакса. У мистера Травиллы был типичный американский характер: он мог долго терпеть оскорбления, притеснения и попирание его прав, но как только его терпению приходил конец — горе агрессору. Он с непреодолимой решимостью и неустрашимой отвагой мог противостать кому угодно, невзирая на то, как велики возможности противника.

Меры предпринимались спокойно, но быстро и энергично. Был совершен поиск улик, позволяющих установить личность налетчиков. Оказалось, что несколько пострадавших узнали походку одного из ку-клукс-клановцев, а еще двое человек — его голос. И, кроме того, против этого налетчика была сильнейшая улика — отпечаток его окровавленной руки, оставленный им на платье одной из женщин, когда он грубо отпихнул ее.

Правая рука Джорджа Бойда была особым образом покалечена на войне, и она в точности соответствовала этому кровавому отпечатку на ночной рубашке пострадавшей.

Мистер Травилла уже успел позаботиться о том, чтобы Бойда арестовали и заключили в тюрьму до суда. Однако это была лишь малая часть забот того дня. Нужно было заказать много материалов и людей для восстановления здания школы, а также новую мебель и одежду, и оружие для всех мужчин в рабочем квартале, которые умели с ним обращаться.

Элси знала о всех планах мужа и одобряла их (впрочем, как и ее отец и брат). Ради миссис Каррингтон они глубоко сожалели о причастности Бойда к нападению, но все согласились с тем, что правосудие должно быть совершено. В обоих семействах обсуждался вопрос: не следует ли им всем покинуть Юг до тех пор, пока там не восстановится торжество закона и не будет установлен порядок, гарантирующий безопасное обитание для честных, мирных людей. Однако было единогласно решено никуда не уезжать. Джентльмены сочли неприемлемым убежать от головорезов, оставив их деспотическому правлению своих бедных подопечных и любимую родину. Нет! Они никуда не уедут и будут защищать себя и свою страну всеми возможными средствами. Жены также поддержали решительность своих мужей и отказались оставить их одних пред лицом опасности.

По возвращению с похорон дядюшки Моуза мистер Динсмор и Хорас перед тем, как вернуться в Оакс, провели около часа в Йоне.

Трое джентльменов были в библиотеке, горячо обсуждая состояние дел. В этот момент Элси, которая спускалась по лестнице после беседы с детьми перед сном, услышала грохот колес на аллее и, подойдя к парадной двери, увидела подкативший к крыльцу экипаж из Ашлэнда.

Не успела карета остановиться, как ее дверь поспешно распахнулась и наружу вышла пожилая миссис Каррингтон.

Элси выбежала навстречу с распростертыми объятиями, восклицая:

— Мой добрый старый друг! — хотя ее сердце колотилось в груди, щеки покраснели, а глаза наполнились слезами.

Пожилая леди, не в силах говорить от скорби, упала на шею Элси и несколько мгновений безмолвно плакала. Затем, задыхаясь от рыданий, она тихо сказала:

— Я… приехала… чтобы спросить… о Джордже. Неужели… О, неужели он совершил все эти ужасные вещи? — и, содрогнувшись, она спрятала лицо на плече у Элси, сотрясаясь всем своим хрупким телом от рыданий, которые тщетно пыталась сдержать.

— Дорогая миссис Каррингтон, мне жаль, очень жаль, что так произошло, — сказала Элси со слезами в голосе. — Мое сердце болит, потому что вы так любите его. Вы и без этого много страдали. Да укрепит вас Господь, чтобы вы могли перенести это новое испытание.

— Он укрепит! Он уже укрепляет! Сын моей сестры! О, как это прискорбно! Это просто разбивает сердце! Но доказательства… Какие доказательства?

Элси предложила подруге сесть и, обняв ее, перечислила улики, изобличающие Бойда.

— Да, да… Его голос и его походка своеобразны, и… его рука. Покажи мне эту… эту одежду.

Проведя миссис Каррингтон в свою комнату и удобно устроив ее, Элси принесла ночную рубашку с кровавым отпечатком.

Миссис Каррингтон, с ужасом взглянув на эту улику, жестом попросила убрать ее и, уронив лицо на руки, громко застонала. Элси опустилась рядом с подругой на колени и, обняв ее, заплакала.

— Убийца слабых и беззащитных… Полночный убийца! — стонала убитая горем тетя.

— Может здесь какая-то ошибка, и он еще будет оправдан за недостатком улик, — прошептала Элси.

— Увы, улики едва ли оставляют сомнения! — вздохнула миссис Каррингтон, а затем, изо всех сил пытаясь взять себя в руки, добавила. — Но не думай, дорогая Элси, что я обвиняю тебя или твоего мужа. Могу я увидеться с ним? И с твоим отцом, если он здесь?

— Да, они оба здесь и будут очень рады, если смогут как-то утешить вас или чем-либо помочь. Я слышу папин голос в холле! Он спрашивает обо мне, — и, подойдя к двери, Элси позвала отца и мужа со словами. — Идите сюда. Миссис Каррингтон хочет видеть вас обоих.

— Вы приехали одни в столь поздний час, дорогая мадам? — воскликнул мистер Динсмор, сердечно пожимая руку пожилой леди. — Ваша смелость удивляет меня.

— Ах, мой добрый друг, те, кому нечего терять, не особо обеспокоены страхом, — ответила миссис Каррингтон. — Я так и сказала Софи, которая просила меня отложить визит до завтра.

— Дорогая мадам, вы безусловно правы, считая, что никто не посмеет досаждать вам — леди, которую все любят и уважают, — сказал мистер Травилла, приветствуя ее с почти сыновьим почтением и любовью.

Пожилая леди поклонилась в знак признательности.

— Не думайте ни на миг, что я приехала упрекать вас, джентльмены. Правосудие требует, чтобы нарушитель закона понес наказание, и мне нечего сказать против этого, несмотря на то, что… преступником оказался мой собственный племянник. Я хочу знать все об этом деле.

Джентльмены коротко рассказали ей все, что знали. Миссис Каррингтон слушала спокойно, хотя и с печальным видом.

— Благодарю, — сказала она, когда рассказ был окончен. — В том, что Джордж виноват, едва ли можно сомневаться, и я далека от того, чтобы поддерживать его в этом злодеянии. Как вы все знаете, я была рьяной сторонницей отделения и сейчас не отношусь к республиканцам, но я заявляю: да разрушится то дело, которое строится подобными средствами. Я бы хотела, чтобы все члены этой нечестивой, ужасной организации понесли наказание. Они губят свою страну, но их дела — не повод упрекать тех, кто поддерживал отделение во время войны.

— Вы совершенно правы, мадам.

— Мы в этом абсолютно уверены, миссис Каррингтон, — ответили джентльмены.

Она встала, чтобы уйти. Мистер Травилла попросил ее задержаться немного, пока к крыльцу подадут его коня, чтобы он мог сопроводить ее до дома.

— Нет, нет, Травилла, — сказал мистер Динсмор. — Предоставь это мне и Хорасу, если конечно миссис Каррингтон примет наше предложение сопровождать ее.

— Благодарю вас, джентльмены, — ответила леди, — но, уверяю вас, я ничуть не боюсь и не хочу доставлять вам лишнего беспокойства.

— Напротив, дорогая моя мадам, нам это будет приятно. И поскольку наши лошади уже у крыльца, мы можем не задерживаться ни на минуту, — сказала мистер Динсмор. — И к тому же, нам с вами почти по пути, а я хотел бы переговорить с Софи.

Миссис Каррингтон с благодарностью приняла его предложение, и все трое уехали.

Убежденная в виновности племянника, миссис Каррингтон не предприняла никаких попыток освободить его, но некоторые из его сообщников дали ложное свидетельство, предоставив Бойду алиби, и он вскоре опять был на свободе.

Больше в Оаксе или Йоне он не показывался, а при случайных встречах с Травиллой или кем-либо из Динсморов бросал на них мрачный, хмурый взгляд, иногда что-то злобно бормоча себе под нос.

Тем временем, повреждения в рабочих кварталах были восстановлены, мужчины в Йоне были тайно снабжены оружием, а работы над постройкой нового школьного здания быстро продвигались вперед.

Вскоре записку с угрозами получил и мистер Травилла, в которой ему приказывали прекратить стройку, поскольку ку-клукс-клан не допустит обучения чернокожих. Он, однако, проигнорировал это дерзкое требование, и работы продолжались, как и прежде.

Мистеру Леланду удалось скрыть случай с гробом от своей жены, и, таким образом, уберечь ее от большого беспокойства и огорчения. Если бы они уехали в тот момент, то понесли бы большие финансовые убытки, и потому он решил остаться, тщательно продумывая, однако, возможность оказать сопротивление или спастись бегством в случае нападения.

Для охраны Фэйрвью были приобретены два больших, сильных и очень умных сторожевых пса, а у мистера Леланда под рукой всегда находилась пара заряженных пистолетов или охотничий нож.

Однажды ночью семейство проснулось от яростного лая собак. Мистер Леланд моментально оказался на ногах, поспешно одеваясь, в то время как его жена с испуганным возгласом: «Ку-клукс-клан!», — подбежала к окну.

— Да, это они! Они окружают дом! О Роберт, спасай свою жизнь! — плакала она в диком ужасе. — О Боже, спаси моего бедного мужа от этих жестоких недругов! — добавила миссис Леланд, падая на колени и поднимая руки и глаза в небеса.

— Он спасет, Мэри. Не бойся, дорогая, — сказал мистер Леланд почти весело, вытягивая при этом пистолеты. — Молись. Это лучшее, что ты можешь сделать для того, чтобы помочь мне.

— Убегай! — сказала миссис Леланд. — Ты не сможешь сражаться с двадцатью мужчинами, а я думаю их не меньше.

— В таком случае, я выскользну через черный ход и спрячусь в лесу, — ответил ей муж, выбегая из комнаты.

Оба ребенка и слуги кричали от страха, когда головорезы барабанили в парадную дверь, громко приказывая мистеру Леланду выходить и угрожая выломать дверь, если он немедленно не появится.

— Леланд! Скажи ему, чтобы он немедленно вышел, а то ему будет еще хуже, — кричал главарь фальшивым, неестественным голосом.

— Его нет здесь, — ответила миссис Леланд.

— Лучше ему выйти самому, — ответил бандит. — Он не спрячется, отказываясь выйти. Мы обыщем каждый закуток, пока не найдем его.

— Да будет так, если это угодно Богу, — ответила леди спокойным, твердым тоном, с каждой минутой становясь все смелее.

В ответ она услышала яростную ругань, и главарь еще раз повторил приказ спуститься и открыть дверь.

— Я этого не сделаю, — ответила миссис Леланд. — И более того, я пристрелю первого, кто ступит на лестницу.

Такая решимость стала неожиданностью даже для нее самой. Воодушевленная наставлениями и примером мистера Травиллы, миссис Леланд последние несколько месяцев усердно упражнялась в стрельбе и всегда держала под рукой заряженный револьвер. И теперь она совершит отвлекающий маневр, задержав налетчиков перед парадной дверью, в то время как ее муж убежит через черный ход.

Бандиты были уверены, что мистер Леланд находится на верхнем этаже. Если она сможет задержать их, то они не обнаружат свою ошибку до тех пор, пока он не доберется до леса и не уйдет на значительное расстояние от преследователей.

Нельзя было рассчитывать, что дверь долго выдержит тяжелые удары, и, судя по звуку, она была готова вот-вот сорваться с петель.

— Арчи, — сказала быстро миссис Леланд своему сыну, — эти люди пришли убить твоего отца. Ты должен помочь мне помешать им погнаться за ним. Дети, перестаньте кричать. В этом нет никакого толку. Станьте на колени и молитесь, молитесь, молитесь Богу, чтобы Он помог вашему отцу спастись. Здесь два заряженных пистолета. Один возьму я, а второй — ты, Арчи. Мы станем на верхней площадке первого пролета лестницы. В доме темнее, чем на улице, и налетчики нас не увидят. Как только дверь упадет, и они бросятся в дом, мы увидим их, потому что они — в белых балахонах и, к тому же, будут спиной к свету. Идем!

И они выбежали на лестничную площадку.

— Не торопись стрелять, — прошептала миссис Леланд на ухо сыну. — Будь спокоен, как следует прицелься и потом стреляй.

Не успела она договорить, как дверь с грохотом сорвалась с петель, и с криком, напоминающим боевой клич индейцев, несколько человек в масках ворвались в холл. Но как только первый из них ступил на лестницу, сверху прозвучали два выстрела, которые явно достигли цели, поскольку фигура в балахоне с проклятиями отшатнулась назад и упала в руки своих товарищей.

Двое из них отнесли раненого в сторону, в то время как остальные, не видя своих противников, начали стрелять наугад. Возле миссис Леланд и ее сына свистели пули, но они продолжали мужественно удерживать свою позицию, и когда двое налетчиков попытались подняться по лестнице, выстрелили опять, задержав противников еще на какую-то минуту.

В этот самый момент послышались звуки борьбы у задней части дома: выстрелы, возгласы и крики, топот множества бегущих ног, лай и завывание собак. Холл сразу же опустел — все поспешили присоединиться к этому новому сражению, явно довольные тем, что их предполагаемая жертва попыталась убежать в том направлении.

Увидев это, миссис Леланд и ее сын подбежали к окну, наблюдая за борьбой со смешанным чувством страха и надежды в бешено стучащих сердцах.

Мистер Леланд с револьвером в руке, осторожно выскользнув через черный ход во двор, оказался окруженным противниками. Они попытались схватить его, однако он, выскользнув из их рук, начал стрелять направо и налево. Некоторые налетчики упали, сраженные пулями, а другие начали стрелять в ответ, последовав вдогонку за беглецом.

Та ночь была безлунной, и темнота и простой черный костюм сыграли на руку мистеру Леланду, в то время как длинные белые балахоны ку-клукс-клановцев не только мешали их движениям, но и делали их хорошими мишенями. Преследователи могли стрелять только наугад, и, добравшись до леса, мистер Леланд вскоре скрылся от их глаз в густом мраке зарослей.

Тем не менее, вокруг него свистел град пуль, одна из которых попала ему в ногу. Когда звуки погони немного утихли, мистер Леланд опустился за упавшее дерево и отчасти остановил сильное кровотечение, привязав к ране несколько листьев носовым платком, который по счастливой случайности оказался в кармане его пиджака.

Едва он успел закончить перевязку, как звуки приближающихся шагов и голосов напомнили о том, что опасность еще не миновала. Припав к земле в своем убежище, он старался почти не дышать, когда преследователи проходили мимо — некоторые из них, едва не наступая на него. Однако обнаружить беглеца им так и не удалось, и вскоре они прекратили поиски, вернулись к Фэйрвью и, собрав раненых, уехали.

Мистер Леланд понимал, что возвращаться домой рискованно, потому что налетчики могли в любой момент вернуться, но оставаться на том месте с необработанной раной было почти равнозначно смерти.

Он решил воспользоваться гостеприимством мистера Травиллы, если силы позволят ему преодолеть такое расстояние. Мистер Леланд попытался встать, как вдруг неподалеку у кого-то под ногой треснула сухая ветка, и он снова упал за дерево, внимательно прислушиваясь к приближающимся шагам.

— Роберт! Роберт! — позвал тихий, дрожащий голос.

— Мэри, это ты? — ответил мистер Леланд радостно, и в следующий момент оказался в объятиях плачущей жены, прильнувшей к его лицу мокрой от слез щекой. Арчи тоже стоял рядом, всхлипывая.

— Благодарение Богу, благодарение Богу, ты жив! — сказала миссис Леланд. — Ты ранен?

— Да, у меня ранена нога и сильно кровоточит, — слабо ответил Леланд.

— Я принесу вату и бинты, — сказала ему жена, — и попробую сама перевязать тебя, насколько у меня получится в темноте.

— Мы не можем зажечь свет? — спросил Арчи.

— Нет, сынок, он может вывести на нас бандитов, и нам лучше говорить шепотом.

— Да, папа, но… Что же нам делать? Ты не можешь сейчас вернуться домой?

— Нет, мне нужно добраться до Йона под покровом ночи, пока я еще в силах сделать это. Травилла как-то сказал, что может спрятать меня там. Арчи, мой храбрый мальчик, думаю, я могу доверить тебе эту тайну.

— Отец, я умру, но не расскажу об этом.

— Надеюсь, так далеко не зайдет, — сказал мистер Леланд с чувством. — Я не хочу спасти свою жизнь, принеся в жертву твою. Позаботься о маме, сынок. Будь почтительным и любящим по отношению к ней и добрым к твоему младшему брату и сестрам. Мэри, дорогая, тебе придется вместе с Арчи управлять плантацией в мое отсутствие, — обратился он к жене, и затем дай еще кое-какие указания.

— Я постараюсь, — ответила миссис Леланд со слезами, и поскольку мы последние несколько месяцев часто навещали Йон, я уверена, что смогу время от времени навещать тебя там, не вызывая подозрений.

— Да, думаю ты права.

— Отец, — сказал Арчи, — ты не сможешь дойти до Йона. Давай я приведу своего пони и помогу тебе сесть в седло. Потом я отведу его в Йон и вернусь домой.

— Хорошая мысль. Мы так и сделаем, если ты сможешь оседлать его в темноте и приведешь сюда очень тихо.

— Я постараюсь, папа, — и мальчик поспешил в направлении конюшни.

Он вернулся быстрее, чем родители могли ожидать, ведя оседланного и взнузданного пони. Супруги со слезами расстались, и мистер Леланд, поднявшись с помощью сына в седло, осторожно отправился через лес в Йон.

— Угу! Угу! Угу! — донесся через открытые окна спальни хозяев Йона громкий и отчетливый клич, от которого оба резко проснулись.

— Угу! Угу! Угу! — раздалось еще раз, и Элси со смехом сказала:

— Ах, это всего лишь сова, а то мне спросонок показалось, что кто-то кричит от боли. Но Эдвард…

Мистер Травилла, спрыгнув с кровати, поспешно одевался.

— И это, действительно, человек, женушка, — сказал он. — Мы условились об этом сигнале с Леландом, и он, наверное, сейчас остро нуждается в помощи.

— Позволь мне пойти с тобой! — воскликнула Элси с дрожью, быстро надевая платье и тапочки. — Мне зажечь свет?

— Нет, пока мы не спустимся вниз, где закрыты ставни. Не исключено, что где-нибудь поблизости в засаде сидят неприятели.

С этими словами, схватив свои револьверы, мистер Травилла вышел из комнаты. Элси последовала за ним, держа в одной руке пистолет, а в другой — лампу и коробку спичек.

Тихо спустившись на ощупь по лестнице, они прошли через холл и коридор и, наконец, добрались до боковой двери. Мистер Травилла осторожно отодвинул засов.

— Кто там? — спросил он еле слышно.

— Я, сэр, — и, шагнув в дом, мистер Леланд вяло опустился на пол.

Поставив лампу на стол и положив рядом с ней пистолет, Элси зажгла свет и поднесла лампу поближе, пока муж запирал дверь.

Вместе они склонились над лежащей на полу фигурой.

— Он не умер? — спросила Элси, содрогаясь.

— Нет, он просто ослаб. Но смотри! Он ранен! Где твои ключи, женушка?

— Здесь, — сказала она, доставая связку, которую с редким хладнокровием сунула в карман перед тем, как выйти из своей комнаты.

Супруги быстро дали понюхать мистеру Леланду нашатырный спирт и перевязали рану намного лучше, чем он смог это сделать сам.

Придя в сознание, Леланд кратко рассказал о случившемся, подкрепился пищей, поданной Элси, и затем мистер Травилла провел его в комнату на верхнем этаже в старом крыле здания, которое было построено еще во времена борьбы с индейцами. В этой комнате, расположенной вдалеке от части дома, в которой обитала семья, был большой шкаф с потайной дверью внутри.

— Думаю, здесь вы будете в безопасности, — отметил мистер Травилла. — О вашем прибытии знаю только я и жена, и это будет держаться в тайне от всех, кроме тетушки Хлои и дядюшки Джо — двух испытанных и верных слуг. И также, кроме доктора Бартона. Ему можно доверять, и нам потребуется его помощь, чтобы извлечь пулю.

— Да, а также кроме моей жены и сына, и Динсморов, — добавил Леланд со слабой улыбкой. — Травилла, друг мой, я никогда не смогу отблагодарить вас за вашу доброту.

— Что за разговоры! Это сущие пустяки! Разве нам не сказано полагать наши жизни за братьев? Позвольте, я помогу вам лечь. Боюсь, из-за этой ноги вы не сможете выйти отсюда несколько дней.

— Думаю, вы правы, но я очень рад, что отделался так легко, — ответил Леланд, принимая предложенную ему помощь. — Самая удобная, я бы даже сказал — самая роскошная тюремная камера, — отметил он весело, рассматривая элегантную, со вкусом подобранную мебель. — Воистину, «межи мои прошли по прекрасным местам».

Мистер Травилла улыбнулся.

— Мы сделаем все, что в наших силах, чтобы компенсировать вам потерю свободы. Уже, наверное, светает. Я потушу лампу и открою ставни. Можете отдыхать. Вы, конечно же, беспокоитесь о своей семье. Я через час съезжу в Фэйрвью и передам вам весточку оттуда.