СЛОВО ДВАДЦАТОЕ

СЛОВО ДВАДЦАТОЕ

1. Кто те, кои истинно любят Бога, от чего раждается любовь к Богу и чем обнаруживается? 2. Какиядела любви к ближним по Богу? 3. Любовь есть глава закона.

1. Удивляются некоторые, когда мы говорим, что не все христиане любят Христа. Но ведь любить Христа не что иное есть, как исполнять заповеди Его, как Сам Он сказал: имеяй заповеди Моя и соблюдаяй их, той есть любяй Мя (Иоан. 14:21); так что христианин, не соблюдающий заповеди Его, когда говорит, что любит Христа, лжет. Ибо всякий отец содержащий и воспитывающий сынов и дочерей своих и пекущийся о них и всякий покупающий раба себе или принимающий наемника, конечно для того желает иметь их, кормит и одевает их и доставляет им все нужное, чтоб они помогали ему и служили по дому. Но если он увидит, что никто из них не исполняет воли его и не исправляет порученнаго ему дела и служения, то будет ли он довольствоваться тем одним, что сын и дочь будут говорить ему: ты отец наш, а раб и наемник: ты господин наш? Конечно, нет. Так и Бог не довольствуется тем одним, что иной говорит, что любит Его, а заповедей Его не исполняет. Почему и говорит Он чрез пророка: аще Отец есмь Аз, то где слава Моя? И аще Господь есмь Аз, то где есть страх Мой (Малах. 1:6)? — Таким образом христианин, не прославляющий Бога исполнением повелений Его и соблюдением заповедей Его, ничем не лучше неверных, если не хуже их.

Заповеди же и повеления Божии говорят: то–то делай, а того–то не делай: недостаточно лишь не делать зла, но надобно делать и добро. При этом необходимо нам знать и исповедать, что невозможно христианину не делать зла и делать всякое добро, иначе как силою Всесвятаго Духа, подаемаго от всей души уверовавшим во Христа и отрекшимся сатаны и всех дел его, и всего служения его, и всея гордыни его, и сочетавшимся Христу и соединившимся с Ним. Естество человеческое изменчиво и превратно; и одно Божеское естество непревратно и неизменчиво. Но христианин, делаясь божественнаго причастен естества во Христе Иисусе Господе нашем чрез приятие благодати Святаго Духа, превращается и изменяется силою Его в богоподобное состояние, делается богом по благодати, подобным Тому, Кто совершил в нем такое изменение, т. е. Христу Господу — Солнцу правды. Христианин предает всего себя Христу Господу, Христос же Господь производит в нем показанное изменение и делает его богом по благодати. Христианин не может сам собою произвесть в себе желаемое изменение, и Христос не облагодатит его даром сего изменения, если он не предаст Ему себя от всего сердца своего. Почему который христианин не изменился сим благим изменением, пусть не осуждает в том естество свое, а свое произволение, что сам не хотел вседушно предаться Христу. Ибо Апостол удостоверяет, что коль скоро прилепляется кто Господу, то бывает един дух с Господом (1 Кор. 6:17). И сам Господь говорит: будите во Мне и Аз в вас. Якоже розга не может плода творити о себе, аще не будет на лозе: тако и вы, аще во Мне не пребудете. Аз есмь лоза, выже рождие. И иже будет во Мне, и Аз в нем, той сотворит плод мног: яко без Мене не можете творити ничесоже. Аще кто во Мне не пребудет, извержется вон, якоже розга, и изсышет (Иоан. 15:4—6). — Опять: будите в любви Моей. Аще заповеди Моя соблюдете, пребудете в любви Моей: якоже Аз заповеди Отца Моего соблюдох и пребываю в Его любви 1 Кор. 9:10). И еще: о сем разумеют вси, яко Мои ученицы есте, аще любовь имате между собою (Иоан. 13:35).

Как ученик грамматика, ритора, философа, поэта, художника, и всякий другой ученик познается по учителю своему, так и христианин, ученик Христов, познается по Христу, Господу и Богу, доброму его Учителю, Который столько возлюбил нас, что ради нас соделался человеком и предал душу Свою во искупление нас. Почему кто не имеет любви, как может тот быть признан учеником Христовым или христианином? Как напротив кто имеет сию любовь, пусть он не может поднимать великих подвигов и трудов, а стяжал только одну эту любовь, тот, по закону Учителя нашего Христа, востек на самый верх совершенства святых. Ибо так написано: любяй брата, закон исполни (Рим, 13:8); и: не любяй брата своего, егоже виде, Бога, егоже не виде, како может любити (1 Иоан. 4:20)? Опять: аще кто речет, яко люблю Бога, а брата своего ненавидит, ложь есть (там же). Но слыша: любовь, да не подумает кто, что она есть дело удобосправимое. Заповедь о любви есть самая великая и важная. Почему сам Бог от начала вложил в естество человеческое некую любительную силу, и естественно родители любят детей своих, родственники любят себя взаимно, и друзья любят друзей своих. Но эта естественная сила любви дана Богом в помощь разумному человеческому естеству, чтоб оно, пользуясь ею, востекало к (всеобщей) любви самоохотной и произвольной. Великая и совершительная, Богом данная заповедь любви, изречена не о естественной любви, а о любви самопроизвольной.

2. Что заповедь любви есть величайшая заповедь и есть глава всех добродетелей, высшая всякой исправной жизни и всяких многотрудных дел, об этом послушай, что говорит апостол Павел — сии уста Христовы, там, где указывает, что без любви тщетны и безполезны пять самых великих дарований, а именно, дары — языков, пророчества, чудодейственной веры, милостыне–раздаяния и мученичества, и говорит: аще языки человеческими глаголю и ангельскими, аще имам пророчество и вем тайны вся и весь разум, аще имам всю веру, яко и горы преставляти, аще раздам вся имения моя и аще предам тело мое во еже сжещи е, любве же не имам: никая ми польза есть (I Кор. 13:1—3). Потом полагая, что иной, изумлен будучи такими словами, готов вопросить его, как возможно без любви явить такия великия деяния, он разрешает сие недоумение и говорит: любы долготерпит, милосердствует: лю6ы не завидит: любы не превозносится, не гордится, не бесчинствует, не ищет своих си, не раздражается, не мыслит зла, не радуется о неправде, радуется же о истине, вся покрывает, всему веру емлет, вся уповает, вся терпит. Любы николиже отпадает (I Кор. 13:4—8). Этим он ясно показал, что говорящий языками может возгордиться, также пророчествующий и имеющий веру чудодейственную может востщеславиться, подающий милостыню может усладиться славою и честию от облагодетельствованных им, и предавший себя на мучения высоко о себе подумать. Но поелику слово свое окончил он так: любы николиже отпадает, то показал, что корень любви есть смиренномудрие; так как корень не имеет куда пасть, находясь всегда во глубине земли. Кто думает, что имеет любовь, а между тем не имеет долготерпения и милосердия, завидует и неуважителен бывает, гордится и безчинствует, ищет своего, раздражается и мыслит зло, радуется неправде, а не радуется истине, не все покрывает, не всему веру емлет, не вся уповает и не все терпит, таковый не имеет любви, и говоря, что имеет ее, лжет.

3. Весь закон, данный от Бога людям, совмещается в любви, которая имеет две ступени, так как и закон двояк есть — ветхий и новый. Взошедший на первую ступень оставил землю долу; а взошедший на вторую, достиг и небес. Ветхий закон говорит: возлюбиши ближняго твоего, яко сам себе (Лев. 19:18), а Новый говорит: люби и врага твоего (Мф. 5:43); говорит еще: и душу свою положи за друга твоего. Итак, кто возлюбил врага своего, тот взошел на вторую ступень или взошел на небеса. Напротив, кто не только преследует врага своего, но ненавидит и ближняго и делает зло тому, кто любит его, — таковый низпал до самых преисподних земли.

Позаботимся же, братие, о стяжании совершенной любви, да улучим и царствие небесное во Христе Иисусе Господе нашем, Коему слава во веки. Аминь.