СЛОВО ВОСЕМЬДЕСЯТ СЕДЬМОЕ

СЛОВО ВОСЕМЬДЕСЯТ СЕДЬМОЕ

О тех, которые сами собою делаются учителями, отцами духовными и руководителями других, и не имея божественной благодати, руководят и учат других, — и о том, что не должно никому, прежде чем рожден он будет и просвещен от отца духовнаго, руководить или учить других.

Желал бы я, возлюбленный брате, так умертвиться миру сему, чтоб меня не знал ни один человек, но чтоб мне проводить жизнь как истинно мертвому, и жить неявно, сокровенною во Христе жизнию, коею други — любители Божии знают Бога и знаемы бывают от Бога только, держа себя неразлучно в живом единении с Ним во всякое время и на всяком месте. К такой жизни горел я желанием сначала, — к такой горю им и ныне. Но так как мы, по слову св. Павла, не сами собою управляем, куплени бо есмы пречистою кровию Христовою, и так как должны искать не своей только пользы и угождать не самим только себе, но и ближним нашим во благое, то всячески необходимо и мне со всем усердием творить повеления Владыки моего Иисуса Христа, искупившаго меня. Ибо если рабы, купленные людьми, имеют неотложный долг творить повеления господ своих, и когда преслушают их, наказывают; не тем ли паче мы должны, даже до смерти, творить веления Господа и Бога нашего Иисуса Христа, искупившаго нас собственною Своею кровию? К тому же, за то, что делать получают повеление от господ своих рабы и что делают, они или совсем никакой не получают платы, как бывает большею частию, или если получают иногда, то она бывает крайне невелика и ничтожна, — и опять наказания, какия даются рабам за ослушание господ своих, как бы ни были велики, все суть временныя. Но заповеди Господа нашего имеют воздаяние безконечное и вечное, так как в тех, кои исполняют их, вселяют жизнь безсмертную и такия подают им блага, ихже око не виде, и ухо не слыша, и на сердце человеку не взыдоша; и напротив наказания, какия ожидают преступающих их, суть вечны и нескончаемы, и потому более страшны, нежели всякое другое наказание, какому подвергаются рабы, преступающие волю господ своих. — И что я говорю о рабах, — тогда как и те, которые богаты и почтены достоинствами, — и они не всегда бывают там, где им желательно, и не то одно делают, что им угодно, но где и что повелевает им царь, там и то делают они с полною покорностию велениям его?

Итак, что же? Рабы господам своим и начальники царю своему имеют долг оказывать всякаго рода покорность и послушание, а мы, ставшие воинами Царя царей и Бога богов и обещавшиеся во св. Крещении быть рабами Его, не имеем долга слушаться повелений Его и исполнять заповеди Его? — И какое извинение можем мы получить, когда вознерадим об этом? — Но горе мне, что, говоря сие и указуя другим путь спасения, ведущий в царство Божие, сам судим бываю всеми людьми, не только мирянами, но осуждаюсь, приговариваюсь к наказанию и ненавидим бываю, как нечистый, даже монахами, и иереями, и архиереями. И о, когда бы это было без причины, по одному подозрению и действу диавольскому, действующему в сынах противления, на пагубу им!

Но се говорю то, что узнал из опыта, что если бы демоны не имели людей содейственниками злобе своей, то, наверное, совсем (дерзаю так сказать) не могли бы они отдалить от заповедей Божиих тех, которые таинственно возродились чрез св. Крещение и соделались сынами Божиими по благодати. Я верую, что младенцы, окрещенные, освящаются и соблюдаются под кровом всесвятаго Духа, что они суть овцы стада Христова и агнцы избранные, поколику запечатлены знамением животворящаго креста и освобождены совсем от тиранства диавола. И если бы диавол не находил пригодных орудий злости своей, к совершению того, что желает, или в родителях детей, или в кормилицах, или в тех, которые с ними обращаются (как вначале — в змие и жене); то наверное не мог бы он похитить и себе присвоить ни одного из них. Ибо, как свидетельствует действительность, эти сказанныя нами лица учат их с детства всякому злу и лукавству, срамословию, чревоугодию, плясанию, щегольству, и всяким другим худостям, — сребролюбию, тщеславию, славолюбию, гордости, — и к этим худостям они приучают их с детства, и воспитывают в них. Почему прежде еще, чем дети придут в познание себя и начнут сами разсуждать, они чрез научение их означенным худым навыкам и расположениям, предают их диаволу в рабы, лишая их несчастных благодати сыноположения и полученнаго ими освящения, — сами не зная, что делают, как несмысленныя.

Из отцев нынешняго века никто почти не воспитывает детей по христиански и не обучает их правилам и заповедям Христовым; но все почти воспитывают их в обычаях мирских и нравах еллинских. О чем либо христианском и заботы им нет, и не говорят они с Иовом: негли когда сынове мои согрешиша, и в мысли своей злая помыслиша противу Бога (Иов. 1:5). Не страшатся они и не трепещут при мысли, не сделали бы дети их что либо неуместное, и не отпали бы чрез то от рабства и сыноположения Христа, заклавшагося для спасения нашего, — и не сделались опять рабами врага нашего, тирана–сатаны, и не были осуждены на смерть и вечное мучение в огне. Один страх обдержит их всех за детей своих, и одна у них забота относительно их, как бы сделать их показными пред людьми, славными и блестящими, не добродетелию и целомудрием, и не равнодушием к пышностям и утехам мирским, но раззолоченными сбруями лошадей, щегольскими одеждами и рабами, предшествующими и последующими им. От этого и дети их привыкают к славолюбию, к пышности, к богатству и возношению. Так родителями своими дети вводятся во всякий вид страстей и без искушения бесов, а нередко, по их же (родителей) влиянию, впадают они в срамныя дела, — и дают вход в себя диаволу. отцу зла, чрез нарушение обетов, данных во св. Крещении. Будучи таким образом воспитаны и выросши среди таких худых влияний, они внедряют в душу трудно изгладимую привычку к худому, которая современем превращается в природу и делается уже неисправимою. По сей причине иные из них (детей) остаются в злых навыках своих до смерти, не имея сил оторваться от похотей, страстей и удовольствий плотских, с коими так и умирают; другие же приходят несколько в чувство, познают возгосподствовавшее над ними зло и стараются освободиться от него. Но если они не отделятся совсем от злых учителей своих (так следует их называть, а не родителями); то невозможно им будет освободиться от укоренившихся в них злых навыков. — И сие–то провидя, Бог взывает ко всем нам: аще кто грядет ко Мне и не возненавидит отца, своего и матерь и братию, не может Мой быти ученик (Лук. 14:26). Ибо по другой какой причине несправедливо ненавидеть родителей, как сознавши душевный вред, причиняемый ими. Кто возчувствует этот вред, тот уже не смотрит более на родителей и родных, как на друзей, но естественно ненавидит их, как наветников души своей, и бегает сообращения с ними, стараясь всячески прежде совсем отделиться от тех, которые сделались причиною для него толиких зол, чтоб потом свободнее подвизаться и об освобождении души своей от оных устарелых злых навыков, и от самых похотей и страстей. Прежде же всего этого ему надлежит облегчить совесть свою от бремени грехов, чрез покаяние и исповедь.

Теперь послушай, честный отец, что я имею намерение сказать тебе. Которые из таковых отрекаются от мира и не имеют духовных себе отцев и старцев, те конечно не сделались и чьими–либо духовными чадами. Но которые не сделались чадами, те и не родились; которые не родились, те не пришли в бытие; которые не пришли в бытие (духовное), тех совсем нет в духовном мире. Как те, которые не родились телесно, не находятся в видимом мире; так и те, которые не родились духовно, не находятся в оном умном мире и не входят в оный дивный свет, в который вводит Бог верующих в Него. Еще, как те, которые не родились телесно, совсем не существуют; так и те которые не родились духовно, не существуют духовно. Но о, когда бы были они совсем не сущими, а не существующими. Но дело не так есть; ибо родившихся телесно, но неродившихся духовно, ожидают тма, огнь и мука вечная, по определению Господа и Бога, и Спаса нашего Иисуса Христа, рекшаго: аще кто не родится свыше, не может видети царствия Божия (Иоан. 3:3). Рождением называет здесь Господь наш благодать Святаго Духа, как Сам сказал Апостолам: Иоанн крестил есть водою, вы же имате креститися Духом Святым (Деян. 1:5). Так вот что есть духовное крещение и духовное рождение, и невозможно сему быть иначе.

Надобно нам теперь узнать причину, по которой иные не знают, что они родились духовно. Какая же этому причина? Невежество и слепота очей души их. — И внимай поусердней. — Как детям раждаемым невозможно засемениться и родиться без отца, так невозможно родиться свыше, т. е. принять благодать Святаго Духа, и тому, кто не имеет духовнаго отца, рожденнаго свыше. И как плотской отец раждает и детей плотских, так и отец духовный тех, которые желают быть чадами его, делает чадами духовными. — Но тот, кто сам еще не родился, или родился, но еще дитя есть, т. е. не достиг еще совершенства, тому как возможно быть отцем других? Нет, невозможно. И тому, кто не соделался сыном Света, с чувством и сознанием того, с опытным удостоверением и духовным созерцанием, тому как возможно знать и видеть Отца светов? И как возможно ему руководить других к Свету, или научить их, что есть Свет, который пришел в мир, чтоб просвещать сидящих во тьме? Сам он слеп и не видит, как же может он показать путь другим? Кто не видит света, тот всеконечно ходит во тме, спотыкается непрестанно и имеет нужду в путеводителе: как же путеводить ему других? И если станет он путеводить их, то наверное будет для них виновником пагубы. Ибо Господь говорит: слепец слепца аще водит, оба в яму впадут (Мф. 15:14), — в ров неведения или пагубы.

Итак, все те, которые видят только телесными очами и только этот чувственный свет, слепы суть; и им ни о чем другом не должно заботиться, кроме как о том, чтоб отверзть умныя очи души своей, и увидеть невечерний Божественный свет. Ибо как слепой не может видеть никаких вещей мира сего, ни различать золота, например, от серебра или меди; хоть они пред ним находятся, он не видит, и многоценные камни и маргариты, если они брошены на пол, попирает, как прах; и самого себя не видит, и не знает, какая на нем одежда, белая или черная, чистая или измаранная; так и тот, кто слеп умными очами, не может знать самого себя, ни состояния своего; тем паче невозможно ему увидеть и познать Бога. Открываются же умныя очи и прогоняется духовная слепота благодатию Святаго Духа. И никто из святых от века бывших не делался святым, не познавал Бога, не становился рабом и другом Его, если прежде ум его не бывал просвещен от Святаго Духа, если не получал от Него ведения, слова и силы и не был Им доведен до познания хотений и велений Божиих. Кто не просвещен Духом Святым, тот не только не знает себя самого и ближних своих, но и заповеди Божии, кои суть как маргариты, и веления Божии, кои суть как камни многоценные, и живодательные словеса Его, кои суть как монеты, имеющия на себе пречистый образ Его, — все это попирает ногами, как ненужный прах, — нимало не чувствуя ни их, ни того, как относится к ним, потому что не может чувствовать. Никто убо, братия мои да не прельщает вас, говоря, что видит то, о чем я сказал, — тогда как очи души его не просвещены божественным светом.

Итак, если всякой ученик есть духовное чадо учителя своего, то всячески тому, кто ищет духовнаго отца, должно искать человека, который родился духовно и сознательно знает Бога и Отца своего, чтоб он родил духовно и его, и сделал воистину сыном Божиим. Если теперь ученик оный нуждается и ищет такого духовнаго отца (ибо, как говорит Писание, добрых учителей — добры и учения, от злых же семян злыя бывают и порождения); то с другой стороны есть в настоящей жизни и добрые учители и отцы истинно духовные, такие, как мы сказали выше. Но подле них есть и такие, которые еще не родились свыше и еще не познали себя самих, а не только Бога; которые однакож сами себя выставили учителями и отцами других, и всякими способами стараются привлечь к себе всякаго, отрекшагося от мира и, как мы сказали, ищущаго духовнаго себе отца; и если заметят, что он хвалит кого–либо из истинно–духовных отцев, тотчас спешат эти несчастные представить нехорошим того духовнаго, чтоб соблазнить душу юноши и помешать ему пойти к нему. Спрашивается теперь: если юный сей, обманувшись, пойдет к тем, которые его обманули, и лишится таким образом пользы, какую имел бы получить от того духовнаго отца, то кто виновен в потере его, равно как и всех тех, которые таким же образом лишаются пользы от духовных отцев и учителей, будучи соблазняемы словами оных самозванцев? Не виновны ли в этом эти соблазнители, которые сами себя поставили в руководители и отцы, и всех отдаляют от добрых учителей, не допуская их дойти до них, чтобы получить от них настоящее руководство и войти по нему в царствие небесное? Всеконечно они виновны в этом, и от рук их взыщется кровь соблазненных ими, как сказал Господь. Они, будучи обладаемы тщеславием и гордостию и думая о себе, что суть великие некие, хотя ничто суть, делаются отцами, учителями и апостолами, сами себя рукоположив; между тем как ни благодати Святаго Духа не получили, как Апостолы, ни светом ведения не просветились, ни Бога, Коего проповедуют, не видели, чтоб Он открылся им, как обетовал: имеяй заповеди Моя и соблюдаяй их, той есть любяй Мя: и Аз возлюблю его и явлюся ему Сам; и опять: Аз и Отец Мой к нему приидем и обитель у него сотворим (Иоан. 14:21, 23); и еще: ядый Мою плоть и пияй Мою кровь, во Мне пребывает и Аз в нем (Иоан. 6:56); также: аще кто жаждет да приидет ко Мне и пиет: веруяй в Мя, якоже рече Писание, реки от чрева его истекут воды живы (Иоан. 7:37, 38); опять: всяк пияй от воды сея (естественной) вжаждется паки: а иже пиет от воды, юже Аз дам ему, не вжаждется во веки: но вода, юже Аз дам ему, будет в нем источником воды текущия в живот вечный (Иоан. 4:13, 14). Итак, кто явно не видит, чтоб все такое было в нем действительно и совершилось самым делом, тот еще слеп. Ибо кто не соблюл божественных заповедей, кто не видел Сына Божия явившимся ему, кто не возлюбил Его как подобает, кто не познал в чувстве души своей, что Отец и Сын во Святом Духе обитель у него сотворили, тот пострадал одно из двух следующих: или Бог оставил его и душа его пуста, или диавол, изгнанный из него во время крещения, опять возвратился к нему по причине греха; и это или прежде чем он стал монахом, или после того, — и быша последняя человеку тому горша первых (Матф. 12:45). Кто изгнал лукаваго из души своей, великими подвигами, смиренномудрием, многими болезненными трудами, плачем и слезами, а потом опять попустил себе обольститься его внушениями, и это прежде, чем заведомо ему возобитал в нем Христос, и прежде чем стяжал он истинное, всуществленное, смирение; тот опять принимает к себе самого диавола, который входит в него без ведома его, по причине самомнения и гордости. Такой не может придти в чувство и познать грехи свои и зло, которому подвергся. Ибо диавол закрывает очи души его и не дает ему познать гордости, которая властвует над ним. Тогда диавол не нудит его на плотския сласти, ни на чревоугодие, или сребролюбие и многостяжание (ибо эти страсти некоторым образом смирительны, наводят стыд и отнимают у совести побежденнаго ими всякое дерзновение, хотя бы его хвалил и величал весь мир, яко святаго), но побуждает его держать посты, бдения, всенощныя стояния, нестяжание, спание на голой земле немытость и все другое, что, как знает он, может возращать страсть гордыни. Ибо такия дела, если не бывают построеваемы на основании Христо–подражательнаго смирения, высят душу до небес и тем низвергают ее в бездну. Она думает, что возвышается: на деле же бывает, что насколько она высится, настолько падает и низвергается долу, сама того не замечая. Как невозможно стоять дому без основания, так невозможно сказанным добродетелям быть твердыми, если оне не имеют в основании своем смирения. Если оно не будет прежде положено в основание, или быв положено, будет потом похищено духами злобы; тотчас все здание добродетелей, назданное с такими потами и трудами, падает долу и уничтожается. Ибо Господь гордым противится, смиренным же дает благодать (Иак. 4:6); и — нечист пред Господем всяк высокосердый (Прит. 16:5). Между тем, кто имеет в себе сей источник и корень всех страстей душевных, тот почитает себя высшим и безстрастнейшим всех людей, и поверить не может, чтобы был кто либо деятельнее и созерцательнее его; почему презирает всех и не верит дарам благодати, какие даются им от Бога, завидует им и осуждает их, и всячески усиливается доказать, что одни из них (даров) ложны, а другие — невозможны. Этим способом он увлекает в след себя и других, ввергая и их в свой собственный ров зависти, неверия и пагубы.

Кто вкушает тело Сына Божия и пиет кровь Его, тот, если не знает чувством и опытом душевным, что в Боге пребывает, а Бог в нем, поистине еще не причащался достойно пречистых таин. Ибо как возможно тому, кто соединился с Богом, не знать о том, хотя бы был он и не совсем чувствительнаго сердца? Также, если вкушающий тело и пиющий кровь Христовы имеет живот вечный и на суд не идет, но прешел от смерти в живот: то явно, что кто не сознает, что имеет в себе живот вечный и прешел от смерти в живот, — так же, как иной знает, что из темнаго дома перешел в светлый и блестящий, — таковый не познал еще таинства домостроительства Божия и не вкусил жизни вечной. И еще, если Господь наш обетовал, что верующим в Него будет подавать Духа Святаго, чтобы Он был для них источником воды текущия в живот вечный, и реками, истекающими из чрева их: то кто не видит, чтоб в нем совершалось это каждодневно, не видит и всего другаго, что обещал Господь давать верующим в Него или совершать в них, тот как может называть себя совершенным верующим? Но с другой стороны, если кто думает, что такое совершенство прилично только Апостолам и древним святым, — и говорит, что мы, сколько бы ни подвизались, не можем уподобиться древним святым, и надежды даже не имеем сделаться подобными им; то кто из знающих Бога и состраждущих братиям своим не восплачет о таковом от всей души своей? Ибо если Бог велегласно взывает: святи будите, якоже Аз свят есмь (1 Петр. 1:16), — и в другом месте: подобны будьте Отцу вашему, иже есть на небесех (Матф. 5:48; Лук. 6:36) — и Павел: подобни мне бывайте, якоже аз Христу (1 Кор. 4:16), — а этот противныя сему пишет законоположения: то наивернейше он явный есть антихрист и богоборец. Ибо говорит, что иные были те, и иные мы, — иначе тех любил Бог, сподобивший их великих даров Св. Духа, и иначе относится Он к нам; нас, говорит, Он едва милует, — прощает только нам грехи наши и спасает нас, если покаемся, понесем какие–либо произвольныя лишения и поплачем; быть же нам как Апостолы или как древние святые никак невозможно. И тех, которые почитают сие возможным, называет он гордыми и хульниками, которых, говорит, не надо совсем слушать, — и повелевает бегать от них. Какое пагубное заблуждение, чтоб не сказать, какое нечувствие и неверие! Говорящие и мудрствующие так надеются быть спасенными без приятия благодати Святаго Духа — и думают быть сынами Божиими, не имея сознательно Духа Святаго, Который един творит верующих сынами Божиими. Они называют Бога Отцем своим, но говорят, что никогда не видели Его, и думают, что любят Его, не видавши Его. — Даже слушая Апостола Иоанна, который говорит: не любяй брата своего, егоже виде, Бога, егоже не виде, како может любити (1 Иоан. 4:20)? — не приходят они в чувство и не понимают, в каком худом находятся состоянии; но завидуют, и ненавидят братий своих, и такия употребляют против них препретельныя словеса, которых не мог бы никогда изобресть сам диавол, отец лжи и зависти. А пред иными они рисуются, будто говорят все сие с богоугодною и братолюбною целию; хотя между тем у всех людей посевают худое мнение об истинно святых мужах, и не подозревая, что, действуя так, они действуют против себя, или тем самым себя обличают; ибо если кто небезстрастен, тот несвят, то конечно и ты, говорящий так, таков, так как злое износится обыкновенно из злаго сокровища сердца.

Страстные думают, что и все другие также страстны, и судят всех по себе, забывая, что есть Бог, рекший: не судите, да не судими будете (Матф. 7:1), — есть Судия, имеющий воздать каждому по делам его. С таким тщеславием и дерзостию оговаривают и судят они братий: а не знают, что таковым не позволяется даже читать божественныя Писания, как говорит сам Бог устами Давида: вскую ты поведаеши оправдания моя, и восприемлеши завет мой усты твоими, — и потом, указывая причину такого приговора, прибавляет: седя на брата своего клеветал еси (Пс. 49:16, 20). Если же таковому запрещается читать даже божественное Писание: тем паче не должно бы ему было входить в храм Божий и стоять с верными. А он, не смотря на это, делается учителем с великою гордостию и дерзко восходит на престол апостолов (ибо достоинство и власть Апостолов есть всеконечно учение, бывающее в Духе Святом). Какого после сего наказания и какой казни не заслуживает таковый? Кто не сделался еще учеником, как должно, а между тем восхищает достоинство учителей, тому следует наказание в тысячу раз большее, чем разбойникам и убийцам. Эти тело только убивают, а он убивает души. Как тот, кто взял бы у царя какой нибудь многоценный камень или маргарит, чтоб на камне выделать изображение царя, и при этом обточить его и обделать прилично, а на маргарите поделать отверстия и вделать его в корону или в одежду царскую, — если б на камне не выделал сходнаго с царем изображения, обточил его неискусно и сделал ни к чему негожим, а на маргарите не сделал ровных отверстий, или бы расколол его и совсем испортил, — не только не получит награды от царя, но еще подвергнется великому наказанию: в таком же точно положении находятся и учители, взявшиеся учить других истинному христианствованию. Если, по нерадению кого–либо из них, или по неспособности, или по необдуманности, или по неведению и невежеству, повредятся мысли какого–либо брата или развратятся дела и мудрования, — если не сделает он каждаго из слушателей своих разсудительным, мудрым и совершенным, с великим искусством, знанием дела, мудростию и разсудительностию воображая в нем, сколько возможно, Христа, так чтоб Он виделся в нем воображенным и блистал, — и не возведет его таким образом в мужа совершенна, в меру возраста исполнения Христова, — если, напротив, душу каждаго из таких учеников сделает непотребною, и искусснаго превратит в неискусснаго, честнаго в безчестнаго, тогда как его не бе достоин весь мир: то таковый явно не награду получит за труд свой, но муку и наказание за тех, которых сделал непотребными учением своим. Тоже заслужит он, если кто–либо чрез учение его лишится чего такого, что способствовало бы спасению его, или не возможет, по причине его, достигнуть совершенства, могши достигнуть его под руководством других учителей.

Итак, отче духовный, надлежит тебе прежде сделаться учеником Христовым и добре научиться заповедям Его и таинствам, — и тогда уже браться учить других; надлежит тебе прежде подчиниться и последовать духовному отцу, который провел бы тебя путем, ведущим ко Христу, так чтоб ты достиг Христа, или лучше сказать, чтоб тебя обрел Христос; при чем надлежит тебе заметить все повороты и все знаки пути, которым незаблудно проведет он тебя туда, где увидишь ты Христа благодатию Святаго Духа, — и тогда уже руководи и других ко Христу; надлежит тебе прежде самому просветиться истинным светом, а после того вводить и других в сей свет; надлежит тебе прежде самому получить христианскую свободу, а потом берись руководить к ней и других; ибо совершенно безсмыслен и буй есть тот, кто, будучи сам рабом, берется освобождать сорабов своих, восхищая власть господина своего.

Каким же образом можем мы сделаться учениками Христовыми? Послушаем самого Христа, который говорит аще кто хощет по Мне ити, да отвержется себе, и возмет крест свой, и по Мне грядет (Матф. 16:24). Идти в след Христа есть подражать Ему в делах Его, и жить так, как жил на земле и Он, Господь наш, терпя с радостию искушения и поношения, чтобы получить благодать Святаго Духа. Ибо ни бдение, ни уединение, ни пост, ни ничего неимение, ни труд телесный, ни другая какая добродетель не могут без Святаго Духа доставить нам слова премудрости, или знания, или разсуждения; потому что все это есть путь, ведущий к свету, а не самый свет. Почему если я и тысячу лет буду идти путем сим и не достигну света (который есть Дух Святый, от Отца исходящий и просвещающий в Сыне всякаго человека, грядущаго в мир), но и в конце жизни моей окажусь еще сущим во тме, то что пользы для меня от этого? И Апостол Павел, сказав, что иному дается слово премудрости, иному слово разума, иному дарования исцелений, и прочее, потом прибавил: вся же сия действует един и тойжде Дух (1 Кор. 12:11). Видишь, что без Духа никто не может ни сам научиться, ни других научить? Почему, если кто прежде получения Духа истины, егоже мир не может прияти, яко не видит его, ниже знает Его (Ин. 14:17), дерзнет и покусится, еще будучи от мира, в мире взять на себя степень и достоинство учителя и стать духовным отцем и ходатаем за других пред Богом, то не достоин ли он несметнаго числа молнийных ударов и мук? Чтоб тебе видно было, что я ничего не говорю не находящагося в Писании, слушай, что говорит Апостол Павел: аще ли кто Духа Христова не имать, сей несть Его (Рим. 8:9). Видишь, что тому, кто не имеет Духа Святаго, не только непозволительно учить других, но что ему невозможно даже быть от части Христовой? Ибо со Христом соединяет благодать Святаго Духа; и кто не имеет Духа Святаго обитающим в себе заведомо тому невозможно иметь общения со Христом, или видеть славу Христа сознательно. Он не может и божественных таин умно созерцать так, как бы видел самого Христа и Бога, но видит только чувственно хлеб и вино, которые стоят на трапезе и видимы чувственно. И сие праведно страждут таковые, потому что не получившие благодати Святаго Духа не могут видеть, ни познать Христа — Бога. Которые не испытали и не удостоились сего, те не суть и род Божий, или свои Богу, и не знают Его. Ибо Того, Кто есть выше всякаго ума и помышления, как возможно познать уму нашему, созданному Им, если он не будет просвещен от Него и не соединится с Ним? Как от Него получил он бытие, так опять от Него же должен он сподоблен быть — увидеть и познать Его знанием неведомым и созерцанием незримым. Те же, которые не сподобились стать такими, ни Духа Святаго не имеют и не суть Христовы, — и пусть они не обольщают себя. Когда получат они Духа Святаго и станут Христовыми, — верным и несбивчивым признаком того будет для них то, что сказал божественный Апостол: идеже Дух Господень, ту свобода (2 Кор. 3:17), где под свободою разумеет он совершенное освобождение от всех страстей и от похотей мирских и плотских. Почему в другом месте он же говорит: а иже Христовы, то–есть рабы Христовы, суть, плоть распяша со страстьми и похотьми (Гал. 5:23), — и еще негде: аще же Христос в вас, плоть убо мертва греха ради, дух же живет правды ради (Рим. 8:10). Итак кто не сознает, что сие и то, что сказано выше, бывает в нем явно, тот пусть сидит один и плачет о себе, что еще не сделался рабом Христовым, еще не стал причастен славы и божества Христова, и что состояние его еще неявно. Почему пусть наипаче печется о себе самом, до других же да не будет ему дела; потому что страстный не может разсуждать дел братий безстрастно, как слепой не может видеть чувственных вещей, хотя бы держал их в руках своих.

Но моли, прошу тебя, отче, Бога о мне бедном, если не по чему другому, то ради любви к Тому, Кто сказал: возлюбиши Господа Бога твоего… и ближняго твоего яко сам себе. Помолись о мне грешном, ненавидимом за любовь ко Христу, гонимом за то, что хочу жить благочестно о Христе, осуждаемом всеми за то, что чту отца моего духовнаго и учителя, оглашаемом всюду, яко еретик, за то, что учу всех искать свыше благодати и заведомаго присутствия Духа Святаго; потому что без сего не бывает отпущения грехов, что без благодати Святаго Духа, невозможно ни освободиться от страстей и безсловесных похотей, ни соделаться сыном Божиим, ни освятиться, — и что те, которые сподобляются таких даров Духа, не только освобождаются от всех похотей, страстей и непотребных помыслов, но бывают и богами по благодати, пребывают близ Бога, и бывают вне плоти и мира; — и не только они сами святы бывают и какбы безтелесны в мире, но и всех других верных видят как святых; и не только как святых, но и как во Христа облеченных и соделавшихся христами; — и что кто не стяжал еще таких душевных очей, тот явно не достиг еще света Христова и не просветился от него: ибо свет Христов даруется, да видим бывает тем, кои сподобились покаянием внити в него.

Кто достигнет в меру сию, тот всех любит и почитает их, как Христа, не презирает никого из тех, кои кажутся нам низкими и ничтожными, но и другаго никого не ненавидит, не поносит, не осуждает и не терпит слышать, как другие осуждают кого. Такими да будем и мы с вами (говорю к этим осуждающим), братия. Ибо если не сделаемся такими, то невозможно нам будет внити в царство небесное.

Так вот, поелику я говорю все такое и проповедую, что отец мой духовный сделался таковым, то все осуждают меня за то, как гордаго и хульника, — и диавол поднял против меня служителей своих и ведет войну, чтоб заставить меня перестать проповедовать словом и исполнять делом евангельския заповеди и апостольския постановления, перестать стараться обновить евангельскую жизнь, которая некоторым образом одряхлела и забыта, — чтоб люди в самовольной дерзости не помышляли, что могут спастись, без получения благодати Святаго Духа и без безстрастия, — не прельщались тем и не погибали, сами того не понимая. За это вместо того, чтоб благодарить меня, что говорю им и побуждаю их стремиться к совершенной добродетели, они паче осуждают меня, и ненавидят, отвращаются от меня, и предали меня на алчбу, жажду и смерть, — за то, что я не обольщаю их и не говорю: дерзайте, все имеем спастися без трудов и болезнований, без покаяния и точнаго исполнения заповедей Божиих, — каковыми речами те, которые говорят их, извращают все учение Христа и Апостолов Его.

Нам же не буди мудрствовать и говорить так, но да глаголем всем с дерзновением, — что, поелику веруем во Христа, яко Бога истиннаго, и приемлем Апостолов, яко учеников Его; то долг имеем всячески соблюдать и заповеданное ими, каяться и плакать с болезнию сердца о всяком преслушании и преступлении заповедей Господних, если желаем получить блага, обетованныя нам от Бога, — каковыя когда бы сподобились получить и мы, благодатию и человеколюбием Господа нашего Иисуса Христа, с Коим Отцу и вместе Духу Святому подобает всякая слава, ныне и присно и во веки веков. Аминь.