СЛОВО ДВЕНАДЦАТОЕ

СЛОВО ДВЕНАДЦАТОЕ

1. Кающийся во грехах своих никакой не получит пользы, если не взыщет приять от Христа Господа и врачевство той немощи своей, по причине коей грешит. 2. Что бы ни делал человек в настоящей жизни, всуе делает, если то не способствует к здравию его душевному. 3. Как грех бывает по воле нашей и без воли нашей?

1. Хорошо плакать и печалиться о грехах своих и молить Бога об отпущении их. Но никакой от этого не будет пользы, если Господь наш Иисус Христос не уврачует тех немощей кающагося, по причине коих он грешит, как бы нехотя: ибо если он не исцелится от них, то нельзя ему удержаться от грехов. Почему всякий кающийся на то одно должен обратить весь свой подвиг, чтоб быть уврачевану от Христа Господа, освятиться и приять силу к исполнению воли Божией и заповедей Его. Ибо кто не уврачеван Христом Господом, тот иногда грехи делает, увлекаем будучи на них своею немощию, а иногда с большим трудом и стеснением исполняет какую–либо заповедь; но такому какая польза? Подобен он тому, кто строит и опять разоряет построенное. Почему всякая настоит необходимость, чтоб уврачевана была немощь наша Христом Господом, Который единый есть истинный врач, пришедший на землю для уврачевания немощей наших, по причине коих грешим. Он есть Агнец Божий, вземляй грех мира, который и есть немощь поврежденнаго естества нашего. Ибо после того, как Адам преступил заповедь Божию и изгнан был из рая, всякий человек стал немощен и болезнен. И эти немощи, поелику находятся как в естестве, так и в произволении нашем, суть какия–то странныя: иногда кажется, что оне от естества суть, а иногда от произволения.

Немощи, о коих говорю я, суть следующия: всякий человек немоществует и не может иметь чистой любви, не может не завидовать, не поносить, не осуждать, не презирать, не пересмеивать, не говорить лжи, не гневаться, не похотствовать благ мира сего, которыя видит, не тщеславиться, не любоимствовать. Будь он благоразумнейший между благоразумными, мудрейший между мудрыми, мужественнейший между мужественными, честнейший между честными, будь он всех других лучше и совершеннее; но, коль скоро немощь естества нашего пребывает в нем (неуврачеванною), неизбежно, что он или целомудрия не сможет сохранить, или не одолеет себя, чтоб простить тому, кто погрешил против него в чем–либо, или не находит в себе добрых расположений — милостыню подавать, и Бога всегда благодарить, вообще воздерживаться от всякаго зла и делать всякое добро. Наблюдающему не может не быть явным, что все такия немоществования зависят иногда от самовластнаго произволения, а иногда от насилия со стороны естества. Впрочем не все люди в равной степени немоществуют; но иной больше, а иной меньше.

Такия–то немощи необходимо уврачевать в нас. Но прежде всего необходимо взыскать врача, который бы уврачевал их. Почему святые отцы предали нам, христианам, чтобы мы всегда так молились Богу, взывая к Нему с сокрушенным сердцем: «Призри на нас, Господи, по милости Твоей, и уврачуй немощи наши имени ради святаго Твоего». То есть воззри на немощи наши и уврачуй их благодатию Твоею, да будет славимо имя Твое, что Ты милостив и благостынен, и единый еси Врач, и да не хвалится никто сам о себе, когда уврачеван будет, но о Враче своем да хвалится, и Его да благодарит день и ночь от всего сердца своего, истинно смиренномудрствуя. И вот, в ком уврачеваны будут таким образом немощи его, тот и стал христианином (настоящим), а у кого есть еще какия–нибудь из тех немощей, о коих мы сказали, явно, что он еще не уврачеван. И это страждет он или от неведения, или от неразумия, как такой, который не знает, что говорит к Богу, когда молится, и какия немощи уврачевать просит Бога. И если умрет он не уврачеванным, то вечно будет плакать о том в аде, не чая когда–либо освободиться от огненнаго жжения онаго. Сего–то ради надлежит нам горько плакать о том жалком состоянии, в какое мы пришли. Люди–христиане да взывают день и ночь: призри Господи и уврачуй немощи наши. Но и Господь не может уврачевать их, если они не знают, что это за немощи, о коих они просят, при всем том, что их так много и так оне разнообразны. Вот причина погибели, по коей гибнет столько христиан, богатых и бедных, властителей и простых, юных и старых, монахов и иереев. Одно врачевство от всех вообще этих немощей — причастие божественнаго естества или приятие Божией благодати. Если христианин не приимет божественной благодати и силы, по мере веры своей; то хоть он бдения совершает, хоть спит на голой земле, хоть поет псалмы день и ночь, молится и постится, все же он остается неуврачеванным и находится вне части Христовой, как и неверные.

2. Какия бы добрыя дела ни делал, какими бы подвигами ни подвизался и ни утруждал себя в настоящей жизни всякий человек, мудрый или немудрый, сведущий или несведущий, разсудительный или неразсудительный, ученый или неученый, богатый, или бедный, — если это не способствует к оздравлению души его от немощей ея, суетно все сие и безполезно для него, и оставляет душу вне царствия небеснаго: ибо в царствие небесное приемлются только здравыя души, не имеющия никакой немощи. А немощи эти, нами прежде указанныя, эти непотребныя стремления плотских похотей, эти пристрастия к земным и мирским вещам, богатству и славе суетной, никакая душа не может уврачевать в себе и стать здравою ни сама собою, ни с помощию другаго какого человека. Только Господом нашим Иисусом Христом оне могут быть уврачеваны, как написано: Той недуги наша прият и 6олезни понесе (Мф. 8:17). Ибо еслибы человеческия души, не говорю язычников и безбожников, хоть бы самых иудеев, веровавших в Бога истиннаго, могли удобно возненавидеть мирския похоти и плотския наклонности, и таким образом избегнуть миродержателя диавола (ибо он посредством этих страстей стяжал себе державу смерти), то не было бы никакой нужды благому, благоутробному и человеколюбивому Богу соделываться человеком, распинаться и по смерти нисходить в преисподняя земли, т. е. во ад. Но в том и дело, что возненавидеть мир и все мирское и плотское никто не может, если не сделается причастником божественной благодати и не получит силу на то от Господа Иисуса Христа. А кто, божественною силою Христовою укрепляем, не возненавидит прежде, от всего сердца своего, всего мирскаго и плотскаго, тот никак не может исполнить заповедей Христовых, или, как написано, всегда уклоняться от зла и творить благое.

Посему всякий, верующий во Христа, прежде всего другаго да просит у милостиваго Бога благодати и силы возненавидеть мир и все мирское, все страсти и похоти плотския, а после того, как возненавидит их, над тем да трудится с теплою верою, чтоб достигнуть мертвости их, каковая мертвость Христова есть, как говорит Апостол Павел, что он мертвость Господа Иисуса всегда в теле своем носил (2 Кор. 4:10). Таковыя–то прошения и бывают благоугодны Богу и Он благоволительно слушает их, как удостоверяет св. Иоанн Богослов: яко аще чесо просим по воли Его, послушает нас (1 Иоан. 5:14). Ибо этого только и хощет Бог, чтоб искали у Него люди, т. е. того, что ведет человека к вечному спасению. Почему пусть никто из людей ни о чем другом не заботится, и ни на что другое не иждивает трудов своих в настоящей жизни, как только на то, чтоб душа его в последний час смерти оказалась здравою и свободною от всякой мирской и плотской страсти. Так–то необходимо, чтобы душа сделалась здравою от всякаго недуга своего, и тогда, как сделается она здравою, может послужить Богу достодолжно, исполняя божественныя заповеди Его, и явиться непостыжденною, когда предстанет пред страшное судилище Христово. Если же не сделает она этого, т. е. не послужит Богу и не исполнит заповедей Его, хотя не в большой мере, то конечно и в день суда окажется она нездравою от страстей, и будет за то ввержена в огнь геенский, который поглотит ее в своей пещи неугасимой и будет жечь вечные веки. Ибо огнь геенский не может жечь никаких других, а только тех, которые оставили неуврачеванными души свои в настоящей жизни и так неуврачеванными перешли и в другую жизнь.

3. Грех совершается и по воле нашей, и не по нашей воле. Ибо грех всегда является пред нами только как некая обманчивая приманка. Но как только душа человека наклонится мысленно ко греху, тотчас подскакивает к ней тиран и насилователь душ, который всегда стоит позади ея и зорко смотрит за движениями ея, подскакивает и тащит ее на совершение греха делом; так что очевидно, что грех бывает и по воле человека, и не по воле его: бывает по воле его потому, что ум сам склоняется на грех; бывает не по воле его потому, что когда слагается он совершить грех делом, то на это бывает влеком и нудим диаволом. Посему–то Премудрость Божия, Господь наш Иисус Христос, подсекает самые корни и зачатки грехов, когда заповедует во святом Евангелии Своем, чтобы никто не допускал порочных пожеланий, и даже очами не воззревал с похотением, потому что когда душа дойдет до вожделения греха, то неудобь воротается назад, неудобь удержаться ей от дела, по причине толкания на него от демонов, совершающих это быстрее мгновения ока. Таким образом душе всячески надо стараться не допускать приближаться к себе демонам, а этого достигать не может она никаким другим способом, как только тем, чтобы не склоняться на похотения греха, во Христе Иисусе, Коему слава во веки. Аминь.