Светильник земли Русской

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Светильник земли Русской

Господь от щедрот Своих обильно наградил иеросхимонаха Серафима разнообразными духовными дарованиями. Это были дары духовного рассуждения, прозрения в область прошлого, настоящего и будущего его посетителей, прозрения мыслей собеседника, видения происходившего вдали, исцелений, духовного утешения, власти над лукавыми духами, молитвенных созерцаний, предсказаний и пророчеств. Горячая детская вера и чистейшая любовь ко Господу и ближним венчали этот дивный букет благодатных дарований. Любовь — это величайший дар, выше которого нет ничего ни на небеси, ни на земли. Господь явил в отце Серафиме ту самую любовь, которая «долготерпит, милосердствует… не мыслит зла… все покрывает… все переносит» (1 Кор. 13:4–7). Любовь — это дар вечный: «Любовь никогда не перестает, хотя и пророчества прекратятся, и языки умолкнут, и знание упразднится» (1 Кор. 13:8). Свято хранил батюшка Серафим завет Апостола Павла: «Все у вас да будет с любовью» (1 Кор. 16:14), и эта любовь буквально притягивала к нему людей. Старец действительно жил любовью ко всем. Во всяком его слове и деле всегда светилась она и неудержимо изливалась на все окружающее.

Одним своим видом отец Серафим вызывал особое доверие к себе и рождал ответную любовь всякого, кто переступал порог его келлии. В народе жила вера в силу его молитв. Земные дела множества людей управлялись как бы сами собой по молитвам старца, но прежде всего он заботился о спасении душ человеческих.

С истинно отеческим вниманием и добротою принимал батюшка каждого посетителя, и все с детской доверчивостью открывали ему самые потаенные уголки своих душ, которые старец и без того прозревал. Во имя Господа любил он всех людей без исключения, особенно грешников. Чем грешнее был человек, который приходил к отцу Серафиму, тем больше батюшка жалел его, слезно за него молился и воздыхал с любовью. Смиренное сердце подвижника необыкновенно скорбело от того, что кому-то, может быть, придется страдать целую вечность! В мягком, бархатном голосе старца было что-то неземное, проникающее в душу. Никто никогда не слышал от него каких-либо укорений или строгих нравоучений, но вместе с тем отец Серафим обладал удивительной способностью пробуждать человеческую совесть, каким-то неприметным для собеседника образом изменять ход его мыслей от суетного к духовному.

А посетители у отца Серафима бывали разные. В тридцатые годы в дом на Пильном с обыском неоднократно приходили чекисты, часто в ночное время. Однажды сотрудники НКВД хотели арестовать батюшку, но родные категорически потребовали медицинского освидетельствования старца ввиду крайне тяжелого его состояния. Приглашенный оперативниками врач подтвердил диагноз, согласно которому отцу Серафиму переезд был строго противопоказан.

В другой раз лежащий на одре болезни старец попросил подойти к нему старшего из чекистов. Лишь на мгновение встретились кроткие глаза батюшки с глазами представителя власти. Победила любовь отца Серафима. Он прикоснулся к руке чекиста, погладив ее, а после этого приложил свою правую руку к голове посетителя и промолвил: «Да простятся тебе грехи твои, раб Божий», и назвал в точности его имя. При этом старец умиротворил сердца и других сотрудников. Родные отца Серафима вспоминают: «Старший чекист произнес тогда: „Если бы таких старцев было бы больше, то мы все были бы верующими“, — и заплакал. А батюшка, улыбаясь, сказал: „Угостите их чайком…“».

Благодатный мир Христов непостижим в своем действии, велика его сила. Преподобному авве Антонию Великому и преподобному авве Зосиме повиновались львы, преподобному Сергию Радонежскому и преподобному Серафиму Саровскому — медведи. Отцу Серафиму Вырицкому не раз повиновались самые лютые звери — звери в человеческом обличье…

Многие люди, впервые входившие в келию старца, непроизвольно падали на колени, заливаясь слезами. Душа человеческая не выдерживала осознания духовной чистоты и начинала оплакивать собственное убожество, оказавшись рядом с белоснежными одеждами души отца Серафима. От батюшки как бы исходил некий неземной свет. В то же время этот свет явственно ощущали практически все люди, ныне свидетельствующие о жизни и подвигах отца Серафима. Почти от каждого из них прежде всего можно услышать: «Батюшка весь светился… У нас было явное ощущение, что из угла, где лежит старец, исходит свет…».

И шли день за днем на этот дивный свет люди. Из уст в уста передавались в народе рассказы о вырицком старце, и спешили страждущие за благодатной помощью к отцу Серафиму. С любовью подавал он посетителям бесценные практические советы, исцелял духовные, а часто и телесные недуги. Порою старец делал это незаметно, под видом ласковой шутки. После посещения батюшки очень многие люди просто забывали, что их когда-то мучили сильные головные боли, простуды, ревматизм, радикулит и другие болезни. Бывало, благословит он кого-то со словами: «Ну вот, теперь и голова болеть не будет», и точно — человек с тех пор уже не помнил, что такое мигрень… Иногда же, согласно слову святителя Игнатия (Брянчанинова), отец Серафим споспешествовал утверждению веры явными чудесами. О случаях благодатных исцелений свидетельствуют родные подвижника и его близкие духовные чада.

…В Вырице, жила Валентина Иванова, женщина с нелегкой судьбой. Ее мать и дочь были инвалидами — девочка от рождения страдала немотой, а мать не могла обходиться без костылей. Медицинские методы лечения результатов не давали, и Валентина обратилась к старцу. Отец Серафим сказал ей тогда: «Господь поможет тебе, молись! Твоя материнская молитва должна помочь дочери». Валентина коленопреклоненно долго молилась перед батюшкиными иконами. Вместе с ней возносил свои прошения к Отцу нашему Небесному и отец Серафим. Через некоторое время он сказал: «Вставай, Господь услышал твою молитву. Велика молитва матери. Пусть девочка подойдет ко мне». Батюшка накрыл голову ребенка епитрахилью и еще раз произнес: «Господь услышал молитву твоей матери…». С того момента девочка стала говорить. Через несколько дней мать Валентины, с трудом добравшаяся до дома старца на костылях, в несказанной радости возвращалась домой без всякой посторонней помощи, словно заново родившийся человек…

…Однажды посетители, находившиеся в приемной, были поражены рассказом женщины, которая приехала благодарить батюшку за исцеление дочери. Девочка была от рождения слепой, но после посещения вырицкого старца неожиданно прозрела. Возрадовавшись вместе со своей посетительницей, отец Серафим заметил: «Что я? Преподобный Серафим Саровский исцелил твою дочку, вот его до конца дней своих благодари!»

…Недалеко от вырицкого Казанского храма жила почтенная добрая женщина, которую звали все тетя Оля. Она очень любила посещать Богослужения, да вот беда — во время херувимской песни она обычно падала и начинала невообразимым образом лаять. Ее часто выносили из церкви. Причина ее недуга, думается, ясна всякому верующему человеку. Отец Серафим ее исцелил. Вновь, как когда-то в подобном случае в Александро-Невской Лавре, он долго молился вместе с несчастной тетей Олей… Затем она радостно рассказывала всем: «Отец Серафим даровал мне возможность ходить в церковь!»

…Однажды к батюшке привезли умирающую от обезвоживания девочку. Диагноз — тяжелая форма дизентерии. Старец помолился, а затем причастил ребенка Святых Христовых Тайн. В тот же день произошло полное исцеление…

Приведенные выше случаи — явные проявления милости Божией по молитвам вырицкого старца, которые безусловно оказывали сильное воздействие на людей. Главным же в служении отца Серафима было то, что он приводил многих своих посетителей к исправлению жизни и глубокой вере. Люди начинали видеть свои грехи и понимать милосердие Творца…

Мягко и любовно умел старец касаться людских сердец. Иногда только и скажет: «Ах, доченька! Когда же начнем лучше-то жить? Ну, на этот раз Бог простит тебе, да смотри собирайся с силами..». Или: «А посты-то соблюдаешь ли?» — спросит отец Серафим. «Плохо», — ответит посетитель. «Действительно плохо, — подтвердит батюшка, — слушаться Церкви надо, слушаться..». Люди, раскрывшие перед старцем свои душевные недуги (которые он и без этого прекрасно видел), возвращались от него утешенными и исцеленными. Обычно говорили так: «Возвращаясь от отца Серафима, мы летели, как на крыльях и у нас пела душа..».

Не забывали вырицкого подвижника и его духовные чада и соработники. Регулярно приезжал к старцу в Вырицу за советом и молитвою епископ (а с 1935 года — архиепископ) Петергофский Николай (Ярушевич), несколько реже — митрополит Ленинградский Алексин (Симанский). До своих арестов и заключения бывали у отца Серафима архиепископы Новгородский Венедикт (Плотников) и Рыбинский Серафим (Протопопов), епископы Старорусский Иннокентий (Тихонов), Сестрорецкий Николай (Клементьев), Лодейнопольский Сергий (Зенкевич) и Лужский Амвросий (Либин), а также служивший в Кадашах епископ Мануил (Лемешевский) и живший на покое в Кашине епископ Григорий (Лебедев). Посещали батюшку при возможности архимандриты Лев (Егоров), Иоасаф (Журманов) и Варлаам (Сацердотский), профессор-протоиерей Николай Чуков и многие другие священнослужители и монашествующие.

С каждым годом их становилось все меньше и меньше. Лагеря и тюрьмы поглощали друзей и близких отца Серафима одного за другим. В случае малейшей возможности он налаживал с ними переписку и помогал посылками и деньгами. А по ночам возносил старец к небесам свои молитвы за всех в темницах сущих и невинно убиенных.

Духом прозревал великий подвижник все, что происходило на Руси — видел ее, многострадальную, усеянную крестами и безымянными могилами, слышал стон и плач народный, во всех уголках ее раздававшийся. Приходившие одно за другим трагические сообщения принимал смиренно, со словами: «Буди воля Божия..». В январе 1941 года был арестован и затем расстрелян сын батюшки Серафима — Николай Муравьев. Еще одна великая скорбь прошла сквозь сердце и душу старца. Вновь услышали родные и близкие: «Буди воля Божия…». Подвижник, как никто другой, знал, что Господь венчает мучеников небесными венцами…

Знал отец Серафим и то, что число мучеников в скором времени будет умножено — кое-кого прикровенно, а близких духовных детей открыто предупреждал он о приближении великой войны…