ГЛАВА 8. СОТРУДНИЧЕСТВО

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

ГЛАВА 8. СОТРУДНИЧЕСТВО

Вселенная — завершенное творение. Но другой величайший шедевр еще не закончен. Это — история, сотворение которой все еще продолжается. Чтобы завершить этот великий проект, Богу нужна помощь человека.

Авраам Хешель

Священная история — это рассказ о том, как Бог делится с людьми Своей властью. Предоставив роду человеческому свободу выбора, Бог призвал нас к сотрудничеству. Более того, Он дал твари возможность спорить и бороться с Творцом. Однако практически все избранники, которым Господь дозволял возглавить Свои важнейшие начинания — и Адам, и Авраам, и Моисей, и Давид, — все они в чем-то разочаровывали Создателя. Но очевидно Бог твердо решил сотрудничать с людьми — даже когда те проявляли себя не с лучшей стороны.

За время Своего земного служения Христос подготовил двенадцать последователей (которые тоже были небезупречны) и вручил им ключи от Царствия Божьего. Несмотря на все накладки и неувязки, начало было положено. С тех пор сотрудничество Бога с людьми больше не прерывается. «Мы соработники у Бога» (1 Кор 3:9), — сказал апостол Павел. Мы трудимся вместе с Богом, творим Его дела в этом мире[23]. Как Божьи сотрудники, мы имеем право высказывать свои жалобы, предложения, просьбы и пожелания. Для этого существует молитва.

Однако к сказанному выше следует относиться с определенной осторожностью. Дело в том, что с библейских времен многое изменилось. Адам беседовал с Богом, Авраам торговался с Ним, как на базаре, Моисей видел куст, который горел, но не сгорал, Самуил слышал голос Бога, ученики Христа видели Господа во плоти. Несомненно, Бог являл Себя в истории человечества, вмешивался в нее. Но так ли происходит сегодня?

Если один из партнеров обладает такой огромной силой, то почему бы не употреблять ее почаще на пользу другому партнеру? Этот вопрос беспокоит всех верующих. Каждого молодого человека, который ищет Божью волю, ищет свой путь в жизни. Каждого родителя, чей ребенок тяжело болен. Каждого гонимого христианина, живущего во враждебном христианству обществе.

Несколько лет назад я написал книгу «Разочарование в Боге»[24]. Работая над ней, я пытался понять: чем обусловлены случаи явного вмешательства Бога в жизнь людей, и почему они столь редки. Например, десяти египетским казням, свершившимся при Моисее, предшествовали четыре века Божьего молчания. Пророк Самуил был призван на служение во времена, когда «слово Господне было редко… видения были не часты» (1 Цар 3:1). Пытаясь найти определенные закономерности, я исследовал каждое описанное в Библии чудо, каждый случай Богоявления, каждое сказанное Им слово.

Внимательно вчитываясь в Ветхий Завет, я обнаружил: Господь вмешивается в историю не слишком охотно. Он ждет, выбирает Себе помощника — причем, действует невыносимо медленно, — потом совершает несколько чудес — и снова ждет. В Евангелиях мы видим новый всплеск чудотворения. От Христа исходит чудотворная сила. Но и Иисус далеко не всегда вмешивается в происходящее: Его чудеса — не панацея от бед и болезней, а знамения данной Ему Богом власти.

Великая перемена

Иисус возвестил о великой перемене. В те времена иудеям положено было совершать паломничества к Храму. Они верили, что только в Храме можно поклоняться невидимому Богу, ибо в нем — средоточие Божьего присутствия. Но Христос, отвечая на вопрос самарянки, сказал: «Но настанет время, и настало уже, когда истинные поклонники будут поклоняться Отцу в духе и истине, ибо таких поклонников Отец ищет Себе» (Ин 4:23). Местом обитания Бога Иисус назвал не Храм (Он предрекал, что Храм скоро будет разрушен), а обитель, казалось бы, совсем непригодную. Христос говорил, что Бог будет жить в обычных людях, таких, как сама самарянка.

Позже апостол Павел объяснит: Иисус примирил Бога с людьми, дал возможность устранить разрыв между ними. Благодаря Христу мы можем обращаться к Богу без посредства священника, без ритуальных жертвоприношений. Мы стали храмом Бога, обиталищем Святого Духа. Он живет в нас. Но для того чтобы это могло произойти, Иисусу пришлось покинуть землю: «Если Я не пойду, Утешитель не придет к вам; а если пойду, то пошлю Его к вам» (Ин 16:7).

Господь создал нас не для того, чтобы продемонстрировать Свое превосходство, чтобы принудить Свою тварь к покорности. Это нам порой хочется диктата. А Бог жаждет личного общения с теми, кого сотворил. Он хочет любить и быть любимым. Отношения между Ним и нами восстанавливаются медленно, в них есть место пробам, ошибкам, потрясениям. Вспомните ветхозаветные истории о чудесах и победах. Может показаться, что новозаветная церковь сделала шагом назад в своих отношениях с Богом. Но в действительности все как раз наоборот: Новый Завет даровал нам возможность долгого, но уверенного и неуклонного приближения к Богу.

Я знаю христиан, тоскующих о ветхозаветном Боге, Который свергает фараонов, разрушает стены крепостей, уничтожает жрецов Ваала. Я не из их числа. Я верю, что Царствие Небесное созидается благодатью и свободой, и Бог не хочет лишить нас ни того, ни другого. Я верю словам Иисуса о том, что Его уход из земного мира — к лучшему, ведь Он послал взамен Себя Духа-Утешителя.

А что делает утешитель? Хороший утешитель не отдает приказаний и не производит насильственных перемен. Он действует изнутри, стараясь разбудить внутренние источники духовного и душевного здоровья. Когда речь идет о столь неравных партнерах, как человек и Святой Дух, молитва становится идеальным средством общения.

Молитва — это сотрудничество с Богом: она открывает двери для действия благодати. Чаще всего Утешитель действует мягко, тактично и ненавязчиво. Он подсказывает мне мысли, подбрасывает новые идеи, позволяет увидеть, что замечание, которое я только что отпустил, было слишком едким. Он помогает сделать правильный выбор, высвечивает скрытую опасность искушения, делает меня чувствительным к нуждам ближнего. Божий Дух не кричит, а шепчет, вносит в душу мир, а не суету. Да, такое сотрудничество лишено драматического накала, которым были исполнены споры с Богом Авраама и Моисея. Но насколько ближе к Богу мы можем быть сегодня! Посмотрите, что пишет апостол Павел:

«Со страхом и трепетом совершайте свое спасение, потому что Бог производит в вас и хотение и действие по Своему благоволению» (Флп 2:12, 13).

«Но я более всех их потрудился: не я впрочем, а благодать Божия, которая со мною» (1 Кор 15:10).

«И уже не я живу, но живет во мне Христос» (Гал 2:20).

«Ибо мы — Его творение, созданы во Христе Иисусе на добрые дела, которые Бог предназначил нам исполнять» (Еф 2:10).

Сотрудничество связывает человека с Богом столь тесно, что становится трудно различить, кто действует: Бог или его помощник — человек. Вот как близок к нам Бог!

Соприкосновение с Богом

Мы соприкасаемся с Богом, созерцая природу, читая Библию, внимая Слову, ставшему плотью. Мы прикасаемся к Нему через таинства, через общение с другими людьми, через Церковь. А поскольку мы живем в материальном мире, то почти все наши соприкосновения с Богом в той или иной степени материальны. Но Бог есть Дух. Можно сказать иначе: Бог обитает преимущественно в духовных сферах.

Молитва выявляет эту разницу между Богом и человеком. Мы можем просить о прямом Божьем вмешательстве, но нам не следует удивляться, если Бог предпочтет действовать неявным образом, опираясь на собственный выбор человека. Предположим, алкоголик молится: «Господи, удержи меня сегодня от выпивки». Ответ на эту молитву скорее всего придет изнутри: или сам человек утвердится в решении не пить, чего бы это ему ни стоило, или позовет на помощь верного друга, чтобы тот поддержал его. Вряд ли стоит ожидать, что все вино в магазинах чудесным образом превратится в воду.

Божий промысел свершается в людях и через людей, а не вопреки людям — и это нормально. Именно поэтому, как правило, невозможно доказать, что некие события являются ответом на молитву. В «Письмах Баламута» Клайва Стейплза Льюиса бес-начальник так говорит о молитве, давая наставления бесенку-подчиненному:

«Однако ты можешь беспокоить его назойливым подозрением, что эта привычка абсолютно абсурдна и не приведет ни к какому объективному результату. И не забудь аргумента «голову вытащишь — хвост увязнет». Если то, о чем он молится, не исполняется, значит, просительные молитвы бесполезны: если же то, о чем он молится, исполняется, он, конечно, сможет найти какую-нибудь физическую причину и сказать себе: «Это и так бы случилось». Как видишь, исполнение и неисполнение просительной молитвы в равной степени хорошо доказывает, что молитвы неэффективны».

Мысль, которая в «Письмах Баламута» выражена юмористическим языком, более подробно разъяснена Льюисом в философском трактате «Чудо»:

«И очень хорошо, что опыт ничего не докажет. Человек, который знал бы точно, что событие вызвано его молитвой, почувствовал бы себя волшебником. Голова у него закружилась бы, а сердце стало бы хуже. Христианин не вправе даже спрашивать, не его ли молитва обусловила то или иное событие. Лучше ему сказать, что все события на свете — ответы на молитвы, в том смысле, что Господь учитывает все наши истинные нужды. Все молитвы услышаны, хотя и не все исполнены».

В «Письмах к Малькольму» Льюис подводит итог рассуждениям об исполнении молитвенных просьб: «Об этой связи говорит только вера. Никакие эмпирические доказательства здесь невозможны».

Мы уверены, что Бог ответил на нашу молитву не потому, что научно обосновали причинно-следственную связь. Мы знаем характер Господа. Мы доверяем Ему — и эта вера позволяет нам видеть в событиях, последовавших за нашей молитвой, не просто случайное совпадение. Это и есть настоящее сотрудничество, скрепленное тесной связью.

Участники групп, занимающихся по программе «Двенадцать Шагов»[25] любят говорить: «Совпадения — это маска. Прикрываясь ей, Бог сохраняет свою анонимность». Похоже, что члены АА правы. Благодаря вере мы осознаем, что за всеми событиями в мире стоит Бог. Размышляя об ответах на молитвы, я вынужден согласиться с Льюисом: с материалистической точки зрения почти все плоды молитв можно объяснить совпадениями или какими-то естественными причинами.

Месяц назад, после десятичасового перелета, я стоял, совершенно ошарашенный, в центре Будапешта. Прибыв в гостиницу, я обнаружил, что оставил в аэропорту сетевой провод от ноутбука. А в компьютере были материалы для лекций, которые мне предстояло читать. Магазины закрывались через час, на следующий день было воскресенье. Я понятия не имел, где в незнакомом городе продаются компьютерные принадлежности и как туда добраться общественным транспортом. Я прошептал короткую молитву и стал искать кого-нибудь, кто говорил бы по-английски, но безуспешно. Когда я совсем уже отчаялся, ко мне вдруг обратились двое, молодой человек и его мать. «Чем мы можем вам помочь?» — спросили они. Оказалось, что молодой человек только что сдал экзамен по английскому языку. Они с матерь направлялись на вокзал, рядом с которым был супермаркет с компьютерным отделом. Когда мы туда прибыли, оказалось, что нужную мне вещь можно было купить только там и еще в одном магазине города. Что это? Простое совпадение?

Год назад я участвовал в большой конференции — там было около тысячи двухсот человек. Обычно я обедал в компании знакомых, и лишь единственный раз вышло так, что я оказался в столовой один. Я прошел вдоль длинного ряда столиков и, не задумываясь, присел за один из них. За столом сидели еще пять человек. В разговоре выяснилось, что это семья. Отец семейства остался дома, в Мичигане. У него была последняя стадия рака пищевода. Жить ему оставалось считанные дни. На конференцию приехали его жена и дочери. В последнюю минуту две его невестки согласились побыть с больным. Чтобы попасть на конференцию, дочерям пришлось ехать на машине двадцать часов — день и ночь без перерыва. Они привезли с собой мать, которая вот уже шесть месяцев не отходила от постели умирающего мужа. Она приехала на конференцию в надежде встретиться со мной и поговорить о страдании, так как знала, что моя жена работает в хосписе. У несчастной женщины был целый список вопросов ко мне, хотя она и не особенно надеялась на личную беседу. Итак, была ли «случайной» эта встречу за обеденным столом?

Францисканская молитва

Пусть Бог благословит тебя не довольствоваться

Легкими ответами, полуправдой и поверхностными отношениями —

Чтобы ты жил из глубины своего сердца.

Пусть Бог благословит тебя возненавидеть Несправедливость, угнетение и рабство — Чтобы ты трудился ради справедливости, свободы и мира.

Пусть Бог благословит тебя слезами —

Чтобы ты плакал о тех, кто терпит боль, отвержение, голод и войну, Чтобы ты мог протянуть им руку, утешить и обратить страдания в радость.

И пусть Бог благословит тебя простодушием —

Чтобы ты верил, что способен изменить этот мир,

Чтобы ты мог сделать то, что другим кажется невозможным:

Принести всем детям и всем беднякам справедливость и доброту.

«Когда я молюсь, случаются совпадения — писал в начале прошлого века Вильям Темпл, архиепископ Кентерберийский, — а когда перестаю молиться, они прекращаются».

Я стараюсь не тратить время на критический анализ этих «совпадений», а использовать их как кирпичики, из которых строится вера. И, вместо того чтобы называть такие случаи совпадениями, я называю их «прикосновениями Бога». Если я не забываю (а забываю я, к своему стыду, довольно часто), то обращаюсь к Богу, прежде чем принять важное или трудное решение — требуется ответить на письмо, которое сильно меня озадачило, пишу статью на сложную тему, борюсь с изматывающей хворью, нужно позвонить родственнику, с которым случилась беда, предстоит официальная встреча, которая меня пугает. Я высказываю Богу свои просьбы — и меняется ход моих мыслей. А когда дело сделано или событие уже свершилось, я нередко вижу в случившемся руку Божию. Но, чтобы увидеть ее, нужна вера, а не доказательства.

Один раввин учил, что момент соприкосновения с Богом невозможно ни запланировать, ни «организовать» собственными усилиями. «Это неожиданные, почти случайные моменты благодати», — говорил он. Кто-то из учеников спросил его: «Равви, но почему тогда мы тратим столько сил и времени на духовные упражнения?» «Чтобы стать более предрасположенными к этим случайностям», — ответил раввин.

Этапы возрастания в молитве

Я колебался перед тем, как написал в заголовке этого раздела слово «этапы». Я боялся создать ложное впечатление, будто бы бывают «молитвы для начинающих» и «для продвинутых». Речь пойдет не о наборе молитвенных навыков или способностей, а скорее о зрелом сотрудничестве с Богом. По собственному опыту я могу выделить по меньшей мере три этапа.

Первый этап — это просто детская просьба о желаемом. Наши друзья несколько раз присылали своих детей к нам — погостить в Колорадо. Не имея собственных детей, я каждый раз изумлялся, насколько односторонне воспринимает ребенок свои отношения со взрослыми. Ребенок не сомневается, что ты его разбудишь, застелишь его кровать, покормишь, отведешь в кино и за все заплатишь. Дети могут поблагодарить тебя, но, как правило, они не делятся своими впечатлениями и редко затевают беседы. По мнению ребенка, взрослые существуют для того, чтобы удовлетворять его потребности. Другими словами, дети — существа незрелые. Я тоже иногда кажусь себе незрелым, когда без конца прошу Бога решить мои проблемы и исполнить мои желания.

Но нельзя сбрасывать со счетов эти детские просьбы. Христос часто отзывался именно на такие мольбы, особенно когда они исходили от людей, которым и в голову-то не должно было прийти такие просьбы высказывать: от иноплеменной женщины, от римского сотника, от друзей паралитика, которые разобрали крышу дома. По моим наблюдениям, чаще всего ощутимые ответы на молитву получают новообращенные христиане, которые умеют молиться лишь о том, чего в данный момент хотят. Я поражаюсь их детской доверчивости. Мартин Лютер говорил, что нужно открыть пошире пустую суму и смело просить у Отца то, чего хочешь.

Христианин из Японии рассказывал мне: когда он впервые приехал в США, то был потрясен нашей манерой молиться. Молящийся американец, говорил он, напоминает человека, который пришел в ресторан и заказывает бифштекс: «Хорошо прожаренный, с пикулями, салатом и картофелем фри. И побольше кетчупа, пожалуйста». Молящийся японец похож скорее на туриста в чужой стране: он пришел в ресторан, но неспособен прочесть меню. С помощью жестов и разговорника он объясняет хозяину, что ему хотелось бы получить фирменное блюдо заведения. Мой японский друг пытался сказать, что жители Востока приступают к молитве с большей верой, но одновременно — и с большей тревогой. Они больше готовы к неожиданностям: никогда не знаешь, что подадут — это решает хозяин. Двум культурам — западной и восточной — есть что перенять друг у друга в плане молитвы.

Второй этап молитвы (напомню еще раз, что «второй» — не значит «более ценный») — это размышления в присутствии Бога и вместе с Ним. Мистики считают, что по мере духовного роста из нашей молитвы уходят просьбы, а главной целью становятся глубокие размышления (или созерцание). Не могу с этим полностью согласиться по той простой причине, что, когда Иисус учил молиться, Он особо подчеркивал именно роль просьбы. Разве молитва Господня не состоит из прошений?

Со временем, однако, я стал видеть, как меняются мои просьбы после молитвенного размышления. В конце концов, я хочу молиться о том, что угодно Богу, и если Бог чего-то для меня не желает, я тоже не должен к этому стремиться. Молитвенные размышления помогают лучше узнать Бога, согласовать свои желания с Божьими. Мне никогда не удастся вполне согласовать свою волю с волей Бога, потому что я не способен познать ее до конца. Однако то, что я знаю, влияет на мои молитвы[26].

Один священник сказал: «Молитвой можно достичь всего — кроме того, на что нет воли Божьей». Конечно, мы не вполне знаем Божью волю — поэтому мы и молимся.

Я давно знаю, что мудрый Бог часто отвечает на молитвы не так, как бы мне хотелось. Я молюсь о том, чтобы моя книга победила на конкурсе — но вместо победы получаю откровение: мне нужно еще работать и работать над своим литературным стилем. Я молюсь о том, чтобы сделаться богаче — но в результате понимаю: деньги станут проклятием, отвлекающим меня от более важных вещей. Я получил уже немало таких уроков.

Теперь я стараюсь рассматривать свои незрелые молитвы-просьбы в свете знаний, пришедших от Бога во время молитвы-размышления.

Сегодня потребителям предлагают множество курсов «медитации», иными словами — созерцания. При этом упор делается на расслабление, самосозерцание и самоусовершенствование. Но молитвенное созерцание — это другое. Молясь, я стараюсь сосредоточиться не на себе, а на Том, Кому я молюсь, — на Боге. Если я буду искать Бога, то я в конце концов пойму, чего Бог хочет от меня, и буду этим удовлетворен. Современная американская писательница Патриция Хэмпл говорит, что молитва лишь по форме похожа на речи, обращенные к Господу. При общении с Богом главное — внутреннее состояние молящегося. «Сосредоточьтесь. Найдите такое состояние, и слова придут сами».

В конце Своего молитвенного борения в Гефсиманском саду Иисус сказал: «Да будет воля Твоя» (Мф 6:10). И это — после прямой просьбы об ином исходе. Его слова словно подвели итог всему, сказанному ранее. Я все больше убеждаюсь: слова «Да будет воля Твоя» должны следовать в конце молитвы, а не в ее начале. Если я начинаю с этого уточнения, то подвергаюсь искушению «отредактировать» свои молитвы, подавить собственные желания и принять любой исход событий. Но тогда я не делаю того, чего хочет от меня Господь. А Он хочет, чтобы я открывал Ему свои просьбы и таким образом лучше познавал себя.

В Книге пророка Даниила есть прекрасный пример веры, сочетающей и человеческое желание избежать смерти, и готовность принять Божью волю, какой бы она ни была. Трое юношей объясняют царю, почему они отказываются поклониться истукану, невзирая на угрозу быть брошенными в раскаленную печь: «Бог наш, Которому мы служим, силен спасти нас от печи, раскаленной огнем, и от руки твоей, царь, избавит. Если же и не будет того, то, да будет известно тебе, царь, что мы богам твоим служить не будем и золотому истукану, которого ты поставил, не поклонимся» (Дан 3:17, 18).

Слова «если же и не будет того» относятся уже к третьему этапу молитвы: человек подчиняет себя воле Бога.

К этим словам Иисус пришел после долгой ночи борения в Гефсиманском саду: «Не Моя воля, но Твоя да будет» (Лк 22:42). В конце концов я понял, что молитва — это средство исполнить не мою, а Божью волю. Да, Бог слышит наши просьбы и отвечает на них. Да, Бог определенным образом учитывает эти просьбы в Своих планах. Но и многим мученикам (в том числе христианам, гонимым за веру в наши дни), и даже Самому Сыну Божьему пришлось познать нехитрую истину: наши заветные желания не всегда исполняются.

«Не спешите молиться! — предостерегает Юджин Петерсон, выдающийся американский проповедник и писатель, известный своим переводом книг Ветхого и Нового Заветов на современный английский. — Весьма вероятно, что после молитвы вам придется принять условия Бога: чаще всего в результате молитвы мы получаем не то, чего хотим, а то, чего хочет Бог. И результат бывает совершенно неожиданный — такой, который никогда бы не выбрали мы сами. А когда мы, наконец, начинаем понимать, что происходит, обратной дороги уже нет».

Соработники Царствия Божьего

Иногда меня озадачивает устройство нашего мира, и тогда я даю волю воображению, пытаюсь придумать какую-нибудь альтернативу. Ведь мог бы Господь сотворить мир, в котором действовали бы совсем иные правила. Ведь мог бы Бог почаще вмешиваться в события, совершать явные чудеса (хотя именно так и было, когда израильский народ странствовал по пустыне). Или же Он мог бы совершенно отстраниться и не вмешиваться в события. Именно отстраненным видят Его деисты: они сравнивают Господа с часовщиком, который собрал часы, завел их и ушел (в этом случае молитвы бесполезны).

Но в реальной жизни Бог с самого начала привлекает человека к участию в Своем творческом труде. Бог поручает Адаму возделывать землю и владычествовать над животными, то есть передает заботу о райском саде в руки человека. Подобным образом Бог действует на протяжении всей истории. Растения дают семена, семена падают на землю, небо исправно поливает посевы, но урожай вырастает лишь у тех, кто трудится в поле. В мире есть множество материалов, подходящих для изготовления самых разных вещей, но людям самим приходится думать, как использовать это сырье. Когда Бог пожелал выстроить Себе обиталище, ни скинии, ни храмы не спустились с небес на землю наподобие космического корабля. Тысячи архитекторов, строителей, художников и ремесленников трудились над их возведением.

«Я создам церковь Мою» (Мф 16:18), — провозглашает Христос, тем самым возвещая о новой власти Царства Божьего на земле. Церковь растет на протяжении вот уже двадцати столетий — растет медленно, трудно. Эпохи роста и подъема церкви чередуются с периодами упадка, вызывающими у нас глубокое недоумение. Я думаю о том, сколько скорби причинили Богу отдельные эпизоды церковной истории. Тем не менее апостол Павел подчеркивает единство церкви со Христом: «Не может глаз сказать руке: «ты мне не надобна»; или также голова ногам: «вы мне не нужны» (1 Кор 12:21). По воле Бога дело созидания Царствия Божьего на земле зависит от людей — несмотря на то, что люди, как всем прекрасно известно, существа ненадежные.

Однажды у Христа выдался особенно трудный день. Он воскресил умершую девочку, исцелил женщину, которую много лет мучила болезнь, вернул зрение двум слепым и дар речи немому… Наступил вечер оказалось, конца трудам не было видно. Иисус почувствовал глубочайшее сострадание к людям: «они были изнурены и рассеяны, как овцы, не имеющие пастыря» (Мф 9:36). Глядя на нескончаемый поток людских страданий и нужд, Иисус дал одно из немногих Своих прямых указаний, о чем нам следует молиться: «Итак, молите Господина жатвы, чтобы выслал делателей на жатву Свою» (Мф 9:38).

Что за странная просьба! Если Ему нужно больше работников, почему бы не призвать их? Или почему Самому не попросить об этом Господина жатвы?

Этот эпизод, наряду со многими другими, показывает, какую роль Христос отводил Самому Себе. Да, в предела небольшой страны, располагавшейся на территории нынешней Палестины, Он имел большое влияние на людей. Но для того чтобы донести благую весть до Рима и других, до отдаленных земель, Ему нужны были помощники. Сам Он уже воззвал к Господину жатвы: двенадцать учеников были избраны после того, как Он провел всю ночь в молитве. И теперь Он призывал учеников молиться о новых делателях, потому что знал: Отец прислушается к их молитвам. Христос обращался к ним как к своим сотрудникам, к соработникам на ниве Божьего Царства.

Однажды Вильям Кэрри, известный английский миссионер конца восемнадцатого — начала девятнадцатого века, почувствовал, что Бог призывает его отправиться в Индию, чтобы стать там делателем на ниве Господней. Священнослужители, услышав об этом плане, стали насмехаться над ним: «Молодой человек, если бы Бог хотел спасти индийских язычников, Он обошелся бы и без таких, как мы с вами». Они упустили из виду саму идею сотрудничества. Бог мало что делает на этой земле без таких, как мы с вами!

Мы, соработники Бога, настойчиво молимся о том, чтобы здесь, на земле, исполнилась Его воля, и в то же время стараемся сделать для этого все, что от нас зависит. Иисус учил нас молиться так: «Да приидет Царствие Твое; да будет воля Твоя и на земле, как на небе» (Мф 6:10). Это — не тихая просьба, а настойчивое требование, высказанное в повелительном наклонении. Дай нам справедливость! Исправь этот мир! Бог призывает Своих земных сотрудников быть глашатаями грядущего исцеления и искупления.

У человека и Бога разные роли. Господь объяснял Иову, что человек не в состоянии понять пути Провидения и Высшую Справедливость, он не способен вместить в себя ответы на все свои вопросы. Наша роль — следовать по стопам Христа. Своими делами и молитвами мы приближаем наступление Царствия Божьего. Не стоит биться над вопросом: «Как свершается Божий промысел?» Лучше задаться другим: «Что делают в этом мире люди Божьи?» Апостол Павел неоднократно высказывает мысль о том, что на земле мы — тело Христово, что мы пребываем «во Христе» (последнее выражение встречается в Новом Завете 164 раза). Когда мы служим ближним, служит им и Христос. Когда мы кого-то прощаем, прощает и Он. Когда мы проявляем милость к падшим, Спаситель тоже протягивает им руку помощи.

За кого молимся мы, за тех молится и Сам Господь наш Иисус Христос. Апостол Павел сказал: «Как вы — сыны, то Бог послал в сердца ваши Духа Сына Своего, вопиющего: «Авва, Отче!» (Гал 4:6). Если же мы не знаем, за что молиться или как молиться, Святой Дух ходатайствует за нас: «Испытующий же сердца знает, какая мысль у Духа, потому что Он ходатайствует за святых по воле Божией» (Рим 8:27).

Дух, посланный Христом, молится в нас, когда нам не хватает ни мудрости, ни слов. Бывает, что мы не знаем Божьей воли по конкретному вопросу, но ее, безусловно, ведает живущий в нас Дух. Другими словами, все наши молитвы, в том числе и самые незрелые, проходят своеобразный «внутренний контроль». Пусть мы чувствуем себя невеждами в молитвенной жизни — но Дух Святой не таков. Пусть у нас нет силы и уверенности — у Духа Святого они есть. Пусть нам недостает веры — у Духа Святого ее предостаточно. Бог близко, и нет нужды громко кричать, чтобы Он услышал. Порой достаточно вздоха или стона.

Сотрудничество ради справедливости

Гэри

Сразу после окончания колледжа я поехал в Южную Африку, чтобы вместе с епископом Десмондом Туту бороться с преступлениями режима апартеида. Потом я получил юридическое образование и участвовал в расследованиях геноцида в Руанде и случаев полицейского произвола в США. Я убежден, что христиане должны быть на переднем фронте борьбы за справедливость. Поэтому я создал организацию, которая называется «Международная Миссия Справедливости». Задача этой организации — выявлять случаи несправедливости, показывать их в свете Божьей истины и стараться исправить положение посредством широкой огласки в СМИ и юридических мер. Мы действуем в двенадцати странах и специализируемся на случаях торговли людьми, рабства, незаконных арестов и пыток. Кроме того, мы помогаем вдовам и сиротам.

С самого начала я знал, что нам необходимо постоянно напоминать себе: справедливость — это Божье дело, и в этой битве Бог — на нашей стороне. В противном случае мы сломались бы перед лицом непомерного зла, с которым нам приходится сталкиваться ежечасно. Я очень боялся, что мы скатимся к деятельности, которую я называю «борьбой без молитвы». Поэтому в начале каждого дня мы собираемся вместе, чтобы провести тридцать минут в молчаливой молитве и размышлении. В это время мы не разговариваем и не работаем. Мы сидим на своих местах и молимся. Кроме того, мы собираемся каждый день в одиннадцать часов и полчаса молимся друг о друге и о делах, которыми мы занимаемся. Наши сотрудники часто говорят, что для них это — самая важная часть дня.

А еще нас поддерживают пять тысяч человек, согласившихся молиться за наше служение. Раз в год мы приглашаем всех, кто нам сочувствует, на молитвенную конференцию. Мы рассказываем о своей работе и молимся все вместе. Однажды сотрудник спросил меня: «Изменилось бы что-нибудь, если бы за нас молились не пять, а пятьдесят тысяч человек?» Я не знаю. Единственное, что мне доподлинно известно — это что Бог заботится о справедливости в этом мире и что Он радуется, когда многие из Его народа трудятся на этой ниве. Я уверен, что, согласно Библии, Он слышит наши молитвы и отвечает на них. К тому же, чем больше людей вовлекается в служение справедливости, тем больше работников Царства Божьего появляется на земле.

В молитвах мы стараемся просить о том, — чего желает Сам Бог: «Господи, ведь Ты же любишь этого ребенка, который попал в рабство в Таиланде». Я могу рассказать о множестве чудесных ответов на молитвы. Например, многие жертвы насилия свидетельствуют, что сразу после их молитв к ним приходил наш юрист или социальный работник и оказывал помощь.

Иногда наша вера подвергается испытаниям. Утром мы опять молились об освобождении девяти женщин, заключенных в тюрьму в юго-восточной Азии. Почти девять месяцев назад мы провели большой рейд и освободили из рабства в одном публичном доме почти сто женщин. Какая радость! Однако многие из этих женщин были нелегально привезены из других стран, и у них не было документов. Власти страны, в которой все это происходило, отнеслись к нашему рейду без особого восторга. Женщин, не имеющих документов, бросили в тюрьму. Месяц за месяцем мы боремся за то, чтобы освободить их и отправить на родину, к семьям. Мы будем молиться за них и завтра, и послезавтра, и еще много дней — до тех пор, пока все они не будут освобождены. Одновременно мы продолжим делать все возможное, чтобы добиться их освобождения.

Двусторонняя деятельность

Некоторые люди беспокоятся, что молитва располагает к пассивности — ведь мы можем подменять ею дела. Но для Иисуса не существовало противопоставления между молитвой и делами: долгие часы Он проводил в молитве, а потом так же долго помогал людям. В «Деяниях Апостолов» засвидетельствовано, что по примеру Христа действовала и Церковь. Стремясь понять, как надо заботиться о вдовах, христиане сначала помолились о Божьем водительстве, а потом назначили специальных людей, диаконов. Это позволило освободить других работников церкви от хозяйственных забот, они смогли посвятить себя жизненно важному делу — молитве. Если бы община перестала молиться, помощь вдовам тоже прекратилась бы. Или еще пример. Когда в ранней церкви возникли культурные разногласия между иудеями и язычниками, было решено собрать совет для выработки компромиссного решения. Но прежде верующие собрались на совместную молитву.

Апостол Павел прилежно молился о молодых церквях, но за молитвами следовали дела: он писал им Послания, посещал их. Павел молился и работал с равной самоотдачей. Помните, как Павла везли на корабле в Рим, где он должен был предстать перед судом? По дороге он получил во время молитвы откровение о неизбежном кораблекрушении и о том, что все пассажиры корабля спасутся. После этого апостол взял на себя ответственность за двести семьдесят шесть человек, находившихся на борту судна, организовал спасательные работы.

«Деяния Апостолов» повествуют о событиях, которые были результатом сотрудничества Бога и людей, и в них невозможно отделить труд Бога от труда христиан. Это и есть самое главное. Смотрите, как парадоксально звучит заповедь, которую Павел дает филиппийцам: «Со страхом и трепетом совершайте свое спасение, потому что Бог производит в вас хотение и действие по Своему благоволению» (Флп 2:12, 13).

Когда я сомневался в том, есть ли смысл в молитве, основным пунктом моих сомнений была «недостаточность» действий Бога. Почему Бог не вмешивается? Почему Он не делает того, о чем я прошу? Мое восприятие изменилось, когда я понял, что молитва — это сотрудничество, тонкое взаимодействие человеческого и божественного начал, в результате которого совершается Божье дело на земле[27]. Бог просит, чтобы я открылся перед Ним в молитве, и открывает мне в молитве Свой замысел о моей жизни, который я — увы! — в состоянии понять лишь отчасти.

Юджин Петерсон, перу которого, как я уже упоминал, принадлежит современный перевод Библии на английский язык, рассказывает, что в греческой грамматике есть трудно постижимый средний, или медиальный, залог. Он представляет собой нечто промежуточное между активным и страдательным залогами.

Петерсон пишет: «В учебнике грамматики сказано: «Глагол в медиальном залоге описывает подлежащее, участвующее в результате действия». Я прочитал это определение и понял, что его смело можно отнести к христианской молитве: «Я участвую в результате действия». Я не в состоянии полностью контролировать результат. Это язычники своими обрядами и заклинаниями заставляют богов работать. Я не становлюсь бесправным рабом неподвластных мне сил. Это индуистская концепция молитвы — целиком отдаться во власть безличных и безжалостных богов и богинь. Я же присоединяюсь к действию, которое начато не мной, а Господом, моим Создателем и Спасителем. Таким образом я вношу свой вклад в результат этого действия. Нельзя сказать, что я совершаю это действие один, и также нельзя сказать, что кто-то единолично совершает через меня. Я участвую в том, на что есть не только моя воля».

Молодой священник Питер целый день выкладывал ступени из тяжелых камней на заднем дворе дома. Каждый камень весил от пятидесяти до ста килограммов, и чтобы уложить его на нужное место, требовалась и сила, и специальные приспособления. Пятилетняя дочка Бекки умоляла отца, чтобы он разрешил ей помочь. Тогда Бекки предложили просто петь, чтобы ободрить папу, но она отказалась. Она хотела приложить силу. Тогда, с большими предосторожностями, отец разрешил ей толкать вместе с ним каменную глыбу.

Потом Питер признался, что «помощь» Бекки лишь усложняла его работу. Без нее он справился бы быстрее. Однако результатом этого дня стали не только новые ступени, но и радость дочки, которая гордилась своим участием. «Мы с папой делали ступеньки!» — объявила она за ужином. И папа первым с ней согласился.