Развитие научных, учебных, практических сторон церковного искусства

Развитие научных, учебных, практических сторон церковного искусства в организационном отношении осуществляется постепенно. При Московской Патриархии существует группа «Арххрам», руководимая М. Ю. Кеслером и А. Н. Оболенским, осуществляющая возможную координацию усилий в области современного храмостроительства, ими разработаны и Строительные правила в области церковной архитектуры, изданные Госстроем России по благословению Святейшего Патриарха [142], а также создано развернутое пособие по храмовому строительству [136]. Тема проектирования новых храмов обсуждалась на Комиссии по архитектурно-историческому наследию С.-Петербургского союза архитекторов. В Москве существует Епархиальная Искусствоведческая комиссия. В 2000 г. в С.-Петербурге была сформирована Епархиальная комиссия по архитектурно-художественным вопросам, и думается, что сеть подобных подразделений во всех епархиях с центром при Патриархии могла бы быть полезной в становлении процесса проектирования и в реализации проектов современных церквей, а также в курировании живописных работ и всех видов реставрации.

Основными функциями такой комиссии должны быть:

– контрольная (согласование проектов);

– инспекторская (надзор за осуществлением архитектурных проектов, художественных и реставрационных работ);

– консультативная (помощь архитекторам и художникам в процессе их труда);

– информационная (сбор данных об осуществляемых работах). Впоследствии они могли бы дополняться такими функциями, как:

– заключение договоров с соответствующими городскими и областными структурами;

– активизация возвращения Церкви принадлежавших ей в прошлом зданий, не обязательно только храмовых (с приданием им нового, необходимого епархии назначения, возможно социального, просветительского или иного характера);

– разработка, совместно с Комитетом по градостроительству и архитектуре (или в других регионах – аналогичной структурой), схемы размещения храмов в новых районах;

– участие в решении вопросов о возможности использования территорий утраченных церковных зданий;

– выполнение эскизных проектов (при исполнении рабочего проектирования иными организациями);

– осуществление рабочего проектирования;

– организация епархиальных и иных художественных мастерских (или интеграция имеющихся);

– помощь в распределении архитектурно-художественных заказов для приходов, монастырей и иных церковных учреждений;

– работа со студентами и выпускниками учебных заведений, готовящих специалистов в области церковного искусства.

Многое из названного стало или становится осязаемой реальностью. При всем этом стоит обратить внимание на дореволюционный опыт сотрудничества многочисленных российских археологических обществ со Святейшим Синодом, с Императорской Академией художеств, Императорской Археологической комиссией, с Министерством внутренних дел, архитекторами духовного ведомства и конкретными приходами и монастырями в деле охраны и реставрации памятников. Фактически складывалась единая, в разные годы с разными особенностями, структура. Сегодня многому можно было бы поучиться у того времени. Что же касается вопросов церковного творчества и формирования новых мастеров – это отдельная тема.

Проблемы творчества и подготовки новых мастеров стали особо актуальными после искусственного перерыва в жизни большинства сфер православного искусства России в ХХ столетии. В настоящее время существуют уже множество проектов современных храмов, из которых некоторые осуществлены или находятся в процессе реализации. Весь опыт этих лет показал, что большинство архитекторов оказались не вполне готовыми к такого рода работам. Большая часть проектов носит стилизаторский характер, авторы мыслят о храме скорее «литературно», чем жизненно. Есть некоторые примеры, наоборот, крайнего отрыва от традиции. А нужен был бы такой подход, при котором возникали бы церкви ХХ века, но органично связанные с традицией православного храмостроительства. Подобное можно сказать о других областях церковного искусства. Это во многом вопрос школы. Сейчас в стенах здания Академии художеств действует церковь (с 1991 года), и как следствие этого происходит усиление внимания к церковной тематике в работе разных факультетов. Так, у живописцев возникла мастерская церковно-исторической живописи, пишут исследовательские работы искусствоведы и аспиранты-архитекторы, проектируются храмы студентами-дипломниками. Позднее возник храм и при Художественно-промышленной академии им. В. И. Мухиной. Связь Церкви и светских научных и учебных организаций может быть очень полезной. При возрождении в современной России церковного искусства это очевидно, так как некоторым вещам легче научить в светских условиях с серьезным профессиональным оснащением, к примеру – архитектуре и монументальной живописи, работе в малых формах литургического искусства, например, по металлу (при условии воцерковления этих будущих профессионалов), а в настоящее время и реставрации. Но другим очень важным направлениям легче обучить в более церковных условиях (Духовных школ и монастырей) – речь идет об иконе и о художественном шитье. И здесь есть большие успехи. Особенно нужно отметить открытие иконописных школ и мастерских в разных регионах России и наличие уже большого числа практикующих иконописцев. Впрочем, существует и опыт соединения в одной структуре разных видов церковного искусства. Речь идет о Свято-Тихоновском гуманитарном университете в Москве. Но, при всех удивительных успехах этого учебного заведения, в силе остается сказанное выше о некоторых специфических областях творчества (архитектура, монументальная живопись и реставрация), которые в условиях рубежа XX и XXI вв. предполагают при обучении ими традиционно более оснащенную базу светских средних специальных и высших школ. Первым официальным церковным учебным заведением для подготовки иконописцев стала в 80-е годы Иконописная школа при Московских Духовных Академии и Семинарии. То есть в том месте – Троице-Сергиевой лавре, где трудами монахини Иулиании за несколько десятилетий до этого возрождались традиции отечественного иконописания. При С.-Петербургских Духовных школах с 1988 года действовал факультативный иконописный класс, явившийся, между прочим, и средой церковного общения мирян, приходивших сюда для обучения иконописи. Здесь была также возможность систематизации их общекатехизических знаний, что в условиях тех лет было особенно актуально. В 1997 году Святейший Патриарх по просьбе ректора Академии и Семинарии епископа Тихвинского Константина благословил открытие на базе упомянутого класса полноценного учебного подразделения – Иконописной школы, благополучно работающей в системе С.-Петербургских Духовных школ (с 2005 г. – Иконописное отделение). Надо сказать, что и внутри каждого из таких учебных заведений, являющихся частью государственных или церковных структур, полезным оказывается сотрудничество преподавателей-специалистов из обеих сфер.

Взаимодействие церковной и светской науки впервые возродилось с серьезной и искренне радостной встречи в 1987–1988 гг. Это были три юбилейные конференции в Киеве, Москве и Петербурге (тогда – Ленинграде), посвященные Тысячелетию Крещения Руси. Последняя из них (в феврале 1988 г.) носила название «Литургическая жизнь и церковное искусство». На рубеже веков научные церковно-светские конференции стали частым явлением. Однако символично, что в ноябре 1998 года в С.-Петербургской Духовной Академии прошла Церковно-археологическая конференция, посвященная 150-летнему юбилею Н. В. Покровского, собравшая большое число исследователей – искусствоведов, историков архитектуры, практических археологов. Церковное искусство стало вновь хорошим поводом для встречи церковной и светской науки. На рубеже веков можно сказать, что границы этих сфер становятся достаточно размытыми, поэтому многое зависит от церковной и профессиональной позиции каждого конкретного исследователя. Конструктивным и весьма созидательным стало сотрудничество разных ученых в издании с 2000 г. в Москве томов Православной энциклопедии [50], в которой есть, как и в других областях, емкие и достаточно полные статьи по церковно-археологическим вопросам.