119. О терпении, житейских хлопотах, скрытой гордости и о том, чтобы держаться одного пути спасения

119. О терпении, житейских хлопотах, скрытой гордости и о том, чтобы держаться одного пути спасения

Милость Божия буди с вами!

Замешкал ответом. Прошу извинения. Ездил в гости в Тамбов и по возвращении едва успел собраться с духом. У меня глаз один уже не служит по причине катаракта. В Тамбове сказали, что и второй начал мутиться. Теперь надо ожидать, что Бог даст от операции.

Так вот что!

Письмо ваше получил по возвращении. Это первое ваше настоящее письмо: душа писала.

Видно вас нужно еще обкалачивать не на худо, а на добро, не на ущерб, а на прибыль и рост, то и налягте на эту сторону дела, чтобы черпать из нее утешение. "В терпении вашем стяжите душу вашу". В тесноте лучше жить, чем в широте. Такая, как у вас, самая легкая. Плод же от нее не менее значителен и прочен как и от других тяжелейших: и это есть великая милость и снисхождение Божие.

То что у вас времени недостает по причине хлопот и семейных и вне семейных дел тоже милость. Кому все некогда, тот не имеет, когда поскучать от праздности и безделья; не имеет вместе и опасности, какой подвергаются праздные. Одно только надо бы устранить, - именно душевную из-за того непокойность. И мне думается, что это удобно достигнуть, не гоняясь за многоделанием, а делая со всем вниманием лишь то, что предлагается сделать течением дел. В основу положить надо крепкую веру, что все случайности с нами идут от Господа; каждою из них Господь предлагает нам сделать, что требуется по Его заповедям в таких обстоятельствах, - и смотрит, как мы поступим, угадаем ли волю Его и угадавши, сделаем ли угодное Ему? Кто поимеет сие во внимании, тот всегда одно только дело и будет иметь на душе, не томя себя другими. Сделав одно, за другое возьмется и т.д., до тех пор пока сомкнет глаза, чтобы заснуть.

Так всякий день. Никакой многости дел не будет видеть душа и томиться тем не будет. Всегда у ней одно только дело пред лицем Господа.

Марфа бывает не одна житейская, есть Марфа и духовная. Последняя изгоняется преданностью в волю Божию, при усиленном действовании. Не помню, за что я хвалил вас в последнем письме. Может быть это потому сделано, чтобы не отяготить какими-либо наставительными тяготами, когда вам и без того тяжело. Но почему бы это ни было сделано, какая же от того беда? Умейте смиряться, когда хвалят без оснований, а когда бранят и по делом, - какая трудность смиряться? Панегирик какой вы себе сплели: дурная, лукавая, непостоянная, не благодарная, гордая, сердитая, не умеющая Богу помолиться, очень хорош. Надо прибавить никуда негожесть и ничего нестоимость. Почаще повторяйте его, - и так, чтобы душа говорила, а не ум собирал по памяти. Ведь есть или бывает у нас очень глубоко лежащий самоцен.

Тогда слова означенные, или подобные им, язык или память читает, а на душе держит: "несмь якоже прочие". И то дивно, что этого лукавства нашей души почти нельзя заметить. Так оно таится, пока уже Господь как-нибудь вызовет его наружу и покажет во всем безобразии. Самим нам нужно угадывать присутствие его разве из того, когда укорные речи других, в глаза или за глаза, отзываются неприятностью и досадою на говорящих. Извольте навесть справки о себе, какова бывает душа в таких случаях. При этом большая бывает помеха от самооправдания.

Утешительно читать, как призвал вас Господь в Успенский пост. Видится, что и не перестает повторять призвание, чтоб не позабыли. Внимайте убо, но и дерзайте. Какие у вас учители то были! […]

Пора уж вам в старицы поступать и учить других. Всяко извольте припоминать их уроки и не переставать направлять себя по ним не смущаясь, если кто из новых учителей скажет что либо не согласное с ними. Москва одна, а дорог к ней много и всякая в нее приводит. Но если кто направляясь по одной дороге, наприм. Петербургской, потом услышав, что есть Смоленская туда дорога, бросит свою и перейдет на эту, а с этой на Калужскую, а с Калужской на Владимирскую, с Владимирской на Ярославскую, все потому что знающие люди говорят о тех дорогах, то он никогда не доедет до Москвы. Так и в духовной жизни есть град пресветлый, куда все стремятся, и дороги в него разные, и всем в него доходить можно. Но стань переменять дороги, хоть по указанию и знающих, очень не дивно, что и не доберешься до того града.

Желаю вам всего хорошего, я вас всегда поминаю. Прошу и обо мне помолиться.

Ваш богомолец Е. Феофан. 13 генваря 82 г.