52. «Богу твоему поклоняйся»

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

52. «Богу твоему поклоняйся»

Сначала отрывок из письма, ответ на который следует ниже: «Я люблю поклоняться Богу; я чувствую влечение к поклонению; я счастлив, когда я поклоняюсь Богу, я должен даже сказать, что никогда больше я не бываю так счастлив. И в то же время, мне необходимо прибавить, что я не знаю, что такое поклонение. Ну, не парадокс ли это? Часто я обращался к книгам, движимый надеждой найти, наконец, определение этого поклонения, занимающего первое место в моей жизни; и всякий раз я бывал разочарован разноречивостью определений или описаний. Поклонение представлено в них как реакция человека, поставленного в присутствие то Верховенства Божия, то Его Величия, то Его Славы. Порой, как предощущение Его грозной близости. А иной раз, как духовное состояние человека перед лицом Существа, в Котором его исток и конечная цель. Из этого следует, что поклонение Богу тесно связано, по обстоятельствам, то с благоговейным страхом, то с хвалой, то с покорностью или с воздаянием чести. Но не значит ли все это “смазывать” поклонение? Ведь если не определить его строго, оно смешается с различными другими религиозными расположениями духа и утратит свою особенность. Это представляется мне весьма серьезным». Дорогой друг, я счастлив слышать от вас, что вы глубоко расположены к поклонению. Это несомненный знак присутствия в вас Духа Божия и того, что ваша религия — это не просто та мораль или смутная религиозность, которую столько христиан принимают за подлинную религию — христиан, о которых позволительно спросить, не являются ли они атеистами, сами того не ведая? Чтобы уяснить себе, что же есть истинное поклонение, исходите из утверждений Писания: «Богу Твоему поклоняйся и Ему одному служи» (т. е. воздавай Ему почитание). Эту заповедь, которая была на протяжении веков основным правилом жизни как частной, так и общественной всего народа Израильского, Христос вновь объявил на заре времени благодати (ср. Лк 4,8). И он прибавляет: «Настало время, когда истинные поклонники будут поклоняться Отцу в духе и истине; ибо таких поклонников Отец ищет Себе. Бог есть дух: и поклоняющиеся Ему должны поклоняться в духе и истине» (Ин 4,23–24). Разве не вытекает из этого, что поклонение есть такой человеческий акт, который обращен к Богу и который не может быть обращен ни к кому иному, как только к Нему? Первые христиане, которые умирали тысячами за отказ поклониться императору или идолам, понимали это именно так. Другие религиозные расположения духа, как то: почитание, хвала, любовь, в отличие от поклонения, встречаются и в отношениях между людьми. Ибо Бог отнюдь не стремится быть единственно почитаемым, хвалимым, любимым. Но Он не терпит, чтобы человек поклонялся кому-то другому, кроме Него: «Имя Его — “ревнитель”: Он — Бог ревнитель» (Исх 34,14). Итак, именно Бога, и постольку, поскольку Он есть Бог, имеет целью поклонение. Поклонение — это такое расположение души, выражает ли она это во внешних жестах и действиях или нет, — которое провозглашает: «Есть Бог. Ты есть Бог. Ты единый есть Бог». Поклонение, следовательно, не имеет своим объектом то или иное совершенство Божие, но именно божественность как таковую, независимо от ее атрибутов. Утверждать через поклонение, что Это Существо, Которое стоит передо мною, есть Бог, это в самом деле есть и признание дивных Его совершенств. И эти последние — единство, простота, истина, благость, бесконечность, вечность, непостижимость, премудрость, провидение, справедливость, милосердие, всемогущество — вызывают в душе множество религиозных чувств: страх, изумление, почтение, покорность, хвалу, покаяние, благодарение, доверие, сыновнюю любовь… Но эти чувства, сопровождая поклонение, не являются поклонением. Нужно прибавить даже, что без него они ничто. Ибо именно от него получают они свое религиозное значение. Но, вместе с тем, истина также и в том, что поклонение не достигает всей полноты, если оно не включает всех этих различных чувств, не питается ими. Только включая их, оно является во всем своем блеске как поклонение сыновнее, трепещущее и воспевающее, доверчивое и ликующее. Внутреннее поклонение человека, который не есть чистый дух, должно выражаться также и позой тела, причем самой характерной, несомненно, является простереться ниц. «Он простерся на земле и поклонился», — читаем мы на каждой странице Библии. А также должно оно выражаться и через ту специфическую религиозную деятельность, каков есть культ, культ поклонения, полагающийся одному только Богу, и особенным проявлением которого является жертва. Но поклоняющийся в духе и истине всегда помнит, что внешний культ лишен значения, если он не основан на культе внутреннем. Христос бросает фарисеям упрек, который пророк Исаия обращал к своим современникам: «Приближаются ко Мне люди сии устами своими и чтут Меня языком; сердце же их далеко отстоит от Меня. Но тщетно чтут Меня» (Ис 29,13; Мф 15,8–9). И поскольку человек есть существо социальное, он склонен выражать свое поклонение и свой культ социально, т. е. публично исповедовать свою веру в Бога и объединяться с другими людьми: «Приидите, поклонимся». Но у вас не будет полного понятия о поклонении, если вы не рассмотрите его в жизни великого Поклоняющегося, Иисуса Христа. Действительно, насколько Он был человеком, творением, настолько первой его религиозной обязанностью было поклоняться Отцу. Оно составляло как бы стержень всей Его земной жизни и в Назаретской мастерской, и на дорогах Палестины. В Жертве на Голгофе оно нашло свое крайнее выражение: там, на Кресте, Христос утвердил, возвестил всему миру, что есть Бог, что нет иного, кроме Него единого, и что Сей Бог, Чья любовь не остановилась даже перед тем, чтобы отдать Своего Сына, требует, чтобы все творение признало Его за Такого и поклонилось Ему. И то великое непрерывное поклонение, которое «от восхода солнца и до запада» возносится ото всех сынов Божиих к их Отцу, есть то самое поклонение Сына Божия Единородного, которое Он Сам изливает в сердце каждого из Своих братьев.