2. Призыв Павла уйти от язычества (6:14 — 7:1)

2. Призыв Павла уйти от язычества (6:14 — 7:1)

Не преклоняйтесь под чужое ярмо с неверными. Ибо какое общение праведности с беззаконием ? Что общего у света со тьмою ? 15 Какое согласие между Христом и Велиаром ? Или какое соучастие верного с неверным? 16 Какая совместность храма Божия с идолами? Ибо вы храм Бога живого, как сказал Бог: «вселюсь в них и буду ходить в них; и буду их Богом, и они будут Моим народом. 17 И потому выйдите из среды их и отделитесь, говорит Господь, и не прикасайтесь к нечистому, и Я прииму вас; 18 и буду вам Отцем, и вы будете Моими сынами и дщерями, говорит Господь Вседержитель». 7:1 Итак, возлюбленные, имея такие обетования, очистим себя от всякой скверны плоти и духа, совершая святыню в страхе Божием.

Учение Павла о Новом Завете, начало которого мы находим в гл. 3, а завершение - · в данном отрывке, появилось как ответ на деятельность вновь прибывших иудействующих проповедников. Вероятно, они видели в апостоле язычников человека, по крайней мере, равнодушного к нравственным принципам Нового Завета и нарушившего постановление «воздерживаться от оскверненного идолами», принятого на Иерусалимском соборе в конце 40–х годов (Деян. 15:20). Фарисействующим христианам–евреям из Палестины указания Павла коринфянам относительно идоложертвенной пищи определенно представлялись недостаточно строгими (1 Кор. 10:23— 11:1).

Павел обычно не запрещал есть дома (1 Кор. 10:25—30) предложенную идолам пищу, прежде чем она продавалась в лавках. Но он строго возражал против вкушения верующими такой пищи в языческих храмах (1 Кор. 8:10; 10:14–22)[71]. Отнюдь не будучи снисходительным к коринфянам в нравственных вопросах, как хотели это представить его критики (Рим. 3:8), апостол занял очень твердую позицию в отношении характерных для язычества грехов идолослужения и сексуальной распущенности (1 Кор. 10:6—8). «Бегайте блуда… <…> …Убегайте идолослужения», — предостерегает он коринфян в своем послании (1 Кор. 6:18; 10:14). Павел желает, чтобы к его предостережению отнеслись очень серьезно — явленный им Новый Завет Христа и Духа никоим образом не допускает поклонения идолам и посещения языческих храмов.

Чувствительность Павла к критике со стороны христиан–евреев по этим вопросам, вероятно, стала более острой после того, как верующие–язычники не смогли полностью отойти от храмовых культов. И вполне возможно, что незадолго до того у них произошло уклонение в идолослужение. «Многие, — пишет он — не покаялись в нечистоте, блудодеянии и непотребстве» (12:21).

Афины были городом «полным идолов» (Деян. 17:16), таким же был и Коринф. Столетием позже в своем описании Коринфа Павсаний упоминает, что, помимо храмов Аполлона и Афродиты, там было еще двадцать образов «под открытым небом», шесть храмов, посвященных греческим богам, и пять участков при храмах, где происходили мистерии[72]. Коринф, по словам Павла, был городом «многих богов» и «многих господ» (1 Кор. 8:5). Часть этих храмовых комплексов занимали маленькие трапезные, где могли расположиться 10–15 человек. Существовал обычай приглашать своих друзей на трапезу в честь какого–либо божества. В ходе такого пиршества могли происходить моления, посвященные какому–либо богу[73]. Тщательное изучение этого отрывка и соответствующих фрагментов из первого послания показывает, что Павел призывал коринфян не посещать эти храмы и не участвовать в проводимых там трапезах.

Этот отрывок первоначально мог быть мини–проповедью[74], которую Павел включил в послание. Можно предположить, что она состояла из вступительного поучения, красноречивого пояснения к новозаветным «обетованиям» и завершающего поучения.

Начало увещевания Не преклоняйтесь под чужое ярмо с неверными (ст. 14) является ключом к пониманию всего фрагмента. Все, что следует далее, связано с этим требованием. В этой простой метафоре, основанной на Втор. 22:10 (где запрещается впрягать вместе в ярмо вола и осла), дается понять, что «христиане являются племенем, которое отлично от неверующих и которому запрещено неподобающее общение с последними»[75]. Здесь нет призыва, как часто полагают, к христианам отделиться от нехристиан по вероучительным или этическим причинам. Павел истребует полного разрыва с неверующими. Если христианин женат на неверующей, он не должен искать развода (1 Кор. 7:12—15). Если его приглашают в дом к неверующему, он может прийти (1 Кор. 10:27). Неверующим не запрещено посещать собрания христиан (1 Кор. 14:22–25). И в самом деле, как писал ранее Павел, полный разрыв с блудниками, лихоимцами, хищниками, идолослужителями означал бы полный «выход из мира сего» (1 Кор. 5:9–11). Скорее, как следует из следующего далее красноречивого пояснения, апостол запрещает лишь участие в языческом храмовом богослужении. Учитывая это, представляется сомнительным, чтобы Павел одобрил бы христиан, которые принимают участие в межрелигиозных богослужениях, например с мусульманами и индусами, так как это означало бы смешение с неверными.

Он ставит пять риторических вопросов, изложенных в виде парных сопоставлений. Смысл каждого вопроса в том, что народ Божий должен иметь отличительные особенности и должен отказаться от верований и традиций, характерных для неверных. Поэтому не может быть никакого общения праведности с беззаконием, ничего общего у света с тьмою, никакого согласия между Христом и Велиаром (сатаной), никакого соучастия верного с неверным. Пятый вопрос является наиболее серьезным; он указывает, что не может быть никакой совместности храма Божия (то есть местной церкви) с идолами (ст. 16). Следует повторить, что эти стихи сами по себе не призывают полностью разорвать с миром или удалиться от христиан, с которыми нет вероучительного согласия. Они представляют собой специфическое увещевание не употреблять идоложертвенную пищу и не участвовать в идолослужении, что (некоторые) коринфяне, несомненно, продолжал и делать.

Основное увещевание теперь подкрепляется новозаветными «обетованиями» (7:1). Бог пребывает в храме или общине (1 Кор. 3:16) живого Бога и ходит среди Своего народа, будучи их Богом (ст 16; см.: Лев. 26:11,12; Ос. 1:10). Поэтому Павел увещевает выйти из их среды (то есть идолопоклонников), отделиться и не прикасаться к нечистому (то есть к идолам и храмам; ст. 17). Более того, поскольку Бог является Отцом Своих сыновей и дочерей, здесь применим тот же принцип разрыва и удаления (ст. 18). Под «обетованиями» Павел подразумевает цитируемые им ветхозаветные тексты, которые учат, что Бог живет среди Своего народа и что Он их Отец.

Павел завершает свою мини–проповедь заключительным увещеванием, которое, как и предыдущая часть, основано на изначальном призыве не смешиваться с неверными. Павел переходит от увещевания, обращенного к коринфянам, к призыву, обращенному также и к себе: очистим себя… совершая святыню. Церковь как храм, где пребывает Бог, должна очиститься от всякого соприкосновения с поклоняющимся другим богам; ее члены должны совершенствовать свою святость в страхе Божьем. В первом послании Павел учил, что, хотя других богов и не существует, участвовать в языческой трапезе — значит участвовать в поклонении бесам (1 Кор. 10:20). Как раз от этого и призывает сейчас уйти и очиститься Павел.

В заключение следует подчеркнуть, что речь здесь идет о фундаментальных истинах, касающихся Бога, Христа и христианских убеждений, когда верующие сталкиваются с темным и соблазнительным язычеством. Слова Павла уместны всякий раз, когда христиане впутываются в идолослужение, оккультную или языческую практику. Христиане могут иметь бытовое общение с неверующими, а также пребывать с ними в браке; им лишь воспрещается участвовать в их богослужениях.