22:10 — 23:31 Гофолия

22:10 — 23:31 Гофолия

Этот отрывок начинается со смерти Охозии и заканчивается смертью его матери Гофолии. Ее «царствование» представляет собой аномальное явление. В рассказе о нем нет ни обычной вводной, ни заключительной формулы. Она не только не принадлежала к дому Давида, но даже была не из Иудеи. Пока она восседает на престоле, в Храме подрастает ребенок, истинный царь, но она об этом не знает (23:3,7,10). Ее шестилетнему правлению отдана половина стиха, в то время как вся глава посвящена описанию дня ее смерти.

Нравственное падение Иудеи во время царствования ее мужа и сына достигает своей крайней точки. Происходит то же самое, что случилось во времена Саула двумя столетиями раньше и что представляет собой извечную опасность — Божий народ продается языческим богам своих соседей, пока наконец дом Давидов не спасает их. В четвертый раз уничтожается вся царская семья, кроме единственного человека (22:10–11; ср.: 21:4,16–17; 22:8), но на фоне этой жестокости обнаруживается, что в Божьих планах самый последний и самый, казалось бы, неподходящий человек может стать Его избранником, как в истории с Давидом (1 Пар. 2:15). Обратите также внимание на удивительный случай, который упоминается в Лк. 1.

Глава 23 во многом сооветствует 4 Цар 11, но летописец расставляет в повествовании свои акценты. Государственный переворот, организованный Иодаем, имеет настолько далеко идущие последствия, что об этом поначалу трудно было бы догадаться. Он сплотил вокруг себя влиятельных начальников (23:1), организовал собрание представителей всей Иудеи (23:2), утвердился в воле Божьей на то, что намеревался сделать (23:3) и представил Иоаса как царя (23:11). Получилась более яркая версия этой истории, чем в Книге Царств. То, от чего три правителя друг за другом отреклись, что хранилось в секрете (как и сам Иоас) Богом и Его верными людьми, теперь опять вышло наружу — завет, или союз, принят трижды (23:1,3,16) для того, чтобы подтвердить основы взаимоотношений народа с Богом. Поддержка государственного переворота народом (23:12) означала конец для Гофолии; чужеземные обычаи, которые она принесла с собой, были отвергнуты и уступили место принципам Давида и Моисея (23:16—18). Итак, опять престол и Храм стали тем, чем они должны были быть, и эта революция принесла стране (используя классическую формулировку) радость и покой (23:18—21). Однако, учитывая реальные обстоятельства, риск был огромный.