7.37 Беседы хасидов

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

7.37 Беседы хасидов

Рабби Мендл пользовался языком тонких намеков и этим же языком пользовались его хасиды. Одним из старейших хасидов в Коцке был рабби Залижель из Пшитика. Когда он состарился, старость притупила ему зрение, согнула его, но он не потерял сияния Коцка. Он и в старости обладал острым и язвительным умом. У рабби Залижеля было свое постоянное место в конце одного из столов, там он обычно сидел и учил. Однажды он увидел, что молодой ученик вошел в бейт-мидраш и с зазнайством и высокомерием молодого бунтовщика начал шагать из угла в угол, погруженный вроде бы в свои мысли. Старик встал со своего места, спокойно подошел к молодому ученику, подозвал его пальцем и шепнул на ухо: «Парень, посмотри на меня, у меня тоже когда-то была жена и свадебная ночь…» Сказал то, что сказал, и спокойно пошел на свое место возле стола.

Коцкий хасид как-то объяснял противнику хасидизма разницу между ними в служении Всевышнему:

Вы, митнагдим, противники хасидизма, служите Творцу по часам. Все у вас идет по распорядку. Утром – утренняя молитва. Когда стрелки часов приближаются к полудню – вы читаете полуденную молитву, когда приближаются к ночи – вечернюю молитву. Мы же служим Творцу сдельно – заканчиваем одну работу и, когда нам хочется начать новую работу, мы с радостью ее начинаем. В Коцке нет часов, в Коцке есть душа.

Конечно, заповедь молиться в миньяне очень важна, но если в данное время сердце не пробуждается для молитвы? Мы молимся в ту минуту, когда сердце пробуждается. Если молитва в одиночестве может углубить намерение (кавану), то мы молимся в одиночестве. Если сокращение молитвы приводит к увеличению концентрации – то можно сократить молитву. Лучше меньше, но с правильным намерением всего сердца к Творцу, чем длинная пустая молитва.

В Коцке молитва была короткой. Одевали затасканные талиты и быстро ходили по бейт-мидрашу из угла в угол, молясь. Во время молитвы «Шмона эсрэ» стояли в углу или возле столба минуту-другую и быстро снимали тфилин. Даже в Йом-Кипур вечером они читали обычную вечернюю молитву без праздничных добавок. В молитве «Дней Трепета» они опускали пиютим – стихи и песни. В их бейт-мидраше вообще практически не было махзоров – молитвенников на особые праздничные дни.

Пиют «Унтане токеф», который во всех общинах произносят очень громко, в крике, голосами, раздирающими сердце, в Коцке произносили шепотом и с огромной скоростью. Однажды в Коцке вспыхнул пожар. Рабби Мендл сказал, что это произошло потому, что рабби Гирш Парцубер, хазан – молящийся перед остальными, слишком долго молился в Йом-Кипур в пиюте «Унтане токеф» и слишком долго думал во время пиюта «Кто в огне». Таким был стиль жизни группы учеников, которая собралась в Коцке.