Бог прощает каждого

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Бог прощает каждого

Вскоре после того как я прочел «Хижину», я разговаривал об этом романе с моим другом. Я сказал, что меня смущает представленная там картина небес и необъятной милости Божьей. Мой друг, известный пастор и богослов, сказал: «Я думаю, на небесах я увижу, как маленькая девочка, погибшая в газовой камере Освенцима, обнимает Гитлера и дает ему свое прощение». Здесь я чуть ни потерял дар речи. Но именно такие небеса описаны в «Хижине». Если этому верить, я не только встречу там своего жестокого отца, но и увижу, как вокруг Божьего престола, в радости и любви, танцуют ужаснейшие чудовища мировой истории вместе с их жертвами.

Что в романе «Хижина» позволяет мне сделать подобный вывод? Во–первых, в нем Бог говорит Маку такие слова: «Через Иисуса я простил всем людям все их прегрешения против меня». Бог напоминает Маку, что на кресте Иисус просил Отца простить тех людей, что его распинали. «Когда Иисус простил тех, кто прибивал его к кресту, они перестали быть в долгу перед Ним или передо Мной. В своих взаимоотношениях с теми людьми Я никогда не вспомню, что они сделали, не стану стыдить их, не стану обвинять».

Многие ли из нас размышляли о молитве распинаемого Иисуса за солдат (и, быть может, за других косвенных участников его казни)? Он сказал: «Отче! прости им, ибо не

знают, что делают» (Лк 23:34). Можно ли представить себе более тяжкое преступление, чем пытки и медленное убийство невинного праведника? Особенно если этот человек был Сыном Бога? И вы думаете, Отец отказался простить их? Несомненно, Иисус открывал нам сердце Бога, и его Отец согласился простить их. И стоит заметить, что ни один из распинавших не показывал никаких признаков раскаяния. Они были заняты тем, что выясняли, кому из них что достанется из одежды Иисуса!

Хочет ли автор «Хижины» сказать, что Бог прощает людей независимо от состояния их сердца? Несомненно, это так. Автор говорит об этом совершенно ясно. Я не уверен в его абсолютной правоте, но Библия говорит мне, что Бог желает простить каждого человека, без каких?либо исключений. Быть может, для полного прощения требуется какой?то отклик со стороны виновного. В какой именно момент совершается прощение — это вопрос для богословов и теоретиков. Для практики же он мало значит. Для нас важно, что Бог относится ко всем людям с любовью и только с любовью. И мы должны делать точно так же.

Злость и ненависть Мака к убийце его дочери совершенно понятны. Какой человек не будет испытывать таких же чувств? Бог же с любовью подводит Мака к прощению. Во–первых, он ссылается на то, что это в интересах самого Мака. Когда кто?либо хочет призвать падшее человечество к добру, он должен прежде всего строить аргументацию на собственных интересах людей! Бог предлагает Маку простить убийцу ради самого Мака. Прощение освобождает людей от ненависти, которая пожирает их живьем и убивает в них способность радоваться и любить. Во–вторых, Бог обращается к состраданию. Он объясняет Маку, почему люди становятся убийцами. Он призывает Мака простить этого человека не за то, каким он стал, но ради «сломленного ребенка, которого изуродовала собственная боль».

Может показаться, что в последних словах Бог говорит о жертве убийцы. Однако контекст предполагает, что сам убийца стал тем, кем он стал, из?за боли, пережитой в детстве. Не так давно я смотрел документальный фильм, в котором убийце детей задали вопрос, почему он так поступал. Без особого чувства вины убийца ответил, что совершал эти преступления из?за ненависти к себе. Это наихудшее из всего, что бы он мог сделать и, он совершал свои преступления, потому что ненавидел себя. Такая извращенная логика может показаться бессмысленной, но я могу предположить, что в детстве и юности этот человек испытывал невыносимые страдания. Что?то сделало его ненавистным самому себе. И «Хижина» призывает нас, когда мы думаем о том, кто мучает или убивает детей, вспомнить о тех силах, которые искорежили жизнь этого человека и сделали из него чудовище.

Мак боится расстаться со своей ненавистью, потому что ему кажется, что это значило бы забыть о трагедии, случившейся с его дочерью. Бог уверяет его, что это вовсе не так. Для прощения не нужно забывать о чем бы то ни было. Скорее простить — это значит «перестать душить другого». Затем Мак понимает, что не в силах это сделать самостоятельно, и Бог обещает помочь ему измениться таким образом, чтобы любовь в Маке стала сильнее ненависти.

Мне хотелось бы, чтобы Янг уделил больше внимания этому моменту. «Ошибаться свойственно людям, прощать — богам». Эта пословица справедлива. Не думаю, что я могу простить своего отца без сверхъестественной помощи Бога. И даже слово «помощь» здесь звучит слишком слабо. Я бы предпочел, чтобы автор «Хижины» нашел более убедительные и точные слова, чтобы сказать о силе Божьей, меняющей наши сердца. Именно так говорит об этом Библия. Так, в Книге пророка Иезекииля мы читаем: «И дам вам сердце новое, и дух новый дам вам; и возьму из плоти вашей сердце каменное, и дам вам сердце плотяное» (Иез 36:26). Конечно, в «Хижине» Бог также обещает Маку свою помощь, но я думаю, здесь требуется нечто большее, чем просто «помощь». Такого рода прощение лежит за пределами человеческих способностей, оно может быть только сверхъестественным даром.

Однажды я видел человека, получившего такой дар. Когда я служил младшим пастором, в нашей церкви появился человек по имени Кен, ненавидевший черных. Он был глубоко убежденным расистом. Сначала мы не знали о его взглядах, хотя если бы и знали, ничего не изменилось бы, поскольку наша церковь была открыта для грешников. Однажды вечером на общей молитве кто?то встал на колени и начал молиться за этого человека. Кен заплакал: несомненно, Бог совершал в нем свою работу. Позднее тем же вечером сам Кен преклонил колени и молился вслух вместе с одним черным мужчиной. Он исповедовал свой грех расовой ненависти и засвидетельствовал перед всеми, что Бог его освободил от такого греха. Я мог видеть, что сердце Кена изменилось. Он проникся любовью к непохожим на него людям и стал оказывать им помощь.

Я думаю, нечто подобное нужно было пережить Маку, чтобы он смог простить убийцу своей дочери. А мне такая сверхъестественная помощь нужна, чтобы я мог простить отца (почему я говорю «нужна» в настоящем времени? Потому что это — долгий процесс).

И наконец, Бог обращается к чувству справедливости. Мак боится, что, простив убийцу, он предаст свою дочь. Разве это будет справедливо, спрашивает он, если Мисси перестанет ненавидеть своего мучителя? Бог говорит Маку, что прощение не делает ни одного злого поступка извинительным. Кроме того, даже после того как ты простил человека, ты продолжаешь на него злиться. Последнее утверждение вызывает у меня сомнения. Если можно злиться на того, кого ты уже простил, значит ли это, что Бог продолжает гневаться на нас, даровав нам прощение? И Библия, и «Хижина», кажется, дают на это отрицательный ответ. Как я полагаю, подлинное прощение означает отказ от ненависти. Конечно, простивший не должен вычеркнуть из памяти то зло, что ему причинили, и не обязан доверять виновному, но он отказывается от ненависти. Вот почему простить так трудно — или вообще невозможно — без помощи Бога.

В романе Мак прощает двух человек, и эти знаменательные события освобождают его от бремени Великой Скорби. Во–первых, в незабываемый момент встречи на небесах Мак прощает своего отца. На эту встречу его ведет Сарайю. «Два человека, рыдая, произносили слова признания и прощения, и любовь, превосходящая каждого из них, исцеляла их». Это красивая картина, полная света и радости. Но, может быть, автор здесь несколько перегибает палку. Мак говорит своему отцу: «Папа, прости меня! Папа, я тебя люблю!» Такого рода сцены меня отталкивают. За что Мак просил прощения у своего отца? В романе нет никакого намека на то, что Мак в чем?то перед ним виноват. Может быть, он чувствовал свою вину за то, что не простил отца раньше? Мне больше понравилась бы эта сцена, если бы в ней отец Мака выразил сожаление и даже раскаяние в том, как он обращался с сыном. Мы этого не видим. Может быть, мой собственный жизненный опыт мешает мне от всей души порадоваться этой сцене примирения. Как бы то ни было, я подозреваю, что нечто подобное испытывают и другие читатели.

Автор «Хижины» лишь косвенно, хотя довольно однозначно, говорит о том, что Маку удалось простить убийцу своей дочери. В самом конце книги рассказчик сообщает нам, что в тот момент, когда он пишет эти строки, Мак выступает свидетелем на суде по делу убийцы и надеется после суда встретиться с преступником лично. Это оставляет некоторую недоговоренность, но нам следует думать, что Мак в подлинном смысле слова простил убийцу дочери, не отказавшись от восстановления справедливости относительно убийства.