Мифы о боге дождя

В мифах о Нинурте сохраняется характер бога как природной силы. Миф «Аn-gimd?m-ma» («Кто значит столько же, сколько Ан»[261])[262] в основе своей является заклинанием для умиротворения гроз, представлявших опасность для Ниппура. Здесь описывается воитель грозовых туч, Нинурта, который возвращается с битвы на своей военной колеснице, полный «шума и ярости». Встревоженный Энлиль посылает своего советника Нуску встретить Нинурту и велеть ему вести себя потише, чтобы не беспокоить отца. Нинурта откладывает в сторону оружие, отводит в конюшню коней и входит в Экур, где при его появлении Ануннаки смолкают. Мать Нинурты Нинлиль ласково приветствует сына, в ответ он разражается длинной хвастливой речью, превознося свои военные доблести. В конце концов входит бог Нинкарнунна, цирюльник Нинурты, успокаивает хозяина и сопровождает его в его храм — Эшумеша.

Самый пространный и наиболее известный миф о Нинурте «Lugal-e ud me-l?m-binir-g?l» («Царь, буря, слава[263] которой благородна»)[264] также изображает бога как силу природы, однако в очеловеченном виде — юным царем и воином. Природные события, составляющие основу мифа, — это, очевидно, приход весной первых гроз, которые разражаются над горами, и таяние снегов, вызывающее паводок на Тигре. Миф изображает бушевание гроз в горах как битву между Нинуртой и царем-соперником Азагом, имя которого, как и имя неантропоморфного образа Нинурты — Имдугуд, значит «Камень из пращи», т. е., по всей видимости, как указывалось выше, обозначает град. Азаг является, таким образом, не чем иным, как прежней формой бога в виде птицы-льва, выступающей его врагом в облике крылатого льва, каким он представлен на упоминавшемся выше ассирийском рельефе. После победы над Азагом Нинурта переустраивает завоеванные территории. Миф очеловечивает нуминозную силу ежегодного паводка, наделяя ее чертами юного царя, предпринимающего крупные ирригационные работы:

В ту пору воды, выходящие из-под земли,

не проливались на поля;

(нет!), подобно льду, что накапливался долго, они дыбились

по ту сторону гор.

Боги той страны, где они жили,

носили мотыги и корзины, —

такая работа была им предписана;

то, что они откололи сначала (от них),

они пролили на поле.

Тигр, которому великий удел (был определен?),

не поднимался в паводке,

не устремлялся он прямо к морю,

неся пресные воды.

На берегу никто не окунал (?) ведра,

в жестокий голод не было пропитанья,

каналы никто не чистил,

не отчищал от ила,

на плодородное поле вода не проливалась,

никто не строил плотин.

В стране, за страной не садили в борозды,

сеяли вразброс[265].

Чтобы исправить все это, Нинурта воздвигает неподалеку каменную стену — горные кряжи, которые защитят страну и послужат одновременно плотиной, для того чтобы не дать водам Тигра уйти на восток.

Повелитель в этом проявил великое разумение —

Нинурта, сын Энлиля, действовал ловко.

Он нагромоздил камни в горах —

словно низкие дождевые тучи они явились,

(паря) на распростертых крылах —

запер страну высокой стеной.

Повсюду расставил он колодцы с журавлями.

Этот воитель был искусен, орошал (?) города

поровну.

Могучие воды устремились вдоль камня.

Теперь эти воды не поднимались от земли

к вечным горам.

Что было рассеяно — он собрал,

что было в горах поглощено

болотами,

он собрал и кинул в Тигр,

направил паводок на поля[266].

При виде изобильного урожая, собранного с орошенных земель (ячменя, садовых плодов и целых гор продовольствия), боги и цари всей страны ликуют и возносят хвалу Нинурте перед его отцом Энлилем. Мать Нинурты, Нинлиль, тоскующая о сыне, решает навестить его — и обрадованный Нинурта преподносит ей в подарок изготовленную им громадную каменную глыбу, которую наделяет всевозможными растениями, живностью и полезными ископаемыми, и дает ей имя — hursag. Так Нинлиль становится Нинхурсаг — «Владычицей лесистой горы». Миф заканчивается подробным описанием того, как Нинурта вершит суд над различными камнями: они составляли воинство Азага. Он вознаграждает тех из них, что вели себя достойно, и назначает их на различные посты в своей новой администрации, однако сурово наказывает тех, что проявляли к нему особую враждебность. Так камни получили свои свойства. Кремень, к примеру, осужден на то, чтобы ломаться при нажиме гораздо более мягкого рога — как в действительности и происходит.