Наука перевода

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Наука перевода

Переводчик должен делать два типа выбора: текстуальный и лингвистический. Первый — относительно реальной формы выражения, формулировки оригинального текста, второй — соответственно теории перевода.

Вопрос текста

Первая задача переводчика — убедиться в том, что древнееврейский или греческий текст, которым он или она пользуются, как можно более близок к оригинальной формулировке, вышедшей из-под пера автора (или переписчика, записывающего под диктовку). То ли это, что действительно написал псалмопевец? Те ли это самые слова Марка или Павла? Почему некто мог бы думать иначе?

Хотя детали проблем текста в Ветхом и Новом Заветах отличаются, основные проблемы одни и те же:

1. Не существует оригинальных копий (манускриптов);

2. Что существует, так это тысячи вторичных копий (включая копии очень ранних переводов), написанных от руки, и переписываемых от руки постоянно в течение примерно 1400 лет;

3. Хотя большинство манускриптов, которые в случае обоих Заветов восходят к периоду позднего средневековья, очень похожи друг на друга, эти более поздние манускрипты значительно отличаются от более ранних копий и переводов. На деле существует более 5000 греческих манускриптов либо части, либо всего Нового Завета, точно так же, как и тысячи, написанных по-латыни, и нет даже двух одинаковых.

Таким образом, проблема в том, чтобы тщательно исследовать весь доступный материал, сравнить те места, где манускрипты отличаются друг от друга (это называется "вариантами") и определить, какой из вариантов содержит ошибки, а какой наиболее верно представляет оригинальный текст. Хотя это может показаться весьма трудной задачей — и часто оно так и есть — переводчик не отчаивается, так как он или она знает нечто о текстуальной критике, науке, пытающейся отыскать оригинальные тексты древних документов.

Мы не преследуем цель дать читателю учебник для начинающих по текстуальной критике. Все это вы можете найти в достаточно удобной форме в статьях Брюса Уолке (Ветхий Завет) и Гордона Фи (Новый Завет) в книге "Критический разбор Библии: Исторический, литературный и текстуальный" (Grand Rapids: Zondervan, 1978). Нашей целью здесь является предложить некую базовую информацию относительно текстуальной критики, так чтобы вы знали, почему переводчики должны этим заниматься, и лучше понимали заметки на полях вашего перевода, в которых говорится: "Другие древние источники добавляют" или "В некоторых манускриптах нет…".

Что касается этой главы, вы должны осознать три вещи:

1. Текстуальная критика — это наука, работающая с тщательным контролем. Есть два типа свидетельств, которые переводчик принимает во внимание при текстуальном выборе: внешнее свидетельство (характер и качество манускриптов) и внутреннее свидетельство (типы ошибок, сделанных переписчиками). Ученые иногда различают удельный вес этих двух свидетельств, но все согласны с тем, что комбинация сильного внешнего и сильного внутреннего свидетельств делает подавляющее большинство выборов в некотором роде шаблонным. Но в остальном, где эти две линии свидетельств противоречат друг другу, выбор становится более сложным.

Внутреннее свидетельство имеет дело с качеством и возрастом манускриптов, которые поддерживают данный вариант. Что касается Ветхого Завета, это обычно приводит к выбору между древнееврейскими манускриптами, которые почти все являются средневековыми копиями, и манускриптами греческого перевода (Септуагинты [LХХ]), являющимися более ранними. Изучение их привело к выводу, что древнееврейские манускрипты большей частью отражают очень древние тексты, но тем не менее, они часто нуждаются в корректировке со стороны Септуагинты. Иногда ни древнееврейский, ни греческий не дают достаточного смысла, и приходится делать временные предложения (догадки).

Что касается Нового Завета, наилучшие внешние свидетельства сохранились в Египте. Когда же это раннее свидетельство поддерживается, кроме всего прочего, одинаково ранними свидетельствами из других частей Римской Империи, такое свидетельство обычно рассматривается как окончательное.

Внутреннее свидетельство имеет дело с переписчиками, перед ими встает выбор между двумя и более вариантами, они обычно могут определить, какие толкования являются ошибочными, так как навыки и тенденции переписчиков тщательно проанализированы учеными и теперь широко известны. Обычно тот вариант, который наилучшим образом объясняет, как появились все остальные, считается оригинальным текстом. Кроме того, важно, чтобы переводчик знал стиль данного библейского автора и его вокабуляр, так как они тоже играют значительную роль в текстуальном выборе.

Как уже отмечалось, для большинства вариантов манускриптов наилучшее (или хорошее) внешнее свидетельство сочетается с наилучшим внутренним свидетельством и дает нам чрезвычайно высокую степень уверенности относительно оригинального текста. Это можно проиллюстрировать тысячью примеров, хотя бы просто сравнивая Версию короля Якова (основанную на весьма плохих, поздних манускриптах) с современным переводом, как например, с Переизданной Стандартной Версией или Новой Международной Версией. В качестве иллюстраций к работе текстуальной критики мы рассмотрим три примера:

1 Цар. 8, 16

ВКЯ (KJV) "юношей ваших лучших и ослов ваших"

НМВ (NIV) "лучшее из вашего скота и ослов"

Текст НМВ ("ваш скот") исходит из Септуагинты, обычно достоверного греческого перевода Ветхого Завета, сделанного в Египте примерно 250–150 лет до н. э. ВКЯ следует средневековому древнееврейскому тексту, где стоит "юноши", довольно необычный термин для параллели с "ослами". Источник ошибки при переписывании древнееврейского текста, которому последовала и ВКЯ, нетрудно понять. Слово, в древнееврейском обозначающее "юноши" — "bhrykm", а "вваш скот" — "bqrykm". Ошибка в одной букве при переписывании дала в результате другое значение. Септуагинта была переведена за некоторое время до того, как была сделана эта ошибка, так что сохранилось оригинальное "ваш скот". Случайная ошибка и перемена на "юношей" была сделана позже и повлияла на средневековые древнееврейские манускрипты, но не на более раннюю Септуагинту.

Мк. 1,2

ВКЯ (KJV): "Как написано у пророков…"

НМВ (NIV): "Как написано у пророка Исаии…"

Текст НМВ обнаружен во всех наилучших ранних греческих манускриптах. Кроме того, это единственный текст, найденный во всех ранних переводах (латинском, коптском и сирийском), и единственный текст, известный всем Отцам Церкви, за исключением одного, до IХ века. Легко понять, что случилось в более поздних греческих манускриптах. Так как цитата, идущая далее, является комбинацией Малахии 3,1 и Исаии 40,3 более поздний писец "исправил" оригинальный текст Марка, чтобы сделать его более точным.

1 Кор 11, 29

ВКЯ (KJV):"Ибо кто ест и пьет недостаточно"

НМВ (NIV): "Ибо кто ест и пьет"

Слова "недостаточно" нет ни в одном из самых ранних и самых лучших греческих переводах и более поздних греческих манускриптах. Его присутствие в латинских переводах и более поздних греческих можно легко объяснить как привнесенное дополнение из стиха 27, в котором во всех известных манускриптах есть слово "недостойно". Нет достаточно хорошего объяснения тому, как это слово могло быть пропущено в стихе 29 во всех ранних манускриптах, если оно там присутствовало изначально.

Следует отметить, что работа переводчиков с греческого и древнееврейского большей частью отредактирована тщательным и точным знанием древних языков и литературы. Что касается Нового Завета, это означает, что "наилучший текст" уже определен учеными, являющимися экспертами в этой области. Но это также означает, что доступ к "аппарату" (текстуальной информации в сносках), который включает в себя все значительные варианты с опорой из манускриптов.

2. Хотя текстуальная критика и является наукой, это не строгая наука, так как она имеет дело со слишком многими человеческими переменными величинами. Время от времени, особенно когда перевод выполняется группой людей, сами переводчики могут разделяться в мнении по тому, какой вариант представляет оригинальный текст и каковы ошибки переписчиков. Обычно в этом случае выбор большинства найден в реальном переводе, а меньшинства — в заметках на полях.

Причина неуверенности в том, что либо свидетельство наилучшего манускрипта находится в противоречии с наилучшим объяснением искажения, либо в том, что свидетельство манускрипта разделено поровну, и каждый вариант может объяснить появление другого. Это можно проиллюстрировать на примере 1 Кор. 13, 3:

НМВ (текст): "отдам тело мое на сожжение"

НМВ (сноска): "отдам тело мое, чем могу похвалиться"

В греческом разница заключается лишь в одной букве: kauthesomai/kauchesomai. Оба варианта имеют хорошую раннюю базу для существования, и оба имеют свои трудности в толковании (1 Коринфянам было написано задолго до того, как христиан предавали мучительной смерти на костре, и, однако, трудно найти подходящее значение для слов "чем могу похвалиться"). Это одно из тех мест, где необходим хороший комментарий, чтобы вы могли сделать свой собственный выбор.

Предыдущий пример — прекрасное место, от которого нужно вернуться к предыдущей главе. Вы заметите, что выбор правильного текста — это один из вопросов содержания. Хороший толкователь должен знать, если это возможно, какое именно из этих слов в действительности написал Павел. С другой стороны, следует также отметить, что точка зрения Павла в данном случае не зависит от выбора. В любом случае, он имеет в виду, что если человек отдает свое тело на какую-то чрезвычайную жертву, но не имеет любви, то эта жертва была принесена впустую.

Вот это и означает, что переводчики должны делать текстуальный выбор, и объясняет одну из причин, почему переводы иногда различаются — а также почему переводчики являются сами по себе толкователями. Прежде чем перейти ко второй причине различия переводов, следует поговорить о Версии короля Якова.

3. ВКЯ — не только наиболее широко используемый в англо-говорящем мире перевод, но и классическое выражение английского языка. И действительно, она создала такие фразы, которые навсегда останутся в нашем языке. Однако, что касается Нового Завета, единственный имеющийся в распоряжении 1611 у переводчиков греческий текст был основан на более поздних манускриптах, которые вобрали в себя ошибки более чем тысячелетнего переписывания. Немногие из этих ошибок — а мы должны отметить, что их много — имеют догматическое значение для нас, но они часто составляют разницу в значении определенных специфических текстов.

Вот почему для изучения вам следует пользоваться скорее любым современным переводом, нежели ВКЯ. Вопрос о том, как выбирать из современных переводов, ведет нас к следующим видам выбора, которые приходиться делать переводчикам.

Вопросы языка

Существующие два вида выбора — вербальный и грамматический — приводят нас к самой науке перевода. Проблема заключается в переносе слов и мыслей из одного языка в другой. Чтобы понять, какие различные теории лежат в основе наших современных переводов, нужно познакомиться со следующими техническими терминами:

Оригинальный язык: язык, с которого переводят, в нашем случае древнееврейский, арамейский или греческий.

Рецептивный язык: язык, на который переводят, в данном случае английский.

Историческая дистанция: речь идет о разнице, существующей между оригинальным и рецептивным, в смысле слов, грамматики и идиом, а также в смысле культуры и истории.

Теория перевода: относится к готовности к степени адаптации, для того, чтобы перебросить мостик через пропасть, разделяющую два языка. Например, нужно ли переводить слово "lamp" (лампа) как "фонарь" (flashlight) или как "факел" (torch) для тех культур, где они служат той же цели, что и некогда лампа? Следует ли переводить выражение "святой поцелуй" как "рукопожатие христианской любви" в тех культурах, где поцелуи неприемлемы, ибо оскорбляют общественное достоинство?

Отметьте, как эти термины приложимы к следующим основным теориям перевода:

Буквальный: попытка перевода, придерживаться как можно ближе тех самых слов и построения фраз на языке перевода. Буквальный перевод сохраняет историческую дистанцию нетронутой по всем пунктам.

Свободный: попытка перевода мыслей с одного языка на другой, обращая гораздо меньшее внимание на точные слова оригинала. Свободный перевод, иногда

называемый еще парафразом, пытается насколько возможно устранить историческую дистанцию.

Динамический эквивалент: попытка перевода слов, идиом и грамматических конструкций языка оригинала в точные эквиваленты на языке перевода. Такой перевод сохраняет историческую дистанцию по всем историческим и по большей части фактических вопросов, но с помощью "современных" языка, грамматики и стиля.

Переводчики не всегда последовательны, но одна из этих теорий будет управлять их основным переводческим подходом к своей задаче. Иногда буквальный или свободный перевод бывают чрезмерными: как например, в Версии Коттонпэтч, где Кларенс Джордан перевел письмо Павла к Римлянам (в Рим) как письмо в Вашингтон (!).

Несколько переводов всей Библии, которые вы легко можете найти, можно разместить по шкале исторической дистанции следующим, несколько произвольным, образом:

Буквальный - ВКЯ, НАСБ, ПСВ

Дин. эквивалент - НМВ, НАБ, ББВ, ИБ,НАмБ

Свободный - ФИЛИПС, ЖБ

Наилучшая теория перевода — это динамический эквивалент. Буквальный перевод часто весьма полезен в качестве второго источника; он даст вам уверенность относительно того, как на самом деле выглядели греческий или древнееврейский. Свободный перевод тоже может быть полезным — чтобы стимулировать ваши размышления по поводу возможного значения текста. Но основным переводом для чтения и изучения должно быть что-либо вроде НМВ.

Проблема с буквальным переводом заключается в том, что он сохраняет дистанцию в неверных местах — в языке и грамматике. Таким образом переводчик часто переводит греческий или древнееврейский на другой язык так, как никто и никогда не говорит. Это тоже самое, что перевести "maison blank" (белый дом) с французского как "house white" (белый дом) на английский. (Особенность этого словосочетания состоит в том, что во французском языке прилагательное стоит после определяемого слова, в английском же — перед определяемым словом. (Прим. Перев.)) Например, ни один человек, для которого английский является родным языком, никогда не сказал бы "coals jf fire" (угли огня) (ВКЯ, Рим. 12,20). Это буквальный перевод греческой конструкции, но что она означает по-английски, так это "горящие угли" (НМВ) или "живые угли" (НАиБ).

Вторая проблема с буквальным переводом заключается в том, что он часто делает английский язык двусмысленным в тех местах, где греческий или древнееврейский были достаточно ясны для слушателей и читателей. Например, во 2 Кор. 5, 16 греческая фраза "kata sarka" может быть переведена буквально "знать по плоти" (как в НАСБ). Но так обычно не говорят по-английски. Более того, фраза двусмысленна. То ли это человек, которого знают "по плоти", что, вроде бы, подразумевается в НАСБ и что, в данном случае, означало бы нечто вроде "по их внешности"? Или тот, кто "познает", делает это "по плоти", что означало бы "с мирской точки зрения"? В этом случае греческий ясен, и НМВ правильно переводит: "Потому отныне (ибо мы были возрождены для новой жизни, ст.15) мы никого не оцениваем с мирской точки зрения".

Проблема со свободным переводом, с другой стороны, особенно с целью изучения, заключается в том, что переводчик слишком осовременивает автора оригинала. Более того, такой "перевод" слишком часто приближается к комментарию. Свободный перевод всегда делается одним человеком, и если переводчик не является умелым толкователем, знающим различные проблемы во всех библейских текстах, существует опасность, что читатель будет введен в заблуждение. Это особенно верно в случае с популярной, но к несчастью, совершенно неаккуратно переведенной "Живой Библией" (ЖБ — Living Bible). Мы можем пережить такие переводы как "фонарь" (flashligyt, Пс. 118, 105), или "рукопожатие" (handshakes, 1 Пет. 5, 11) или "оладьи" (pancakes, Быт. 18, 6), но перевести греческое слово "charismata" (духовные дары) как "особые способности" в 1 Кор. 12–14 — это слишком уж большая вольность. Перевод 1 Кор. 11, 10 в Живой Библии как "как знак того, что она находится под властью мужчины" особенно обманчив и вводит в заблуждение, ибо в оригинале говорится о том, что именно у нее и есть власть. В 1 Пет. 5, 13 библейский автор специально использовал "Вавилон" как скрытое указание на Рим, намного лучше объяснить это где-нибудь, чем перевести как "Рим" и таким образом разрушить преднамеренное использование слова Петром. Как ни легка Живая Библия для чтения, в ней слишком много неточностей и искажений, чтобы она могла стать для кого-то единственной — или даже основной Библией.

Метод, с помощью которого различные переводы справляются с проблемой "исторической дистанции" наилучшим образом объясняется следующими примерами типов проблем.

1. Вес, меры, длинны, деньги. — Это особенно сложная область. Нужно ли транслитерировать (передавать буквами другого алфавита) греческие и древнееврейские слова ("ефа", "хомер" и т. д.) или попытаться подыскать им английские эквиваленты? И если вы выбираете эквиваленты в весе и мерах длины, нужно ли пользоваться стандартными "фунтами" и "футами" или смотреть в будущее и переводить их как "литры" и "метры"? Инфляция через несколько лет может превратить денежные эквиваленты в насмешку. Проблема становится еще более сложной от того, что меры или деньги часто используются для контраста или поразительных результатов, как например, в Мф. 18,24–28 или Ис. 5, 10. Транслитерация в этих случаях просто не даст возможности английскому читателю уловить смысл отрывка.

ВКЯ, к которой близко стоит ПСВ, была в этом смысле непоследовательной. В большинстве случаев в ней использовалась транслитерация, так что в ней есть "баты", "ефы", "хомеры", "шекели" и "таланты". Однако древнееврейское слово "ammah" было переведено как "локоть", "zereth" — как "пядь", а греческое "mna" ("mina" — мина) стало британским фунтом, в то время как динарий стал простым пенни. Для американцев все это бессмысленно и запутанно.

НАСБ использует термины "локоть" и "пядь", а в других случаях транслитерацию, а затем дает на полях английский эквивалент (за исключением Иоан. 2,6, где транслитерация дается на полях!). Тем же путем идет и НМВ, за исключением "локтей", которые переведены в футы, а все заметки на полях даны как в английских стандартах, так и в метрических эквивалентах. К несчастью, они не дают никаких пометок в Мф. 20,2, где тот факт, что динарий был обычной дневной платой, важен для понимания притчи, и более того, в Мф. 14,5 они вообще отказываются от этого принципа, переводя три сотни динариев в эквивалент "более чем годовое жалованье".

Живая Библия, как можно было ожидать, переводит все в эквиваленты, но часто они неточны, и перевод динариев в доллары по курсу 60-х годов — в лучшем случае сомнительная процедура.

Мы считаем, что или эквиваленты или транслитерация с объяснительными пометками на полях является приемлемой процедурой для большинства весов и длин. Однако, использование эквивалентов, конечно, предпочтительнее в таких отрывках как Ис. 5, 10 и Мф. 18,24–28. Посмотрите, насколько более значительно ББВ передает эти стихи, нежели НАСБ:

Ис. 5, 10

НАСБ: "Десять участков в винограднике дадут один бат, и хомер посеянного зерна едва принесет ефу".

ББВ: "Виноградные лозы, растущие на 5-ти акрах земли, дадут всего лишь

5 галлонов вина. Десять бушелей семян дадут всего лишь один бушель зерна"

Мф. 18,24–28

НАСБ: "Приведен был к нему некто, который должен был ему десять тысяч талантов… Раб же тот вышед нашел одного из товарищей своих, который должен был ему сто динариев".

ББВ: "Привели к нему одного из них, который был должен ему миллионы долларов… Тот человек вышел и встретил одного из друзей своих, который был должен ему несколько долларов".

2. Эвфемизмы. Почти во всех языках есть эвфемизмы, касающиеся секса и туалета. Переводчик в таком случае выбирает одно из трех: (1) переводить буквально и, возможно, остановить англо-говорящего читателя теряться в догадках; (2) переводить буквальный эквивалент и, возможно, обидеть или шокировать читателя, или (3) переводить эквивалентным эвфемизмом.

Третий путь, возможно, наилучший, если есть подходящий эвфемизм. В других случаях лучше идти вторым путем, особенно в том, что больше уже не требует эвфемизма в английском языке. Поэтому пусть лучше Рахиль говорит: "у меня месячные" (Быт. 31, 35, НМВ, ср. ББВ), чем буквальный перевод "у меня обыкновенное женское" (НАСБ, ср. ВКЯ, ПСВ). Для выражения того же идиома в Быт 18,11 ББВ последовательна ("у Сарры прекратились месячные"), в то время НМВ более свободна ("Сарра вышла из возраста деторождения"). Подобно этому "он преодолел ее и лежал с нею" (2 Цар. 13, 14 ВКЯ) становится просто "он изнасиловал ее" в НМВ и ББВ.

В этом, однако, заключается определенная опасность, особенно если сами переводчики не улавливают смысла идиомы, как в случае НМВ, ББВ и ЖБ в 1 Кор. 7, 1: "Хорошо человеку не жениться". Идиома "to touch a woman" (прикоснуться к женщине) в любом тексте в античности означает "иметь половые отношения с женщиной", и ни в коем случае ничего близкого к "жениться". В этом случае предпочтительнее Новая Английская Библия, где найден эквивалентный эвфемизм: "Лучше человеку не иметь отношений с женщиной". 

3. Вокабуляр (запас слов). Когда большинство людей думают о переводе, это именно та область, которую они обычно имеют в виду. Кажется, так просто: найти слово из нашего языка, означающее то же, что и древнееврейское или греческое слово, означающее то же, что и древнееврейское или греческое слово — это и делает перевод таким трудным. Частично трудность заключается не только в выборе подходящего слова, но и в выборе такого слова, которое не всегда будет полно коннотаций, чуждых оригинальному языку.

Проблема еще более усложняется тем, что некоторые древнееврейские или греческие слова имеют области значения, отличные от современных аналогичных слов. Более того, некоторые слова могут иметь несколько оттенков значения, или два и более значения. А сознательная игра слов обычно просто непереводима с одного языка на другой.

Мы уже отмечали, как различные переводы толковали слово "virgin" (дева, девственница) в 1 Кор. 7, 36. В главе 1 мы также отмечали трудность передачи использования Павлом слова "sarx" (плоть). НМВ особенно успешно обращается с этим словом: "грешная природа", когда Павел противопоставляет "плоть" и "дух", но "человеческая природа" в Рим. 1,3, где оно относится к происхождению Иисуса от семени Давидова; "с мирской точки зрения" во 2 Кор. 5, 16, упомянутом выше (сравните с 1 Кор. 1, 26 "по человеческим стандартам"), и "тело", где оно означает именно это (как в Кол. 1,22).

Такого рода вещи можно проиллюстрировать многими примерами — это одна из причин, почему перевод с помощью динамического эквивалента гораздо более предпочтителен, чем буквальный. 

4. Грамматика и синтаксис. Хотя большинство индоевропейских языков и имеют много общего, в каждом языке есть свои предпочтительные структуры как слова и мысли соотносятся друг с другом в предложениях. Именно в таких случаях особенно предпочтителен перевод с помощью динамического эквивалента. Буквальный перевод часто неправильно употребляет или попирает обычные структуры рецептивного языка прямым переносом в него синтаксиса и грамматики языка оригинала. Такие прямые переносы обычно возможны в рецептивном языке, но они редко предпочтительны. Из сотен примеров мы выбрали в качестве иллюстраций два, один с греческого, другой с древнееврейского.

а. Одной из характерных черт греческого языка является его пристрастие к так называемым генетивным конструкциям. Родительный падеж — это обычный падеж принадлежности, как например, "my book" (моя книга). Такое прямое выражение принадлежности можно, однако очень неуклюже, перевести и как "the book of me" (книга моя). Однако другие "принадлежности" в английском, как например, "God’s grace" (Божья благодать) менее означает, что Бог владеет благодатью, а что Он дает ее или что она исходит от Него. Такие "неверные" принадлежности всегда могут быть переведены на английский как "the grace of God" (милость Бога).

В греческом языке имеется чрезмерное изобилие этих последних типов родительного падежа, которые используются, например, как описательные прилагательные, чтобы уточнить источник, определить особые взаимоотношения между двумя существительными и т. д. Буквальный перевод почти всегда переносит их в английском с помощью "of", но часто получая странные результаты как уже упоминавшиеся выше "coals of fire" (угли огня) или "слово Его силы" (Евр. 1, 3 ВКЯ). Оба примера — явно прилагательные или описательные генетивы, которые в НМВ более тщательно переведены как "горящие угли" и "Его сильное слово". Подобно этому сочетания "терпение упования" (1 Фес. 1, 3) и "радость Святого Духа" (1,6) в НАСБ переведены как "долготерпение, вдохновленное надеждой" и "радость, данная Святым Духом" — в НМВ. Они не только более предпочтительны, они еще и более точны, так как дают подлинный английский эквивалент, а не буквальный, греческий способ выражения, который в английском языке почти бессмыслен.

Довольно интересно, что в одном из немногих мест, где ВКЯ (а за ней и ПСВ, но не НАСБ) предложила нечто вроде эквивалента (1 Кор. 3, 9), переводчики совершенно пропустили значение генетива. Очевидно, их сбило с толку слово "fellow-workers" (соработники) и посему они перевели "ибо мы соработники у Бога: а вы Божия нива, Божие строение". Но в предложении Павла каждое появление Бога — явно притяжательный генетив с эмфазой как на "мы" (Павел и Аполлос), так и на "вы" (церковь как Божия нива и строение), принадлежащих Ему. Это верно переведено в НМВ как "ибо мы Божие соработники, вы Божие поле, Божие строение". Точка зрения Павла еще более четко передана в НАмБ: "Мы Божии сотрудники, тогда как вы Его поле, Его строение".

б. Тысячи раз в Ветхом Завете переводчики ВКЯ тупо следовали древнееврейскому порядку слов таким образом, который не дает нормального, идиоматического английского языка. Заметили ли вы, например, как много стихов (или предложений) в ВКЯ начинаются со слова "и"? Прочитайте Бытие 1 и обратите внимание, что за исключением первого стиха, каждый начинается со слова "и", и того 30 раз. А теперь сравните с НМВ. Она снижает количество появлений "и" до 11, и в то же время улучшает строй языка так, что он звучит более естественно для уха.

Переводчики НМВ дали улучшенный вариант перевода, серьезно отнесясь к тому факту, что большинство предложений (в прозе) в Ветхом Завете начинается с одной из двух древнееврейских форм слова "и". Слово "и" появляется даже там, где абсолютно нет ничего предшествующего, с чем бы логически соединялось предложение. Шесть книг Ветхого Завета (Иисуса Навина, Судей, 1 Царств, Ездра, Руфь и Есфирь) начинаются в древнееврейском с "и", хотя они явно ни за чем не следуют. Изучающие древнееврейскую грамматику теперь знают, что "и" в начале предложения — практически эквивалент использованию заглавной буквы в английском предложении. Это означает, что древнееврейское "и" никогда не следует переводить на английское "и". Это просто означает, что "и" — только иногда, но явно не всегда, лучший перевод на английский. Простого английского предложения с заглавной буквой в большинстве случаев будет достаточно.

Другой пример — употребление в ВКЯ фразы "and it came to pass" (и случилось так, что…). Такое построение больше не используется в нормальной английской речи и было достаточно редко даже в ХVII веке, когда появилось ВКЯ. Поскольку этот древнееврейский описательный глагол был переведен буквально и тупо, результатом перевода явилось "и случилось так, что", которое с тех пор занимает значительное положение в стиле Ветхого Завета, но нигде более в английской речи. Однажды мы слышали проповедь на тему о том, что все в мире временно с вскоре прекратиться (ср. 1 Кор. 13, 8-10), основанную на частоте появления фразы "и случилось так, что", которую священник понял неправильно и употреблял в смысле "случилось, чтобы пройти (прекратиться)". Вообще, переводчики НМВ совсем не переводили это сочетание — и правильно сделали. Точная передача древнееврейского на английский требует эквивалентного значения, а не эквивалентного слова или структуры.