Глава 24

Глава 24

1-25 В событиях, описанных в этой заключительной главе, Давид показан тем, кем он был, - грешником, которому ведомо искреннее раскаяние и упование на Божественную милость (см. 12,13 и ком.). Этим Давид в корне отличается от своего предшественника Саула, и как раз это в известной степени определило различие их судеб. Разумеется, что определяющее значение имеет здесь Божественное избранничество Давида, с особой силой выраженное в обетовании вечного царствования его дома (7,11-16).

1 опять. В случае, если данное слово подразумевает вполне определенное событие, совершившееся ранее, то наиболее соответствующим представляется голод, о котором говорится в 21,1.

и возбудил он… Давида. Грамматическое строение фразы таково, что слово "он" может относиться к Господу (ср. 1 Цар. 26,19: "если Господь возбудил тебя против меня"). Однако из 1 Пар. 21,1 следует, что Давид был возбужден сатаной, и, таким образом, данное место затрагивает тайну присутствия и осуществления зла в мире. В этой связи необходимо отметить, что, хотя Писание совершенно однозначно говорит о том, что святой Бог не может быть источником зла (Нав. 1,13-15), но не оставляет также сомнений в том, что даже злые дела людей и сатаны не находятся за пределами Божией власти (см. 1 Цар. 2,25 и ком.; Исх. 4,21; 3 Цар. 22,20-23; Иов 1,12; Иез. 14,9; Деян. 4,27.28; 2 Кор. 12,7). Господь и сатана - не равны по могуществу, и над последним всегда простерта власть Божия.

исчисли. В переписи самой по себе нет ничего дурного (Чис. 1,1.2; 4,1.2; 26,1-4; но см. Исх. 30,11.12). Таким образом, камнем преткновения в данном случае, как и тогда, когда Израиль требовал себе царя (1 Цар., гл. 8), являются мотивы, по которым перепись предпринималась. В тексте нет на них прямого указания, однако с полным основанием можно предположить, что повеление Давида "исчислить народ" (ст. 2) было продиктовано гордыней и желанием увериться в том, сколь обширно его царство, или, возможно, даже стремлением распространить его за определенные Господом пределы.

Израиля и Иуду. См. ком. к 1 Цар. 11,8.

2 от Дана до Вирсавии. Образное обозначение всех земель израильских.

3 для чего… царь желает этого дела? О причинах беспокойства Иоава ничего не говорится; с равной вероятностью они могли быть как политического, так и религиозного свойства, поскольку перепись могла быть истолкована народом как знак того, что Давид намеревается повысить налоги либо ввести новую воинскую повинность.

4 слово царя… превозмогло. То обстоятельство, что Давид настаивает на своем приказании и не отвечает на вопрос Иоава, может означать, что, организуя перепись, он руководствовался сомнительными побуждениями (см. ст. 1 и ком.).

5-7 Несмотря на то, что данные стихи в текстологическом отношении вызывают некоторые затруднения, они вполне определенно дают понять, что перепись началась на юге заиорданской области и, пройдя по всей стране, закончилась в Вирсавии.

8 девять месяцев и двадцать дней. Большая часть этого времени потребовалась для того, чтобы произвести перепись; собственно путь мог занять лишь несколько недель.

9 Израильтян было восемьсот тысяч мужей… Иудеян пятьсот тысяч. В 1 Пар. 21,5 названо соответственно "тысяча тысяч, и сто тысяч" и "четыреста семьдесят тысяч"; в связи с этим несоответствием см. ком. к 1 Пар. 21,5.

10 вздрогнуло сердце. См. 1 Цар. 24,6.

тяжко согрешил я. См. ст. 17.

прости грех. Будучи искренней, мольба Давида о прощении, должно быть, была услышана и удовлетворена Господом еще до прихода к царю Гада (ст. 11-13). Однако, как и прежде, когда Давид согрешил против Урии и Вирсавии, прощение не означает, что его грех не будет иметь последствий (ст. 13; 12,13.14).

12 пойди и скажи Давиду. Господь посылает к Давиду Гада, как прежде посылал к нему пророка Нафана (см. 12,1 и ком.), с тем, чтобы он обличил Давида.

13 избирай… быть ли голоду … чтобы была… моровая язва. В наказании нашествием неприятелей для Давида таится угроза стать жертвой их мечей, которая здесь прямо не высказана, но зато открыто звучит в 1 Пар. 21,12: "три месяца будешь ты преследуем неприятелями твоими и меч врагов твоих будет досягать до тебя". Голод, меч и моровая язва образуют триаду ветхозаветных кар, грозивших тем, кто упорствовал в своем пренебрежении к завету (см., напр., Лев. 26,23-26; Втор. 28,21-26; 32,24.25; З Цар. 8,37; 2 Пар. 20,9; Ис.51,19;Иер. 14,12; Иез. 6,11.12).

реши. По милосердию Своему Господь дозволяет Давиду самому выбрать одно из трех возможных наказаний.

14 пусть впаду я в руки Господа. Данные слова допускают и первое, и третье наказание, т.е. голод или моровую язву (хотя в 1 Пар. 21,12 именно о последней говорится как о "мече Господнем"), и подчас из них делают вывод, что выбор Давида объясняется его заботой о собственной безопасности. Однако дело в том, что только второе наказание предполагает человеческий фактор, в то время как голод и моровая язва - бедствия, целиком и полностью зависящие от воли Господа, а милость Господа известна Давиду, на нее он и полагается. См. 24,16 и ком.

15 от Дана до Вирсавии. См. ст. 2.

16 довольно. Смилостивившись, Господь останавливает руку карающего Ангела (см. ком. к ст. 14).

Ангел же Господень. См. ком. к Быт. 16,7; Исх. 33,2; Пс. 34,5.6; Мф. 13,41; Деян. 12,23.

у гумна Орны. На этом месте Соломоном будет воздвигнут храм.

17 пусть же рука Твоя обратится на меня. Сердце Давида, как и сердце Божие (ст. 16), скорбит при виде бедствий его народа. Как истинный царь-пастырь, он исполняется сострадания и молит, чтобы карающая рука миновала его "овец" и обратилась на него одного. Хотя Давид действительно заслужил наказание за свой грех, в его жертвенном стремлении самому пострадать вместо своего народа угадывается отдаленный прообраз грядущего великого Пастыря (Мф. 2,6; 25,32-34), Который пожертвует жизнь за Своих овец (Ин. 10,11; ср. 1 Пет. 3,18; Рим. 5,8; 6,23; 1 Кор. 15,3; Фил. 2,8; Евр. 9,15;12,2).

22 для всесожжения. См. ком. к 1 Цар. 10,8.

24 не вознесу Господу Богу моему жертвы, взятой даром. Давид сознает, что в то время как Божия милость и прощение есть свободный дар, почтить Бога, не приложив к тому затрат и усилий, - невозможно (ср. Мал. 1, 6-14; 2 Кор. 8,1-5). Писание свидетельствует, что Бог достоин самого лучшего (Чис. 18,12; Втор. 18,3.5; 26,10; Неем. 12,44; Притч. 3,9).

пятьдесят сиклей серебра. См. 1 Пар. 21,25 и ком.

25 принес всесожжения и мирные жертвы. См. ком. к 1 Цар. 10,8. умилостивился Господь над страною. Эти слова почти в точности повторяют те, что содержатся в 21,14 и относятся к окончанию голода, ниспосланного на Израиль за нарушение Саулом клятвы гаваонитянам.

Третья книга царств

ВВЕДЕНИЕ

Автор

О том, кто был автором (или авторами) Третьей и Четвертой книг царств, не сообщается ни в самих книгах, ни в каких-либо других источниках. С достоверностью можно утверждать, что труд написан во время вавилонского пленения с использованием многочисленных письменных источников.

Время и обстоятельства написания

Оканчивается Четвертая книга царств рассказом о милостях, оказанных царем Вавилона находящемуся у него в плену царю Иудеи Иехонии (4 Цар. 25,27-30). Исходя из того, что этот эпизод упоминается в последней книге царств, а о возвращении евреев из плена (538 г. до Р.Х.) речи нет, время завершения работы над Третьей и Четвертой книгами царств можно отнести к самой середине периода пребывания народа Божиего в Вавилоне, а именно к 560-550 гг. до Р.Х. Между тем очевидно, что автор опирался на какие-то более ранние источники.

Во-первых, он, несомненно, имел доступ к разнообразным официальным документам и обширной пророческой литературе. Из числа первых им названы три источника: "Книга дел Соломоновых" (11,41), "Летопись царей израильских" (14,19) и "Летопись царей иудейских" (14,29). Что касается писаний, повествующих о жизни и служении пророков, то они, хотя и не названы, но, безусловно, были хорошо известны автору книг царств.

Во-вторых, в обеих книгах множество замечаний, свойственных человеку, живущему в эпоху монархии. Это становится особенно очевидно, когда о той или иной ситуации, ко времени вавилонского пленения давно уже переменившейся, говорится, что она существует в неизменном виде "до сего дня" (напр., 8,8; 9,20.21; 12,19; 4 Цар. 8,22). Часто невозможно определить, принадлежат эти замечания документам-первоисточникам или были привнесены в них авторами, работавшими с этими первоисточниками еще при монархии.

В-третьих, последние две главы Четвертой книги царств выделяются на фоне остального текста тем, как в них повествуется об окончательном упадке Иудейского царства, а также подробнейшими, вплоть до месяца и дня, указаниями на хронологию описываемых в них событий. Сопоставляя эти факты, специалисты приходят к выводу, что в основном Третья и Четвертая книги царств были окончены в царствование Иосии и затем лишь дополнены, в частности повествованием о последних годах Иудейского царства и вавилонском пленении. Однако, вне зависимости от того, написаны ли последние две книги царств в эпоху вавилонского пленения или лишь обработаны кем-то из переселенных в Вавилон евреев, они отмечены бесспорным единством взглядов, и потому наличие двух различных версий их происхождения никак не отражено в данном комментарии.

Характерные особенности и темы

Третья и Четвертая книги царств как историческая летопись. Автор рассматриваемых книг выделяется среди прочих авторов Библии своим стремлением как можно большим количеством подробностей зафиксировать историю своего народа. Его чрезвычайный интерес к датам, цифрам, израильским установлениям периода царского правления проявляется, например, в том, как он, не опуская ни малейшей детали, рассказывает о приготовлениях к построению храма (гл. 5) или сообщает размеры дома царского (7,1-12), описывает принадлежности и убранство храма, помещенные в нем сосуды (7,13-51). Тяготение автора к подробностям сказывается также и в повествовании о каждом отдельном царствовании: он не только сообщает продолжительность правления царей обоих царств, но и устанавливает временные соответствия между сменами царей на юге и на севере.

Составление и характер подачи материала являет упорядоченное и глубоко осмысленное изложение истории еврейского народа. Охарактеризовав период единоличного царствования Соломона и дав ему всестороннюю оценку (1-11), автор повествует затем о распаде единого царства (12,1-25) и образовании государств: Израильского - на севере и Иудейского - на юге. Далее, до падения Северного царства в 722 г. до Р.Х. он дает параллельное изложение истории обоих царств. Постоянные переходы от истории Северного царства (обыкновенно называемого Израилем) к истории Южного (называемого Иудеей) и наоборот несколько затрудняют чтение книг, однако они абсолютно необходимы автору, чтобы представить историю всех колен Израиля как общую историю единого народа.

Повествуя о периоде разделенного царства, автор акцентирует внимание на принципиальных различиях между севером и югом. Так, в то время как царское правление в Иудее в течение всего этого периода остается относительно стабильным, а престол занимают только потомки Давида, Северное царство характеризуется нестабильностью и постоянной сменой правящих династий. Приблизительно за двести лет существования Северного царства на его престоле сменилось двадцать царей, принадлежавших к девяти разным родам. В Южном, Иудейском, царстве также было двадцать царей, но все они являлись представителями одного рода, и к тому же двадцать царствований пришлись здесь не на двести, а почти на триста пятьдесят лет. Завершая изложение истории Северного царства, автор подробно пишет о делах сынов израилевых, неугодных Господу (4 Цар. 17,7-23). Последние главы Четвертой книги он посвящает полутора столетиям, в течение которых единственным царством народа Божиего, до тех пор пока и оно не пало под ударами завоевателей, оставалась Иудея.

Рассматривать Третью и Четвертую книги царств исключительно как хронику израильской монархии значило бы обеднять их содержание, поскольку автор не был посторонним наблюдателем, безучастно фиксирующим события прошлого. Не следует и недооценивать сугубо историографические достоинства этих книг: их последовательное и продуманное повествование оказывает неоценимую помощь каждому, кто хочет осмыслить для себя один из важнейших периодов истории Израиля - эпоху монархии.

Теология и теодицея. Представляя собой впечатляющую историческую хронику Израиля, Третья и Четвертая книги царств в то же время являются и теологическим трудом, рассматривающим взаимоотношения Господа с народом, который Он вывел "из железной печи" египетского рабства, дабы "отделить" его "Себе в удел" (8,51-53). Авто этого историко-теологического повествования преследовал цель дать как современникам, так и далеким потомкам возможность руководствоваться в жизни уроками прошлого. Через изложение исторических событий и их оценку он проводит ряд основополагающих теологических тем.

А. Народ - избранник Божий. Для теологии последних двух книг Царств одним из центральных является положение о том, что сам по себе Израиль был ничем не хуже, но и не лучше прочих народов, ибо это не израильтяне первыми пришли к Богу, а Сам Бог "отделил их Себе в удел из всех народов земли" (8,53). Таким образом, святость народа израильского, как и святость отдельного человека, зависит не от каких-либо его собственных заслуг и добродетелей, а вытекает из факта избрания его Богом (8,51.53; Втор. 7,6; 26,18.19).

Единство избранного народа Израиля чрезвычайно важно для автора. Поэтому в своем повествовании он старается уделить равное внимание судьбам всех его колен. Несмотря на критику им Северного царства и его царей за богоотступничество, он, тем не менее, не перестает считать северян неотъемлемой частью Израиля и не теряет интереса к их истории. Судьба северных племен продолжает интересовать автора даже после их выселения с родины: проведенные Иосией преобразования в самарских городах подробно описываются им и получают одобрительную оценку.

Б. "Рабы Мои пророки". Пророки играли важнейшую роль в жизни Израиля в эпоху существования царского правления. Говоря о пророках, автор последних двух книг царств основное внимание уделяет их служению в качестве носителей слова Божиего. Пророки страстно и бескомпромиссно настаивают на послушании народа Господу, решительно восстают против всевозможных политических союзов или повелений властителей, ставящих под угрозу сохранение чистоты религии Израиля. Неудивительно, что их ревностная преданность завету часто восстанавливает против пророков царей, склонных к политическим и религиозным компромиссам с языческими соседями израильтян. Рассказ о служении Илии и Елисея занимает наиболее важное место в книгах, однако автор сообщает и о других пророках, чье служение выпало на эпоху израильской монархии; среди них Нафан (1,22-36), Ахия (11,29-39), Самей (12,22-24), Михей (22,8-28), Иона (4 Цар. 14,25), Исайя (4 Цар. 19,1-7; 20,14) и пророчица Олдама (4 Цар. 22,14-20).

В. Один Бог, одно место поклонения. Иегова - Господь мироздания и Правитель над всеми земными царствами (4 Цар. 19,15.16). Он идет впереди Своего народа в битвах, внимает обращенным к Нему молитвам, благосклонно принимает жертвоприношения, с особой заботой печется о бедных и притесняемых, о вдовах и сиротах. В соответствии с заветом, от народа требуется абсолютная преданность Ему (18,21.39). Так как существует только один всевышний Бог, то, как утверждает автор, должно быть и одно центральное место поклонения Ему (Втор., гл. 12). Построение Соломоном храма в Иерусалиме входит в число важнейших событий истории Израиля, и ему уделяется много внимания в Третьей книге царств.

С идеей единого Бога, Которому должен быть посвящен только один храм, соотнесена мысль о недопустимости поклонения другим богам и создания других культовых святилищ. Отдаление народа Израиля от Бога в период разделенного царства заключалось не в полном его отречении от Иеговы ради поклонения другим божествам, а в совмещении подлинной религии с языческими культами соседних народов. Сильному влиянию хананейского культа Ваала подверглось Северное царство, где под эгидой царей активно вводились хананейские обряды и верования. Но и Иудея также не избежала рокового влияния религиозного синкретизма. В конечном счете, по утверждению автора, именно поклонение чужим богам стало причиной поражения и пленения народа обоих царств (4 Цар. 17,7.16.19; 21,3-5).

Г. Завет и царство. Третья и Четвертая книги царств утверждают идею основополагающей роли в жизни Израиля двух заветов: завета Господа с Моисеем и Его завета с Давидом. Поведение царей и народа автор оценивает в соответствии с тем, насколько оно отвечает требованиям, накладываемым на них этими заветами.

Заветные взаимоотношения Бога и Израиля, помимо прочего, подразумевают, что ни одно из человеческих установлений в принципе не может обрести абсолютного статуса, ибо все они, без исключения, находятся в полной зависимости от Бога. Такого абсолютного статуса не имеет и институт царской власти, хотя он и установлен в согласии с Божией волей. Царь наравне с народом обязан хранить верность Господу.

В изложении последних двух книг царств свидетельствами верности того или иного царя требованиям завета с Богом служат его справедливость и неусыпная забота об Иерусалимском храме. Из восьми царей Южного царства лишь двое, Езекия и Иосия, выделены автором за их исключительную преданность Богу (4 Цар. 18,5; 23,25). Езекия удостаивается высшей похвалы за разрушение в Иудее языческих святилищ и за то, что он всецело полагался на Бога во время нашествия Сеннахирима (4 Цар. 18,3-7). Иосии же автор дает высшую оценку за обновление им храма и благие преобразования как в южных, так и в северных землях Израиля (4 Цар. 22,2; 23,25). Из царей Северного царства положительную оценку получает только Ииуй, справедливо истребивший дом Ахава и искоренивший в Израиле поклонение Ваалу (4 Цар. 10,30).

Хронология

В Третьей и Четвертой книгах царств в изобилии приводятся сведения о хронологии описываемых событий. Так, начало построения Соломоном храма точно датируется 480 г. после исхода из Египта (6,1). Кроме многочисленных дат, связанных с царствованиями Давида и Соломона, автор называет также продолжительность пребывания на престоле каждого из царей Иудеи и Израиля. Автор каждый раз соотносит начало очередного правления в одном из царств с тем, сколько лет прошло к этому моменту с восшествия на престол царя, правящего в другом царстве, указывает возраст монарха и имя его матери.

Точное соотнесение этих сведений с информацией, предоставляемой ассирийскими, вавилонскими и иными небиблейскими источниками, задача весьма нелегкая, поскольку информация о продолжительности правления царей отнюдь не предполагает возможности вычислить, в какие именно годы они правили. Но, тем не менее, наиболее важные события можно датировать со значительной степенью достоверности:

970 г. до Р.Х. - конец царствования Давида

970-930 гг. до Р.Х. - царствование Соломона

930 г. до Р.Х. - разделение царства

722 г. до Р.Х. - падение Израиля

586 г. до Р.Х. - падение Иудеи

Название

Повествование Третьей и Четвертой книг царств охватывает почти четырехсотлетний отрезок израильской истории - от последних дней царствования Давида (ок. 970 г. до Р.Х.) до вавилонского пленения (ок. 586 г. до Р.Х.). Эти две книги непосредственно примыкают к целой группе других библейских книг, в совокупности своей традиционно называвшихся "Ранними пророками", а позднее получивших наименование "История Второзакония". В названную группу, помимо Третьей и Четвертой книг царств, входят Книга Иисуса Навина, Книга судей, Первая и Вторая книги царств.

Изначально Третья и Четвертая книги царств, подобно Первой и Второй книгам царств и двум книгам Паралипоменон, представляли собой одну книгу. Однако в греческом переводе ВЗ (Септуагинте), в Вульгате и в большинстве других переводов эта цельная книга разделена на две. Такое разделение явно искусственно, не обоснованно логикой повествования. По этой причине в двух разных книгах оказались рассказы об Охозии (22,51-53) и Иосафате (22,41-50; 4 Цар. 3,1-27), а также повествование о пророческом служении Илии (гл. 17-19; 4 Цар., гл. 1; 2).

Содержание

I. Царствование Соломона (1,1 - 11,43)

А. Соломон утвержден преемником Давида (гл. 1-4)

1. Восшествие Соломона на престол (1,1 - 2,11)

2. Соломон укрепляет свою власть (2,12-46)

3. Дар мудрости (3,1-15)

4. Образцы мудрости Соломона (3,16 - 4,34)

Б. Важнейшие достижения в период царствования Соломона (гл. 5-10)

1. Приготовления к построению храма (5,1-18)

2. Построение храма (6,1-38)

3. Строительство царского дворца (7,1-12)

4. Окончание построения храма (7,13-51)

5. Молитва Соломона и освящение храма (8,1-66)

6. Завет Господа с Соломоном (9,1-9)

7. Соломон на вершине славы (9,10 - 10,29)

В. Духовное и политическое падение Соломона (гл. 11)

1. Грехи Соломона (11,1-13)

2. Наказание Соломона за его грехи (11,14-25)

3. Возвышение Иеровоама (11,26-43)

II. Ранняя эпоха разделенного царства (12,1 - 16,34)

А. Отделение северных колен израилевых (12,1-24)

Б. Иеровоам I, царь израильский (12,25 - 14,20)

1. Установление Иеровоамом языческих жертвенников (12,25-33)

2. Два пророка (гл. 13)

3. Суд Божий над Иеровоамом (14,1-20)

В. Ровоам, царь иудейский (14,21-31)

Г. Авия, царь иудейский (15,1-8)

Д. Аса, царь израильский (15,9-24)

Е. Нават, царь израильский (15,25-32)

Ж. Вааса, царь израильский (15,33 - 16,7)

З. Ила, царь израильский (16,8-14)

И. Замврий, царь израильский (16,15-20)

К. Амврий, царь израильский (16,21-28)

Л. Ахав, царь израильский (16,29-34)

III. Пророки и цари (3 Цар. 17,1 - 4 Цар. 8,15)

А. Пророки и Ахав (17,1 - 22,40)

1. Илия фесвитянин (17,1-24)

2. Илия против хананейских пророков (18,1-46)

3. Явление Господа Илии на горе Хорив (19,1-21)

4. Неправильное поведение Ахава во время священной войны (20,1-43)

5. Ахав с помощью Иезавели отнимает виноградник у Навуфея (21,1-29)

6. Осуждение Ахава пророком Михеем (22,1-40)

Б. Иосафат, царь иудейский (22,41-50)

В. Охозия, царь израильский, противится Илии (3 Цар. 22,51 - 4 Цар. 1,18)

КОММЕНТАРИИ