План борьбы «Синагоги сатаны» с Христовой Церковью

В первых числах Августа 1871-го года — не исполнилось еще и года после учреждения палладизма184 — «ученейший первосвященник Сатаны» (sic), Альберт Пайк185, получил от Мадзини186 письмо весьма важного содержания. В этом письме политический вождь всемирного масонства просил верховного догматического главу секты начертать определенный план кампании против римского католицизма187.

«Объединение Италии, — писал в этом письме Мадзини,188 — для нас никогда не было целью, а лишь средством».

Альберт Пайк созвал состоящий при нем совет, собираемый в полном составе (в числе десяти членов) только в особо важных и торжественных случаях и представляющий собою так называемое «Светлейшее великое собрание заслуженных масонов», и предложил на его рассмотрение вопрос, поставленный в письме «знаменитейшего брата» Джузеппе Мадзини.

От этого люциферианского соборика «Одиннадцати величайших светильников» адской секты189, продолжавшегося семь дней (от 9-го по 15 августа 1871 года), отродился зрело обдуманный план, изложенный в нижеследующем документе (переведено с латинского подлинника)190.

«Светлейшее Великое собрание заслуженных масонов, собравшись под председательством знаменитейшего, могущественнейшего, Божественнейше-просвещенного брата, Лиммуд-Энзофа191, Великого мастера-хранителя Священного палладиума192, Верховного первосвященника Всемирного франмасонства, с почтением получило благородный и достойный Свод (послание), исходящий от Знаменитейшего, могущественнейшего и просвещеннейшего брата, Емунах-Шемеда (Мадзини), вождя политического Действия и Великого диктатора — Президента Верховной исполнительной директории193, помеченной 1-м днем Луны Аб194, 18-м днем 5-го месяца 000871 года195 Истинного света196, под оком Всемогущего божественного учителя “Эксельциус Эксельциора”, приняло во внимание, подвергло обсуждению изложенные в нем вопросы важнейшего значения и по обсуждении их постановило законное определение, которое от сего дня будет иметь силу закона.

Рихаб Сабба, Ахта ахтнаной малог хесорем, Люцифер, аллелуиа!197

Принимая во внимание, что низвержение “дурного католицизма” (христианской религии) не может совершиться от одного удара, утверждение же “доброго” (люциферианства), в свою очередь требует продолжительных трудов, имея притом же в виду, что и то и другое суть два действия параллельных, посему предположено оба эти действия приводить в исполнение одновременно с тем расчетом, чтобы к моменту разрушения повсюду минированного храма Адонаи глазам достодолжно подготовленного человечества открылся немедленно и сокрытый до того времени храм нашего божественного учителя и владыки.

Тогда Люцифер -бог и царь -узрит у ног своих весь мір, ему и себя посвятившим и его обоготворяющим.

С того времени вера в него и будет, воистину, католической, т.е. всемирной.

Титул “католический” не принадлежит в действительности и не может принадлежать Римскому суеверию, так как известно из “откровения”198, что в эпоху наибольшего расцвета этого суеверия число его последователей никогда не достигнет и одной четверти народонаселения земли. Так написано на небесах. И религия Адонаи уже достигла максимума своего преобладания и теперь, очевидно, клонится к своему упадку.

Чтобы действовать наверняка в двойной нашей задаче разрушения храма Адонаи и возведения храма Люциферу, нам необходимо уяснить себе истинное соотношение между собою человеческих религий. Предварительное с ним ознакомление придаст нам смелости и вольет надежду на исполнение божественных обетований: оно покажет, что грядущее принадлежит нам и что имя “католик” соблюдается только для нас.

Число жителей Земли определяется в 1 миллиард 400 миллионов.

Римское католичество из них насчитывает в числе своих последователей только лишь 210 миллионов.

Христианская группа должна быть представлена в следующих цифрах:

210 000 000 римско-католиков,

120 000 000 протестантов,

80 000 000 православных, которых папа христианского суеверия называет «схизматиками».

Индийская группа подразделяется так:

420 000 000 буддистов,

160 000 000 браманистов.

Магометан мы должны поставить на особое место. Их 200 000 000.

Отметим здесь, что истина познана священством ведизма (индийская группа) и что магометане, хотя и не обладают еще всею полнотою истины, но в среде своих священнослужителей имеют уже многих вдохновленных ею.

230 миллионам идолопоклонников-фетишистов надлежит исчезнут по мере водворения в их среде цивилизации, исчезнуть не в качестве отдельных личностей, а как представителей грубой религии. На этих язычников устремлены вожделения римско-католических миссионеров, но сам римский католицизм должен окончить свое существование раньше хотя бы и частичного, но сколько-нибудь серьезного обращения язычников.

Еврейская религия насчитывает 7 000 000 последователей. Эта малая группа не обнаруживает ни малейшего стремления подпасть под влияние римского католицизма.

Она обетована «откровением» нам.

Статистика, кроме того, насчитывает еще до 2 000 000 свободомыслящих — деистов и атеистов199. Как те, так и другие являются по большей части дезертирами из христианского лагеря.

Не следует, однако, считать всю христианскую группу, в общей ее сложности, в равной степени удаленной во всех своих подразделениях от истины. Протестантизм во всех его видах, за исключением самого ничтожного меньшинства, составлен из рассудочных искателей истины (богоискателей). Из этих богоискателей набирается в наш состав наибольшее число верных “доброго бога”.

Наоборот, православные, или схизматики, это — как написано о них в небесной книге — обреченная добыча “Злого бога”200.

Но даже и тогда, когда православные соединятся с римско-католиками, их общее число не превысит 300 000 000 душ.

Обращение протестантов к храму истинного света, как о том говорится в “откровении”, состоится постепенно. Обращение магометан неожиданно, и притом в полном составе, произойдет по случаю некоего великого события, при шестом верховном первосвященнике “доброго католицизма”201. Из этого следует, что 320 000 000 душ (120000 000 протестантов и 200 000 000 магометан) будут просвещены истинным светом, не пройдя чрез тьму проклятого суеверия.

Согласно “откровению” римское католичество в численности своей будет постепенно уменьшаться, частью улавливаясь в наши сети, частью по случаю выхода его членов в ряды свободомыслящих деистов, а нам известно, что это переходное состояние в конце концов обещано нам.

Об индийской группе нам нечего заботиться, ибо, как упомянуто выше, ее священство уже издавна просвещено истинным светом.

Вот почему в час, предопределенный в книге неба, когда произойдет воссоединение римско-католиков с православными, они пред лицом своим встретят более миллиарда “католиков” Люцифера.

Таким образом, весь вопрос сводится к следующему: нам надо быть готовыми в тот момент, когда численность наша превысит миллиард, высоко поднять наши знамена и произвести взрыв храма Адонаи. Тогда “суеверие” христиан будет ослаблено до того, что последователи его добровольно сольются с нашими рядами, тем более что нам обетованы поразительные чудеса, которые им окончательно раскроют глаза на их заблуждение. Но если бы к тому времени и остался кто-либо из упорствующих проповедников “Злого Бога”, то истребление его совершилось бы без всякого затруднения.

Каким же путем ведено должно быть наше дело, чтобы довести его спокойно и постепенно до рокового его, неизбежного конца?

Тактика действия различна, в зависимости от страны, в которой она применяется: в стране с преобладающим римско-католическим населением она должна быть одна, с протестантским — другая.

Главнейшая задача заключается в том, чтобы католика превратить в свободомыслящего деиста. В этом направлении нами должны быть приложены все наши усилия, ибо для большинства это и будет тем переходным состоянием, из которого слияние с нашими рядами неизбежно. Опытом доказано, что эта переходная ступень необходима, ибо крайне мало таких избранных душ, которые могли бы одним прыжком выскочить из пропасти обскурантизма и взлететь смелым полетом в эфир божественных и жизнетворных светов.

Прежде всего для указанной цели нам необходимо захватить власть над народами. В этом всё. Раз власть нами будет достигнута, — в республике или монархии, это все равно, — нам необходимо провести в жизнь законы, устраняющие повсеместно влияние священства и монашества «суеверия», отстраняя их от дел благотворения. Для этого, с одной стороны, мы воспользуемся прессой и вдохновляемыми нами писателями для того, чтобы показать, насколько унижается человечество милостынею, получаемою от представителей “дурного католицизма”. Показать это надлежит, выставляя на вид, что каждая личность имеет свое право на благосостояние, но только с помощью социальных реформ, а отнюдь не с поддержкой рутинерской благотворительности. С другой стороны, при содействии парламентов или иным каким-либо способом, необходимо разогнать достаточно дискредитированные нами и ставшие непопулярными конгрегации, подстроив первоначально разорение тех из них, которые еще держатся на предрассудках профанов — словом, надо заставить исчезнуть с лица земли все, что носит имя монаха или монахини.

В области интеллектуальной необходимо добиться лаицизации школы, чтобы в нее никоим образом не могли проникнуть ни монах, ни священник, а затем всеми способами изгнать из головы родителей самую мысль дать своим детям христианское образование вне лаицизированной школы. Всего важнее для нас — это помешать новым поколениям сохранить в своем духе малейший хотя бы след лжи христианских догматов. Вместе с тем необходимо, чтобы и официальное образование оставалось нейтральным и не впадало в атеизм: с нас довольно одной нейтральности, т.е. искоренения в молодых умах адонаистских догматов. В душе человека живет врожденное чувство, устремляющее его к некоему божественному идеалу: человек инстинктивно стремится к познанию Верховного Существа, как сверхъестественного фактора, организатора и двигателя вселенной; если этому чувству предоставить свободу развиваться, не допуская преступного направления в сторону религиозного суеверия “Злого Бога”, то оно вначале будет плавать в полусвете смутного деизма, не заражаясь, однако, зачумленным дыханием “ложного католицизма”. Когда же настанет час явления “доброго бога”, единственно достойного поклонения человечества, тогда к нему и устремятся все душевные склонности ребенка, ставшего человеком. Таким образом, удаляя от Адонаи детский и отроческий возраст, мы посвятим Люциферу, при одном содействии врожденной наклонности, зрелый возраст новых поколений. Атеист-наставник должен быть абсолютно изгнан из той школы, из которой мы вытолкаем священника, равно и явно атеистические книги, взамен которых детям мы дадим такие общеобразовательные книги, которые, будучи очищены от ложных христианских догматов, выдвигали бы тем не менее, хотя бы и без точного определения, существование некоего Верховного Существа, Устроителя и Владыки вселенной.

Покамест новые поколения будут формироваться в этом духе, необходимо бороться с адонаизмом в умах человечества, доказывая всякого рода печатным словом, сколь чудовищна и в то же время смешна идея Божества, какою ее изображают священники “суеверия”. В этой борьбе не следует пренебрегать ни памфлетом, ни сатирою, ни насмешкою, которая на толпу действует сильнее и вернее ученых диссертаций. Нам не следует забывать то добро, которое принес нашему делу Вольтер, высмеяв и ошельмовав католическое духовенство вместе с его “суеверием”. Дискредитируя лживые догматы и обряды адонаизма, мы в то же время пригвождаем к позорному столбу и служителей этой отвратительной религии: этим мы мало-помалу добьемся того, что церкви их окончательно опустеют.

Не следует, однако, всецело рассчитывать на одни только проводимые нами в жизнь законы, лишающие католический клир правительственных субсидий, ибо он возместит свои убытки на обложении своих фанатических последователей, которые будут упорствовать в своем неизлечимом легковерии. Число этих эксплуатируемых несчастных можно уменьшить только лишь высмеиванием и беспощадной критикой всех постановлений католической Церкви. Необходимо довести всякого, сохранившего в себе сколько-нибудь здравого смысла, до того, чтобы он сам себе стал казаться смешным, всякий раз как возымел бы слабость обратиться к таинствам “суеверия”. Это наивернейший способ оставить без хлеба обманщиков-попов. Когда это будет в большей или меньшей степени достигнуто, тогда будет полезно расплодить как можно больше гнусных шарлатанов из общественных подонков в роли лжепророков и лжесвятых, мерзкое ремесло которых было бы очевидным мошенничеством. Вдохновляемая нами ежедневная пресса займется ими с ожесточением и постарается смешать их в глазах публики в одну общую грязную кучу со служителями Адонаи, облив и тех и других общим ядом насмешки и осуждения.

С другой стороны, необходимо принять все меры — законодательные и иные — для сокращения численности рядов католического священства. Наилучшей для этого мерой будет ознакомление священнической молодежи с общественной жизнью в реальном ее освещении, а не в том ложном, какое ей дают их наставники. Необходимо обзавестись верными нашему делу женщинами, которые бы отдали себя на дело посвящения этих священнослужителей в благодеяния “доброго бога”. Испытав радости плоти, которых лишает его папское варварство, адонаитский священник или уйдет из клира, осудив самой природой систематическое и абсолютное девство, или же, оставаясь в своей касте, тайно станет нашим, оказывая нам драгоценные услуги в деле подведения мины под храм Адонаи.

Необходимо всеми способами, пользуясь всякими обстоятельствами, образовывать пустоту вокруг адонаитского священника, окружая его презрением, уменьшая численно ряды ищущих священства. Для сего не следует останавливаться ни пред чем, лишь бы добиться нужных результатов. С одной стороны, следует размножать общества устройства городских и сельских развлечений, кружки, формируемые якобы с просветительными целями, нецерковные праздники в ущерб и по возможности с отменой праздников церковных; с другой же стороны, необходимо принять и распространить повсюду как принцип, как учение общий пароль: “и рождение, и венчание, и смерть — всё без посредства священника!” Всем кружкам и обществам, принимающим этот принцип в основу программы своей деятельности, необходимо оказывать всяческую помощь и покровительство. Необходимо в то же время делать шум вокруг всякого случая, имеющего характер скандала и могущего в глазах толпы унизить адонаитского священника или священническую корпорацию. Так надо поступать даже и в тех случаях, которые сами по себе не представляют ничего особо дурного с точки зрения общественной нравственности, но которые не совсем к лицу особам, посвящающим себя служению в священном сане. Поступать же таким образом следует, однако, только тогда, когда виновник нарушения правил церковного благочиния признан неспособным стать нашим тайным агентом.

Таков общий план действий для всех стран христианской группы.

Что же касается, в частности, Италии, то там, когда общественное мнение созреет для единодушного голосования с парламентским масонским большинством, одному из наших необходимо будет предложить законопроект, составленный в таком духе:

Пункт 1-й. Италия не признает никакой религии за государственную.

Пункт 2-й. Та христианская секта, которая прежде именовалась католической, дабы и впредь иметь право свободного в Италии оказательства, должна быть исключительно Италианской, а не международной.

Пункт 3-й. Епископам секты предоставляется право собраться на национальное генеральное совещание для избрания и назначения из своей среды Патриарха для Аппенинского полуострова, Сардинии и Сицилии.

Пункт 4-й. На должность патриарха может быть избран и современный законопроекту Папа, но при условии отказа от всякого вмешательства в управление делами Церкви иной страны, кроме Италианской.

Пункт 5-й. Так как Патриарх Италии не имеет прерогатив государя, то при нем не может быть аккредитован никакой посланник.

Пункт 6-й. Священная Конгрегация кардиналов прекращает свое существование равно и Конгрегации: Святого трибунала собора, Пропаганды, Культа, Индекса, Индульгенции — словом, весь высший церковный штат, как установление, действовавшее в качестве органа всемирного духовного или финансового управления.

Пункт 7-й. Сан архиепископский и кардинальский уничтожается. Все епископы равны перед гражданской властью, за исключением Патриарха, который считается первым Италианским епископом и в официальных случаях занимает место между Президентом кассационной палаты и Президентом Палаты контроля.

Пункт 8-й. Каждый епископ управляет своею епархиею под контролем государства; епископы сносятся с Патриархом только по вопросом чистодуховного или литургического характера.

Пункт 9-й. Всякое действие Патриарха в нарушение настоящего закона влечет за собою его немедленную отставку и изгнание из пределов Италии.

Пункт 10-й. Всякий епископ, признанный соумышленником Патриарха, нарушившего закон, подвергается заключению в крепости от 5-10 лет и публичному лишению сана на площади или на паперти своего кафедрального собора.

Пункт 11-й. Центральный комитет культов, состоящий из членов-мирян, назначаемых Парламентом по одному от каждой епархии, явится постоянным верховным советом, ведающим все взаимоотношения по епархиям между гражданской и духовной властью, а также между епископами и их клириками, за исключением таких вопросов, которые вытекают из области чисто духовной или литургической и которые в верховной юрисдикции Патриарха.

Пункт 12-й. Священники должны быть избираемы приходом тайной подачей голосов и, по избрании, прикрепляются несменяемо к своему приходу. Священники, уже состоявшие на службе ко времени издания настоящего закона и признанные законом этим имеющими право баллотироваться на должность, обязаны не позже шести месяцев по вступлении закона в силу представить от своих прихожан удостоверение о желании их сохранить за ними священнослужительские права в приходе на основании свободного выбора и голосования.

Пункт 13-й. Епископы будут назначены Патриархом по представлению Правительства, намечающего трех кандидатов. Те из ныне служащих епископов, кто будет согласен на принятие настоящего закона, будут оставлены на своих местах; несогласные же переводятся на приход в качестве лишь викарного священника без права когда-либо баллотироваться в настоящем приходе.

Одновременно со внесением этого законопроекта в Италианскую палату депутатов нами по всем странам, зараженным римским католицизмом, в газеты, нами редактируемые, будет разослана копия его с живейшим одобрением его сущности. Единодушный газетный хор всего міра прославит мудрость италианских либералов, которым будет приписана заслуга обретения благого разрешения религиозного вопроса. В то же время нами должны быть приняты меры для освещения нелепости существовавшего дотоле порядка вещей, при котором один из граждан Италии (Папа) являлся как бы заговорщиком против своей страны в качестве несменяемого главы религии, претендующей на всемирность и стремившейся стать выше всех законных властей страны. Тогда же мы постараемся выяснить, насколько и для других народов вредно иметь у себя как бы государство в государстве с целым штатом агентов-священников, представляющих в действительности собою чиновников иностранного государя. Наши газеты будут призывать прогрессивных депутатов всего міра, где только исповедуется католическая вера, как можно скорее представить в свои палаты подобные же законопроекты, освобождающие национальный клир от иноземного ярма. Таким образом, общим масонским натиском и совершенно законными средствами мы достигнем раздробления этой ненавистной религии.

Указанным событиям, намеченным нами как план действия, сроков не положено: они совершатся лишь тогда, когда римский католицизм будет окончательно дискредитирован и в нем останутся только старые бабы да несколько неизлечимых безумцев-фанатиков и когда значительная часть его клира будет тайно подвластна нам.

Когда же, при создавшихся благоприятных обстоятельствах, той или другой страной, обработанной в нашем духе, будет окончательно отвергнут бюджет культов и священники христианского суеверия будут переведены на содержание остатка верующих, причем всякими законными способами это содержание будет доведено до минимума, — тогда будет даже полезно возвратить вновь государственное пособие членам клиров и даже явить великодушие по отношению к тем священникам адонаизма, которые подчинятся создавшемуся положению вещей. Тогда во всеуслышание будет провозглашено, что государство намерено покровительствовать религии и блистательно вознаградит клир за его покорность. Не следует пренебрегать решительно ничем, лишь бы обеспечить нам дробление адонаитской религии и лишить ее международного значения. В этом заключено поистине все, что впоследствии даст нам возможность вырвать ее с корнем и уже навсегда. Не следует падать духом ни перед какими препятствиями и надо помнить и хранить в своем сердце надежду, более того — уверенность в том, что дробление адонаизма не есть, химера, но обетование откровения трактата “Об искуплении” в священной нашей книге “Ападно”...

Далее в приводимом нами “плане” изложены лжепророчества, якобы, самого Сатаны о грядущей судьбе Папы и римско-католицизма, и в них предсказание об изгнании Папы из Рима, перенесении его престола в Петроград и воссоединении католиков с православными, как последней на земле вспышке христианской веры и т. п., но мы этими побасенками, да еще такого дурного происхождения, занимать читателя не будем.

Перейдем к заключительному моменту “плана”.

Как только новый религиозный режим установится в среде народов Запада, нам необходимо будет принять меры к радикальному уничтожению того вида опасной пропаганды, которая зовется миссионерством; надо прекратить миссионерам всякий доступ к идолопоклонникам Африки и Океании и к нашим братьям, обитающим в Азии, чтобы лишить их возможности вносить ложь своей проповеди в их страны, ибо их обращение к истинной вере обещано только нам. Правительства всех конституционных стран должны будут под угрозой тягчайших наказаний запретить эти отвратительные миссионерские эмиграции, способные только на то, чтобы создавать нескончаемые конфликты с азиатскими народами, чья вера к тому времени должна быть в почете, ибо будет верой вполне просвещенной усилиями мудрых Тибетских священников в союзе с подвластным нам масонством Индии и Китая. Всякий масон с этого момента обязывается вступить в ожесточенную борьбу пером и словом с католическими миссионерами, внушая к ним в міре профанов презрение и ненависть самую непримиримую. Миссионеры — это наши смертельные враги, и всякий масон, кто не будет вести с ними борьбы, будет считаться предателем, а кто перейдет на их сторону, хотя бы только одним похвальным словом, будет предан смерти.

В заключение изложенного считаем полезным поддерживать в низших классах всех наций революционные идеи, не исключая и социалистических, хотя и ведущих к крайностям и бурным эксцессам. Хотя атеизм сам по себе и вреден делу обновления человечества в антихристианском духе, но мы и его введем в русло самых крайних социальных теорий, заведомо осужденных на полный неуспех, но нужных для кратковременного государственного переворота, которому немедленно же должна воспоследовать самая энергичная реакция. Таким образом, мы, с одной стороны, дискредитируем до последней степени суеверную теорию Божества в духе адонаизма, так что к нам примкнут даже и последние его священники в переходную эпоху господства свободомыслия; а с другой стороны, мы примем меры к тому, чтобы толпа не лишилась веры в сверхъестественное Божественного происхождения, но мы ограничимся лишь указанием при всяком удобном случае на бытие некоего Верховного существа, не открывая, однако, до времени людям наших священных преданий и наших мистических откровений.

Такова воля “доброго бога”.

Посему, когда Самодержавная Россия сделается цитаделью адонаизма, мы спустим с цепи революционеров-нигилистов и безбожников и вызовем сокрушительную социальную катастрофу, которая покажет всему міру во всем его ужасе абсолютный атеизм, как причину одичания и самого кровавого беспорядка. Тогда люди, вынужденные защищаться от ошалелого меньшинства бунтовщиков, уничтожат этих разрушителей цивилизации, а все бесчисленное множество разочарованных в адонаизме, жаждущее в душе своей Божественного идеала, не зная, какому поклониться Богу, примет просвещение от истинного света чрез всемирную проповедь чистейшего люциферианского учения, к тому времени уже открытую и всенародную.

Повсеместное установление на всем земном шаре религии “доброго бога Люцифера” есть дело не одного года, не пяти лет, даже не одного века. Только то дело устойчиво и прочно, которое совершается в постепенной и медленной прогрессии. ХІХ-й век узрел зарождение истинного и доброго католицизма; ХХ-й век будет веком роста и полного созревания посеянного к сроку, определенному в книге небес, когда навсегда окончится летосчисление христианской эры.

Писано и дано в Торжественном своде и подписано у ног священного Палладиума Верховным первосвященником Всемирного франмасонства и десятью Старцами, составляющими Светлейшую великую коллегию заслуженных масонов, в Верховном востоке Чарльстоуна, в возлюбленной Долине Божественного учителя, в 29-й и последний день Луны Аб 000871 года Истинного света (15 августа 1871 года народной эры)».

Таков план страшной секты, определяющий ее надежды и всю ее тактику в отношении не только к римско-католицизму, но и ко всемирному Христианству, не исключая, как мы то видим на многочисленных примерах нашей русской жизни, и Православия.

На заглавном листе 3-й части нашей книги мы поместили изображение идола Сатаны, известного под именем Бафомета Тамплиеров. Изображается он в образе крылатого козла202 с человеческим туловищем андрогина (муже-женщины — по учению Каббалы о сотворении человека), сидящего, как на троне, на кубическом камне, подножием которому служит земной шар, в знамение полномочий его власти в области всех измерений. Между рогами идола факел, просвещающий мір (отсюда и «просвещение», «просвет» в масонской концепции) и приемлющий свет свой от пятиконечной звезды, изображенной во лбу идола, как вместилище разума. Две руки идола, правая поднята кверху, левая опущена книзу; на правой надпись — «Solve» — «разреши», на второй «Coagula» — «связывай», в знак его власти, как Бог, связывать и разрешать на земле (внизу) и на небе (вверху). Три пальца обеих рук, при согнутии двух остальных, обозначают Троицу, в знак восхищения Ея имени, власти и силы Сатаною, возомнившего быть подобным Богу. В чреве идола «falius», перевитый двумя змиями, обращенными головами друг против друга, как источник жизни, проистекающий из координации двух начал — добра и зла. Темя светлый и тельный и между ними во лбу идола пятиконечная звезда обозначает, что Сатана есть звезда утренняя и вечерняя — всеобщий Бог, Бог всяческая и во всем, в себе одном соединивший оба начала.

В пророчествах о седминах у Пророка Даниила (гл. IX, 27) говорится о «мерзости запустения», которая «будет на криле святилища». Известный составитель еврейско-немецкого лексикона и еврейской грамматики, Гезений, полагает, что в рассматриваемом изречении разумеется крылья мерзостного, «кенаф», по-еврейски — «крыло», «шинкутим» — «мерзости») идола. Идол Сатаны Бафомет, по всей вероятности, и будет тою «мерзостью запустения», про которую сказал Господь, говоря о кончине міра, — «когда увидите мерзость запустения, реченную через пророка Даниила, стоящую на святом месте, — читающий да разумеет, — тогда находящиеся в Иудее да бегут в горы, и кто на кровле, тот да не сходит взять что-нибудь из дома своего, и кто на поле, тот да не обращается назад взять одежды свои» (Мф. XXIV, 15; Мк. XIII, 14). Надо полагать, что по исполнении времен, когда антихрист воссядет в храме Божием, как Бог, выдавая себя за Бога (2 Сол. II, 4), за Вторую ипостась Пресвятой Троицы — за Сына Божия, как мессия Израиля, он повелит образ отца своего диавола, в виде идола Бафомета, поставить на крыше возобновленного древнееврейского Иерусалимского храма (где теперь мечеть Омара)203. Что под «мерзостью запустения» надо разуметь диавола или что то же — его изображение, его икону, его идола, можно видеть из жития преподобного Антония Великого (память его 17 Января), в котором повествуется о том, «как диавол в образе человечи прииде каятися» к Преподобному, и о том, как Ангел повелел Антонию сказать диаволу: «се и тебе благий и милостивый Господь полагает (аще точию сам изволиши), покаяние, глаголет бо (Господь): соверши три лета на едином стоя месте, обращся к востокам, в нощи и во дни взывая велиим гласом, и глаголя сице: Боже, помилуй мя, древнюю злобу. Сие же да глаголеши сто крат. И паки, другую молитву: Боже, помилуй мя, помраченную прелесть, такожде сто крат да глаголеши. И паки: Боже, помилуй мя, мерзость запустения, глаголи сто крат»204.