Великий архитектор130

Сатана. — Его возвращение в христианский мір

Православная Церковь, канонически, соборными постановлениями своими запретив верным сынам своим какое бы то ни было общение с евреями, тем самым как бы поставила над всем еврейским вопросом точку и более к нему не возвращалась, считая его исчерпанным и навсегда разрешенным. И Господь за Православие, по свидетельству преподобного Серафима, миловал и Церковь Свою святую, и народ Свой Богоносец — святорусское Царство Православное и от масонства, и от воинствующего на Христа Израиля.

Православное церковное учительство в силу этого не встречало в течение ряда веков надобности обращать меч свой против этих исконных врагов Христианства и потому молчало.

Молчало и доселе еще молчит церковно-русское пастырство и учительство.

Не то на Западе, в отступившей в схизму, а после уже и еретичествующей церкви Римско-католической. Лишившись за отступление охраны благодати Божией в той полноте, какую ее доселе имело Православие, она вынуждена была вступить в борьбу с союзом еврейства и масонства с первых же атак этих врагов Христовых на Западную Европу: воинствующий Ислам, всевозможные жидовствующие ереси, люциферианство тамплиеров, Реформация и, наконец, масонство — все это возмущение ада против Три?постаснаго Бога вызвало на борьбу с собою весь цвет Западной Церкви и породило огромнейшую литературу предмета, в высокой степени поучительную и для настоящего, переживаемого Россией и Русской Церковью момента, чрезвычайно важную.

В литературе этой выдающееся место принадлежит обширному труду каноника епархии города Лилля, доктора богословия, монсиньора Делассю. Называется труд этот «Антихристианский заговор. Масонский храм, воздвигаемый на развалинах католической Церкви». Ввиду важности труда этого в общехристианском смысле и для Православной Русской Церкви, я позволяю себе привести здесь из него один отдел, касающийся той же тайны беззакония, разоблачению которой, в мерах сил моих и разумения, служит и настоящее мое исследование.

Вот что сообщает Делассю131.

«Выше масонов, выше главных руководителей, трудящихся над созданием масонского храма, не стоит ли еще некий верховный распорядитель, направляющий ход работ по разрушению старого религиозного и общественного строя? Нет ли скрытого архитектора того здания, которое возводится на обломках старого міра, нет ли инженера-строителя того храма, который воздвигается на развалинах христианской Церкви?

В “Католическом Обозрении конституции и права” граф д’Антемарр с положительностью доказал, что Верховное Существо, под чьим покровительством великая французская революция, провозгласив “права человека”, собиралась установить “культ природы”, был и по мысли главных творцов “Декларации” и новой религии не Бог, Ему же поклоняется небо и земля, а Сатана132, “верховное существо”, или “великий архитектор”, именуемый так на лживом и исполненном преднамеренного тумана языке масонских лож, и есть не кто иной, как все тот же Сатана, утаенный от непосвященных (профанов) для сокрытия тайных целей, преследуемых масонской сектой. Вот этому-то “богу” настоящие “посвященные” и хотят воздвигнуть тот символический храм, под сводами которого они намерены соединить все человечество, связать его единой, общей для всех религией, под единым для всего міра скипетром. “Посвященные” эти для своего культа уже покушались раз захватить наши святилища. Это было совершено теофилантропами по установлении культа этого Робеспьером. “Если, — так сказал тогда один из главарей секты, — оставить стоять старинные храмы, возведенные вековою верою, то пусть в них масонский треугольник введет торжественность своего ритуала, а священники Собора Богоматери уступят свои церковные дома пастырям “Великого Востока”.

На втором заседании масонского конвента брат-масон Блатэн высказался так: “В тех зданиях, которые властью жрецов христианского культа были посвящены религиозным суевериям, мы, быть может, призваны в свою очередь вести проповедь нашего учения, а вместо псалмопения клириков, которое еще доселе раздается под обширными сводами и под колоннами этих зданий, мы услышим там стук наших масонских молотков, аплодисменты и шумные одобрения нашего Ордена”133.

В следующем 1884 году, 24 Февраля, на новом масонском собрании брат-масон Массон, уполномоченный ложи «Друзей независимости», повторив вновь вышеприведенное пожелание Блатэна, сослался на него как на авторитет в масонстве.

Можем удостоверить, что все эти слова и речи ничего общего не имеют с пустым бахвальством. Мы уже и теперь являемся очевидцами усилий масонской секты, направленных к достижению намеченных ею целей: наши церкви нам уже более не принадлежат; нас пока еще только терпят, но как скоро это наскучит, нас изгонят совсем из церквей наших, и их для нас в один прекрасный день закроют навсегда.

В ожидании же того дня, когда секта найдет для себя наиболее удобным захватить наши церкви для своих надобностей, ею ведется упорная и последовательная подготовка умов к этой перемене: имя Божие постепенно, но неуклонно вытесняется из употребления и заменяется прославлением Сатаны134.

Первая часть этой программы уже выполняется и очевидна: все новые законы, особенно же школьный, направлены к ее осуществлению. Что же касается второй ее части, то проведение ее в жизнь требует большой осторожности, и тем не менее она проводится с твердой неуклонностью. Известен отвратительный привет, составленный и посвященный Сатане Прудоном, и столь же омерзительный, принадлежащий творчеству Ренана. Мишле предсказал близость торжества Сатаны, а Кине открыто заявил, что он желал бы «задушить христианство грязью», чтобы на его месте поставить религию Сатаны.

И культ Сатаны уже начинает себя обнаруживать: именование масонами мест своих сборищ храмами, воздвигнутый в них алтарь, украшения и знаки отличия на одеянии масонских представителей, церемониальный обряд, ими совершаемый — все это указывает на существование у них культа, но отнюдь не культа Бога, Его Ангелов и Его Святых135.

У сатанинской религии есть свои «священные» гимны, которые распеваются даже вне масонских капищ. У нее есть и свои таинства: есть масонское «крещение», возводящее младенца в звание «волчонка»; есть масонское погребение, именуемое «гражданским»; такой же есть и масонский брак136. Журнал всемирного масонства «Цепь Единения» в нумере от Января-Февраля 1881 года посвящает желающих в обряды этого «таинства», совершаемого в масонских семьях.

У сатанинской религии имеются и свои ученые. В журнале «Педагогическая трибуна», издаваемом педагогами для распространения в педагогической же среде, о Сатане говорится в таких выражениях:

«Сатана — враг католической церкви и, как таковой, является предметом симпатии для многих.

Сатана не только отрицатель какой бы то ни было веры, основанной на религии, но к тому же еще и распространитель всякого научного знания. В мозгу мыслителя — он дух исследования, критики, философских изысканий, он представитель союза научного знания с философией против обскурантизма.

Сатана, кроме того, есть представитель природы и, как таковой, является протестом против церковного учения. В юное сердце молодого человека Сатаною влагается все, что только есть сладчайшего на свете: влюбленное желание, огонь великодушных страстей; и если мы, люди, еще представляем собою какую-либо ценность, то ею мы обязаны только ему».

Не следует упускать из виду, что журнал этот педагогический, диктующий уроки свои наставникам и через них — детям.

Италианские масоны, пока еще более смелые, чем масоны французские, основали в Анконе журнал под названием «Люцифер», в Ливорно — другой журнал «Безбожник».

«Наш вождь — Сатана», — так объявили редакторы обоих изданий в своих редакционных программах. Мало того, во вторник Сырной недели 1882 года, они дерзнули вывести Сатану на сцену театра в Алфиери и в Турине и там петь ему гимны, приносить ему курение фимиама и жертвы, оповещая народ о явлении его на «огненной колеснице» и о грядущем царстве его на всей земле.

Известный гимн Сатане, воспетый прославленным италианским поэтом, Джозефом Кардуччи, выражает пожелание, чтобы отныне курение фимиама и пение священных гимнов приносились Сатане как «бунтовщику против Бога»137.

22 Июня на открытии в Генуе памятника Мадзини носили в процессии черное знамя, древко которого было увенчано статуэткой Люцифера. После такой демонстрации антиклери-

кальный Генуэзский кружок послал в журнал «Католическое Единение», издаваемый в Турине, письмо и в нем объявил, что хоругвь Сатаны, когда наступит подходящий момент, предположено водрузить на всех церквах Италии и, главным образом, на Ватикане.

20 Сентября 1883 года в предместьях той же Генуи — в Корона Сан-Фруттуозо — вновь в пышной процессии были носимы черные хоругви с вышитыми на них изображениями Сатаны-триумфатора. Газета «Эпоха» напечатала на другой день следующее: «каркайте сколько угодно, издыхающие черные вороны! Отныне все ваши анафемы, ваши проповеди, все легенды ваши — все это только эхо в покинутых пещерах: Сатана не замедлит восторжествовать по всей линии».

На соборе кардиналов 30 Июня 1889-го года Лев XIII вынужден был заявить протест против публичного выставления в Риме знамени Сатаны, что имело место на открытии гражданской властью памятника развратному расстриге — монаху Джиордано Бруно.

Когда раздался этот протест папы, «Обозрение Итальянского Масонства» (том XVI, с. 356-357) выразилось по его поводу так: «Папа сказал: «vexilla regis prodeunt inferni» — «знамена князя ада двигаются вперед». Ну, что ж! Да, да, знамена ада двигаются вперед, и нет сознательного человека, любящего свою родину, который не встал бы под эти знамена, под эти хоругви франмасонства».

Тот же орган масонства, несколько ранее (том X, с. 265) напечатал следующее: «Гений грядущего, наш собственный бог, в нас самих закладывает зародыш нового закона добра... Душа нашего бога отвергает необходимость для социального блага освобождения человека от его животности (sic), ибо социальное благо в действительности есть не что иное, как следствие человеческой животности (sic). Ныне разрушающееся общественное здание нуждается в краеугольном (треугольном) камне, и камень этот будет положен нашим богом. И не на небесах, а на земле место этому камню.

Пройдите же вы, все страждущие, и поклонитесь Гению-обновителю, выше поднимайте чело ваше. Братия мои масоны, ибо грядет он — Сатана великий!» Так взывает к масонству «Обозрение Итальянского Масонства».

Культ Сатаны, таким образом, как мы видим, ищет повсеместно своего признания.

В Октябре 1905-го года богатый немец Герман Менц, обосновавшийся в Соединенных Штатах неподалеку от Нью-Йорка, воздвиг на пригорке, в своем имении, статую Сатане. Вышина этой статуи 5 метров, кроме пьедестала. Статуя эта изображает Люцифера, сидящего, как фавн, на корточках на скале и готового прыгнуть на мір. Голова его украшена двумя традиционными рогами, а в руке судорожно сжатый трезубец. Герман Менц бесплатно раздает брошюры, в которых проповедует свою веру в «единого» диавола.

В Нью-Йорке есть клуб, носящий название «Thirteen» («Клуб тринадцати»). Клуб этот в торжественном заседании избрал Сатану в пожизненные члены.

И во Франции у нас идет прославление Сатаны публично. Расстрига-аббат Шарбоннель, предавшийся спиритизму еще в то время, когда не снимал с себя рясы, приезжал в Лилль читать лекцию в собрании, на котором председательствовал масон Дебьер, и там, в домовой церкви Редемптористов изрыгал ужаснейшие хулы на Бога и славил Сатану.

Некий Ж. Шикойн, канадец, в год смерти известной анархистки Луизы Мишель поведал в газете «Правда Квебека» о том, что он видел и слышал у нас во Франции в 1880 году. В том году «красная девка», как звали эту анархистку, возвращалась во Францию из своего изгнания. 18 сентября в честь ее была устроена большая демонстрация. Ж. Шикойн попал на нее в компании с двумя парижскими журналистами и одним люксембуржцем. В зале, где происходило собрание, было тысяч до пяти народу. Председательствовал Рошфор. Известная фраза Бланки: «пі Dieu, ni maitre» — «ни Бога, ни начальства», — эта фраза служила темой для самых гнусных словоизвержений. «Наибольший успех, — пишет Шикойн, — выпал на этом сборище какому-то бесноватому апологету Люцифера. Он говорил: «Если бы можно было принять на веру легенду об отпадении ангелов, то их вождю подобало бы обоготворение за то, что он первый воспротивился авторитету. Его следует признать покровителем всех борцов за свободу и эмансипацию.

— Да здравствует Сатана! — крикнул кто-то из толпы.

— Да здравствует Сатана! — подхватили этот клич пять тысяч голосов с жаром и увлечением, граничащим с безумием.

«Видел толпу, обезумевшую до громогласного восхваления падшего ангела», — так пишет Шикойн, — это было зрелище, какое не часто встретишь».

Но хвалебный клич этот еще раньше черни раздался из академического міра: его орган «Журнал Дебатов» (нумер от 25 Апреля 1885 года) потребовал на своих столбцах восстановления чести демона: «Из всех существ, преданных некогда проклятию, — так писали в этой газете, — и нашим веком от него освобожденных, более всего, конечно, от цивилизации и прогресса выиграл Сатана. Фанатичное Средневековье на свой лад и себе в утешение изобразило его злым и безобразным уродом. Наш же век, столь плодовитый в реабилитациях всякого рода, нашел достаточно оснований и для оправдании этого несчастливого революционера, пустившегося из-за жажды деятельности в неверные предприятия. Наша снисходительность по отношению к Сатане вызывается еще и тем, что и он не стал уже так злобен, как прежде, когда, как дух-губитель, был предметом великой ненависти и страха. Очевидно, в наши дни зло стало менее сильно, чем было когда-то. Средневековью было позволительно питать к нему такую ненависть, ибо оно жило в постоянном присутствии зла сильного, вооруженного, укрепившегося за крепкими бойницами. Нам же, чтущим божественную искру, где бы она ни блестела, трудно предавать кого-либо

бесповоротному осуждению из опасения осудить хотя бы и малейший атом красоты».

Это уклонение в сторону Сатаны исходит от евреев.

Еще до Рождества Христова, в особенности же со времени рассеяния, некоторые евреи начали обращаться к учению и обрядам черной, или магической Каббалы, представляющей собою не что иное, как квинтэссенцию идолослужения, религию и культ падших духов, демонов. Учение Каббалы указывает способы входить в непосредственное с ним сношение. Масон Элифас Леви¹ утверждает, что «в средние века величайшими знатоками, учителями и вернейшими блюстителями тайн Каббалы были главным образом евреи. Не без основания, стало быть, фарисеи с их последователями в Апокалипсисе дважды названы Спасителем «сонмищем сатанинским», что то же — синагога или церковь диавола.

Франмасоны, следовательно, веру свою получили от евреев, и эта вера, по их мнению, некогда должна заменить собою веру в Господа нашего Иисуса Христа.

Известный знаток масонства и воинствующего иудейства, Гужено-де-Муссо, пишет: «Истинные вожди масонов находятся в теснейшем, интимнейшем единении с воинствующими членами иудаизма, с представителями и учителями высшей Каббалы. То же подтверждает и профессор магии, вышеупомянутый Элифас Леви: «Знание это, то есть Каббалы, нам передано евреями,

¹ Католический расстрига-священник. Настоящее имя Альфонс Констан.

а эти последние получили его от халдеев-сабеистов, потомков Хама, которые, в свою очередь, по мнению, принятому в магической науке, унаследовали учение это от сынов Каина.

«Еврейская Каббала, — говорит в книге своей «Франмасонство — синагога Сатаны»138, епископ Мёрин, — представляет собою философское основание франмасонства и ключ к нему».

Расстрига-священник Элифас Леви, он же — Альфонс Констан, слова которого мы привели выше, добавляет к ним следующее: «Религиозные обряды всех иллюминатов — Якоба Бёме, Сведенборга, Сен-Мартена — все они заимствованны у Каббалы. Той же Каббале всеми своими тайнами и символами обязаны и все остальные масонские общества».

Того же мнения держится и католический орган «Римский Наблюдатель». 1 Октября 1893-го года в нем напечатана была статья о франмасонстве, и в ней было сказано: «Франмасонство сатанично во всем: в происхождении своем, в организации, в деятельности, в целях, в средствах, в уставе своем и в управлении, ибо оно сделалось тождественно иудаизму, мало того — оно представляет собою величайшую силу и главную армию иудаизма, домогающегося стереть с лица земли Царство Христово и заменить его царством диавола»139.

В 1888 году некто Боссан, начальник почтовой конторы в Сен-Фелисьоне в Ардеше, вышел из состава членов «Ложи друзей человека», находившейся в местечке Анноней. С редким мужеством он настоял на том, чтобы выход его из ложи стал известен обществу. С этою целью он написал открытое письмо в газету «Турнонский Курьер», и в нем он пишет: «Надоело мне заседать в собраниях Аннонея, Лиона, Валенции, Вены, Женевы и Лозанны и не быть посвященным ни во что. Не желая посвящаться в высшие степени масонства, чтобы не быть связанным клятвой, я все-таки успел войти в общение с лицами из высшей масонской администрации, принадлежащими к различным национальностям, и от них узнал, вернее, понял из намеков, что культ масонства есть культ Сатаны»140.

В некоторых потаенных ложах Сатане совершается служение, до точности скопированное с католического Богослужения141. Один из наиболее умных масонских писателей, Рагон, особенно потрудившийся на пользу своей секты, издал в 1844 году в Париже под псевдонимом Жан-Мари де В. книгу под заглавием «Месса и ее таинства в сравнении с древними мистериями, или дополнение к науке посвящений». Путем искажения истины в книге этой доказывается происхождение всех частей мессы путем позаимствования из древних мистерий, сохраняющихся в тайных ложах, всех христианских праздников — из языческих празднеств, всех молитвословий, обращенных к святейшему имени Господа Иисуса, молитв к Пресвятой Богородице — словом, всего христианского обряда — из ритуала и заклинаний, которыми сопровождались языческое идолослужение.

Аббат Рибэ в книге своей «Божественная мистика» утверждает тоже, что «между шабашем франмасонов и колдунов нет существенной разницы и что их сущность одна и та же — культ Сатаны, осквернение святыни и всяческое бесстыдство».

Серж Бассэ, редактор газеты «Фигаро», однажды выразил печатно сомнение в существовании диавольских «черных месс» в тайных масонских ложах. На следующий день он получил письмо за подписью Бл. Окань, и в нем приглашение пожаловать в ближайший четверг в 9 часов вечера с нумером газеты «Матэн» в руках на площадь Сен-Сюльпис. Он так и сделал. Какая-то женщина усадила его в карету и увезла на другой берег Сены, но куда, того он определить не мог. Происходившее на его глазах во время этой «черной мессы» он описал в газете «Матэн», в нумере от 27 Мая 1899-го года. На подобии престола восседал живой козел, и перед ним сборище мужчин и женщин пело «gloria in profundis Satani» («слава в преисподней Сатане»)... Служащий черную мессу облачился в подобие священнического облачения и начал совершать пародию на мессу. Во время ее совершения он сделал перерыв, как это делают и священнослужители за настоящей обедней, и произнес проповедь, в которой сказал, что «мы собрались здесь для восстановления царства Сатаны, великого, прекрасного и кроткого Сатаны. Уничижая Христа, мы тем самым разрушим Его славу и восставим великого изгнанника в сверхвеликом его достоинстве. Настанет день, и князь міра сего, Сатана, наш владыка, восторжествует над Христом и примет поклонение, как истинный Бог»... После этой проповеди была принесена «жертва» — верх всякого бесстыдства и кощунственного ужаса, — а за ней последовал свальный грех, завершенный возлиянием крови142.

«К какому обществу принадлежат те люди, которые в наши дни вступили в союз с диаволом? — таким вопросом задается Гюисманс в своей книге «Ла-Ба» («Там, внизу»). — К ним, — говорит он, — принадлежат высшие чины Католической миссии, Коммунальные духовники, прелаты, абессы (игумении); в Риме же, где теперь находится центр современной магии, — и самые высокие сановники Церкви. Что же касается светских лиц, то набор их производится в среде богатых классов. Всем этим и объясняется причина, почему так старательно и быстро тушится всякая скандальная история подобного рода, когда на нее натыкается полиция...

Сатанические сообщества в наши дни подвергают духовному опустошению и Старый, и Новый Свет. В качестве религии своего рода сатанизм имеет и свою организацию, управляемую Комитетами, подкомитетами — словом, чем-то вроде папской Курии, которой подчиняется и Америка, и Европа. Самое значительное из этих сообществ это общество Ре-Теургистов-Оптиматов, основанное в 1855-м году. Цель его — разрушение старого общества и основание на его развалинах нового царства с культом диавола во главе, с Ре-Теургистами в качестве первосвященников. Местопребывание этого Общества находилось в Америке. Возглавлялось оно некогда известным американским писателем и поэтом Лонгфелло, именовавшим себя “Первосвященником Нового Магизма-Вызывателя”. У этого Общества были свои разветвления во Франции, в Италии, в Германии, в России, в Австрии, даже в Турции. В настоящее время это Общество или совсем сошло со сцены, закончив свое существование, или переменило кличку, ибо на его месте создано уже новое, поставившее себе целью избрание такого антипапы, который бы мог стать настоящим антихристом-Опустошителем143».

Как видно из изложенного, Сатана и доселе все еще стремится получить от человеческого рода божеское поклонение, некогда восхищенное им хитростью и затем утраченное.

Взойду па небо, выше звезд Божиих вознесу престол мой и сяду на горе в сонме богов, на краю севера; взойду на высоты облачные, буду подобен Всевышнему (Ис. XIV, 13-14).

От язычества Сатана получил желаемое, но пришел Христос и изгнал князя міра сего вон. И с той поры Сатана не перестает напрягать все силы свои, чтобы вновь вернуться в мір, откуда был изгнан, воспользовавшись для этой цели богоотступничеством евреев. Первоначально дверь ему открыта была адамовым грехопадением, вторично — отступничеством от Христа Спасителя, нечестием и нашей изменой Богу. В наши дни, по вине нашей, бесовское воинство входит в мір гораздо более многочисленным и могущественным, чем когда-либо после Голгофской Жертвы, будучи вызвано из бездны сатанинским криком Вольтера, столько раз повторенным после того в масонских ложах144.