IX.

IX.

1. Примерно в тоже самое время случилось так, что навстречу Мартину, возвращавшемуся из Треверов[785], попалась одержимая бесом корова. Покинув свое стадо, она бросалась на людей и уже многих забодала насмерть. И вот, когда животное стало приближаться к нам, то те, кто следовали за ней в отдалении, начали кричать громким голосом, чтобы мы поостереглись. 2. Но после того, как разъяренная [корова] с бешеными глазами устремилась на нас, Мартин, вскинув [навстречу] руку, повелел скотине остановиться: она тут же по слову его замерла неподвижно. Между тем Мартин увидел восседающего на ее спине демона и закричал на него: “Слазь, убийца, со скотины, прекрати мучить невинное животное”. 4. Нечистый дух повиновался и удалился. И хватило корове ума, чтобы не почувствовать себя [полностью] свободной: у ног святого, [наконец-то] обретя покой, улеглась, и затем по велению Мартина направилась к своему стаду и вошла в сообщество остальных тише овцы. 5. Это было в то время, когда находясь посреди пламени [Мартин] не ощутил жара, о чем, я полагаю, мне нет необходимости рассказывать, ибо наш Сульпиций, опустив это в своей книге, описал все затем в письме к Евсевию, тогда пресвитеру, а ныне епископу[786]. Его, я думаю, ты, Постумиан, уже или прочитал или, если оно тебе еще неизвестно, когда захочешь, всегда найдешь, в этом шкафу; мы же расскажем о том, что было пропущено.

6. Однажды, когда [Мартин] объезжал диоцез, мы неожиданно столкнулись с группой охотников. Собаки преследовали зайца, и уже долгое время затравленный зверек не имел никакого спасения на широко раскинувшихся полях, и уже неминуемая смерть [грозила ему] и уже начал он, часто петляя, бросаться из стороны в сторону. Блаженный муж, сочувствуя его беде, с благочестивой целью повелел собакам прекратить преследование и позволить ему спастись бегством. Тут же по первому приказанию они остановились, поверишь ли, [словно] привязанные, точнее даже - пригвожденные, к своим следам. Так зайчик, настигнутый преследователями, остался живым.