309.

309.

1) Пришел вчера посланный от царя; и мы все всполошились, зная, что царь не благоволит к нам. Если б знали, что он благоволит, иначе бы встретили пришедшего от него. Так душа встретит вестника смерти: радостно, если уверена в божием благоволении, и с ужасом, если не уверена. – 2) примиримся же с богом, сделаем друзьями ангелов. к сему слезы покаяния, бдение над собою, взаимные молитвы, наипаче же причащение св. Таин. – 3) При сем излагается, как следует приступать к св. Тайнам, как это спасительно, и как жаль, что редко причащаются, с наказом – вперед причащаться чаще. [4, 107]

1) Вчера, как только прибыл сюда царский посланный, тотчас крайне встревожились мы, поражены быв неожиданностию его прибытия. Когда же потом узнали, что он не ради нас прибыл, еще скорее отрешились от страха. Спрашиваю теперь, чего ради так испугались мы? Не от сознания ли, что царь не только неудовольствие имеет на нас, но даже ненавидит и презирает нас. И напротив, если б мы были любезны царю и принадлежали к числу близких к нему, не обрадовались ли бы мы прибытию лица от него, зная, что он всегда относился к нам благосклонно? – Но к чему завожу я такую рчь? – К тому, что таким же образом и душа, доброю жизнию заслужившая иметь Бога благоволительным к себе, во время исхода своего из тела, когда послется за нею от Царя всех Ангел, не убоится, но с удовольствием воззрит на него и с радостию отыдет к Владыке своему. Если же она не такова, то придет в смятение и ужас, и в себе не имея твердости, и ниоткуда не ожидая помощи и утешения. Ибо здесь и брат, и друг могут упокоить душу и отогнать страх; а там ничто такое неуместно, и Ангел немилосердо и жестоко возьмет бедную душу. – Слыша слово сие, не чувствуем ли мы движений страха в душе? Если же слышание о сем производит страх; то что постраждем мы, когда будем самым делом находиться в таком подожении? – И как душа предстанет тогда судищу Христову? – Река огненная, по пророку Даниилу, течет шходящи пред Ним, тысячи тысяч служат Ему, и тмы тем предстоят Ему (Дан. 7, 10), – и Судия – страшный и неумолимый, и ответ – до праздного слова, как сказано в Евангелии (Мф. 12, 36). Как стерпит тогда все сие душа? – Воистину страшно есть впасти в руце Бога живаго (Евр. 10, 31). И еще страшнее, когда услышит она праведнейшее решение, предающее ее бесконечному мучению.

2) Сего ради прошу и молю, примиримся с Богом прежде смерти, стяжем Его благоволение; сотворим друзьями своими Ангелов, имеющих прийти за нами, – сделаем бденным мысленное око свое и ум непобедимым, не склоняясь на влечения страстей; если поскользнемся когда, поскорее встанем; многими слезами будем угашать разжженные стрелы лукавого и вместо того возвышать любовь ко Христу. – Много может, говорит, молитва праведнаго споспешествуема (Иак. 5, 16); почему нужду имем мы в молитвах друг о друге и в молитвенных друг о друге поминаниях. Много могут также слезы и сокрушение, паче же всего причащение святых Таин, – к коему видя вас, не знаю почему, нерадиво относящимися, крайне дивлюсь. В воскресенье еще бывают приступающие к таинствам; когда же Литургия бывает в другой день, никто не подходит. Даже в монастыре каждый день, бывало, причащались желающие; а ныне очень редко это бывает, и даже совсем не встретишь этого нигде.

3) Говоря сие, я совсем не желаю, чтоб вы приступали к Тайнам просто, как ни пришлось. Ибо написано: да искушает же человек себе, и тако от хлеба да яст и от чаши да пиет. Ядый бо и пияй недостойне, суд себе яст и пиет, неразсуждая тела Господня (1 Кор. 11, 28, 29). Нет, – не этого я хочу; да не будет! Но чтобы мы, горя желанием приобщиться, сколько можно, очищали себя, и таким образом сподоблялись дара сего. Ибо предлежащий хлеб есть причастие жизни, как говорит Господь: Аз есмь хлеб животный, иже сшедый с небеси: аще кто снесть от хлеба сего, жив будет во веки. И хлеб, егоже Аз дам, плоть Моя есть, юже Аз дам за живот мира (Ин. 6, 51); и опять: ядый Мою плоть, и пияй Мою кровь, во Мне, пребывает и Аз в нем (Ин. 6, 56). Видишь дар неизреченный и безмерный? Не только умер за нас Господь, но и в пищу нам Себя предложил. Что паче сего может изъявить державную любовь Его к нам? И что спасительнее сего для души нашей? – Если теперь обычной пищи никто не лишает себя каждодневно и, не вкусив ее, тяготится тем крайне; то с чем сообразно, – когда предлагается всем не обычный хлеб, но хлеб жизни, и не обыкновенная чаша, но чаша бессмертия, безразлично относиться к тому, вкусил ли кто их, не почитая сего дела необходимым? О какого неразумия и бессмыслия служит сие свидетельством! Если это и бывало доселе, после сего, прошу, укрепимся не допускать сего более, зная силу сего дара Божия, но всегда, сколько сил есть, очищая себя, будем приступать и причащаться святых и освящающих Таин. – И это, как думаю и как воистину есть, сильно будет помогать нам в хранении себя чистыми, побуждаясь к тому приготовлением к причащению и чаянием его. При равнодушии же к причащению страстям более предоставляется свободы и простора уловить нас. – Будет это для нас и всегдашним напутствием к Жизни Вечной, которую да сподобимся получить все, благодатию и человеколюбием Господа нашего Иисуса Христа.