Глава 15

Глава 15

- Это настолько интересно, — сказала Брук, не сумев сдержать эмоций, хотя говорить это вслух она не собиралась. Ее восхищение идеей Ника в отношении окон, заставило ее отправиться в книжный магазин за Библией. Однако вместо того, чтобы найти ответ на мучивший ее вопрос, читая Библию, Брук находила множество новых вопросов.

Ник оторвал свой взгляд от наброска.

- Что, интересно? — спросил он.

- Мысль о том, что Бог усмотрел этого агнца, — она сглотнула слюну и постаралась выровнять голос, — знаю, ты думаешь, что я невероятно глупа. Я никогда не читала истории об Аврааме или Исааке, или о том, что Бог усмотрел агнца вместо того, чтоб был принесен в жертву Исаак.

- Это довольно-таки интересно. Думаешь, нам стоит изобразить Исаака на алтаре? Лезвие ножа — Авраам готового принести его в жертву.

- Боль и слезы на его лице.

- Однако глаза его обращены к Богу, — добавил Ник, — потому что он знал, что Бог не нарушит завета, а Он обещал, что восставит великий народ через Исаака. Бог должен был либо остановить Авраама, либо воскресить Исаака из мертвых.

Брук взглянула на Ника.

- Сможем ли мы изобразить все это на витражах? Простота рисунков может уменьшить заложенный в них смысл.

- Думаю, мы сможем сделать это, — сказал Ник, — мы покажем достаточно, чтобы люди возжаждали прочитать в Писании нечто большее.

Брук замолчала, глядя на свой набросок.

- Ты умный, Ник, — прошептала она, — это же не просто искусство для тебя, не так ли? Цель этой работы в том, чтобы привлечь людей к Источнику, чтобы они жаждали читать Библию?

Он улыбнулся.

- Мудрый как змея, простой, как голубь. Сам Иисус нам заповедал быть такими.

Брук потянулась за пачкой набросков, уже законченных ею, и начала просматривать их. Брук замерла, когда дошла до изображения Марии, держащей в объятиях своего избитого, истекающего кровью сына и омывая его слезами.

- Вот этот, — прошептала она, — именно он обращает к чему-то... настолько глубокому.

Он посмотрел на нее.

- Думаешь, это слишком?

Она продолжала смотреть на набросок.

- Это зависит...

- От чего?

- От того, хочешь ли ты, чтобы люди смогли отвести свой взгляд.

Он улыбнулся.

- Я нет.

- Пастору, наверное, будет трудно завоевать внимание людей, когда они не смогут оторвать взгляд от Иисуса.

- В этом-то и состоит задача пастора, — сказал Ник, — помогать людям не отводить взгляд от Иисуса. Хорее будет в восторге.

Она затихла на какое-то мгновение, но будоражащие мысли, словно титры фильма, пробегали по ее лицу. Затем она пролистала еще и наброски Ника, остановившись на черновом изображении мужчины, одетого в современную одежду: джинсы, футболку и теннисные туфли, и несущего крест на своих плечах.

- Я не понимаю чего-то в этом эскизе, — сказала Брук.

- Иисус является Новым Заветом, — сказал Ник, — если мы вступаем с Ним в этот завет, то мы должны брать свой крест и следовать за Ним.

- Взять свой крест? Как? Что он имел в виду? — эти вопросы возникали в ней почти одновременно. Но не желая выявить свое незнание перед Ником, она дала слово себе, что найдет ответ сама, когда у нее будет время заглянуть в Библию.

- Что-то не так? — спросил тихо Ник.

Она покачала головой.

- Нет, просто мне нужно было быть более внимательной в детстве на занятиях в воскресной школе.

Брук не понимала, почему ее глаза наполнялись слезами, или почему появилось странное острое желание в ее сердце, — она не была еще уверена в чем оно, но желание становилось все сильнее и сильнее.

Ник потянулся рукой через стол и коснулся ее подбородка.

- Я же вижу, что что-то не так. Скажи мне, Брук, в чем дело?

Она и сама не понимала в чем дело, но знала, что не может выразить этого острого ощущения пустоты или потребности, или...

- Эй, Пикассо.

Они оба вскочили. Сонни стоял, опершись о дверь. На нем были потертые джинсы, черная кожаная куртка и шлем в руке. Он пробежал глазами по комнате, но ничего не мог понять — что же здесь происходит? Его глаза выражали удивление ребенка, попавшего в Диснейленд.

- Сонни! — голос Ника прозвучал без особого энтузиазма при виде своего племянника, но все же он заставил себя улыбнуться, — входи.

Брук быстро вытерла влажные глаза, пока Ник отвернулся к племяннику.

- Брук Мартин, познакомься с моим племянником, Сонни Кастори.

Глядя на Брук с лукавой улыбкой, Сонни сделал шаг вперед и протянул ей руку.

- Если вы не возражаете, — проговорил он неловко, — позволю себе сказать, что теперь вижу, из-за чего была вся эта шумиха.

Сердцем чувствуя, на что намекал племянник Ника, хотя и сказал это в форме комплимента, Брук постаралась не злиться на него.

- Приятно познакомиться с тобой, Сонни, — сказала она.

- Что привело тебя сюда? — спросил Ник, — я думал, ты сейчас на занятиях.

Сонни глянул на часы.

- В пять тридцать? Я тебя умоляю.

- Пять тридцать? — Брук сняла свои часы с кульмана и открыла рот от удивления. — Ник, мы делали перерыв на обед?

Ник начал смеяться.

- Не думаю.

- Послушай, — сказал Сонни, — ты хочешь сказать, что вы работали целый день и даже не знали, который сейчас час?

Брук села на стул.

- Мы много сделали, но до завершения еще далеко.

Сонни посмотрел на рисунки — его лицо выражало явное восхищение. Он начал осторожно просматривать наброски. От неожиданности Сонни присвистнул — ничего себе!

- Слушай, это великолепно! Я серьезно, эти вещи по-настоящему прекрасны.

Глаза Брук заблестели.

- Ты думаешь?

- Точно, — он повернулся к Нику, не оставляя рисунков, — послушай, я пришел спросить, могу ли я принять твое предложение и воспользоваться твоей студией сегодня вечером. Но если я могу чем-то помочь в церкви, мне бы очень хотелось быть частью этой работы. Я могу перерисовывать или раскрашивать рисунки, или что-нибудь еще.

Ник посмотрел на Брук.

- Что ты думаешь?

- Думаю, он послан нам Богом. Я не думала, что мы сделаем презентацию уже цветных рисунков, но с его помощью мы можем успеть.

Сонни снял свою кожаную куртку и, бросив ее на стул, нетерпеливо потер руки.

- Просто пометьте каждый рисунок нужным цветом, и я займусь ими, — сказал он.

Брук улыбнулась и покачала головой. Сонни был очень похож на Ника.

- Я закажу пиццу, — сказал Ник, направляясь к телефону, а Брук покажет тебе, с чего начать.

Пока Ник набирал номер, Сонни и Брук уже работали вместе плечом к плечу.

Было уже за полночь. Ник увидел, что Брук уже сильно устала, и должен был признать, что семнадцать часов работы — это слишком даже для него.

Проводив Брук до машины, Ник вместе с племянником устало побрели к «харлею», припаркованному рядом с «Бьюиком».

- Твоя мама убьет меня за то, что я так долго задержал тебя.

- Без проблем, — сказал Сонни.

Он перекинул ногу через «Харлей», натянул шлем и посмотрел на дядю.

- Эй, Пикассо, спасибо, что разрешил мне помочь вам. Можно мне прийти завтра вечером?

- Ты можешь приходить так часто, как только будет получаться, — уверил его Ник, — но не благодари нас. Мы с Брук крайне нуждаемся в твоей помощи.

Сонни положил руку на руль, ключи болтались у него на пальце.

- Она — приятная дама, — сказал он, — как я уже говорил ранее, теперь понимаю, из-за чего был весь этот сыр-бор.

Ник глубоко вздохнул и посмотрел туда, где только что гудела машина Брук.

- Сделай одолжение, не напоминай ей больше обо «всей этой шумихе», хорошо? Это как грязное пятно.

Сонни усмехнулся.

- Да, точно. Но я серьезно, она не похожа на всех остальных женщин. Что-то в ней... Она особенная.

Ник улыбнулся.

- Да, она такая и есть.

Сонни завел двигатель, покрутил пару раз ручкой акселератора перед тем, как сорваться с места.

- Хорошо, значит увидимся завтра, — сказал он.

Ник смотрел, как его племянник скрывается из вида — одиноким огоньком под звуки переключаемых передач. Какое-то мгновение, и он уже сам стоял на темной стоянке, и чувство холода и одиночества вдруг подобралось к нему.

Никогда в жизни он еще не проводил с кем-то так много времени, и теперь, когда она уехала, Ник испытывал странное ощущение пустоты. «Оставь это, Марселло», — говорил он себе. Ты просто устал.

Может быть и так, думал он, но независимо от того, устал или нет, он не мог выбросить Брук Мартин из головы.