25:1—12 Великое освобождение

25:1—12 Великое освобождение

25:1–5 Конец тирании. Эта хвалебная песнь начинается без всякого вступления (в отличие от таких же песен в ст. 9; 26:1—21; 27:2—11). Повторение слова безжалостные в ст. 3, 4, 5 в переводе NIV (в синодальном переводе «страшные племена», «тираны», «притеснители». — Примеч. пер.) подчеркивает особенные страдания и соответствующую благодарность слабых и угнетенных. Это Magnificat Ветхого Завета. Два определения действиям Господа («дивные дела», «предопределения» или «советы»; AV, RV) уже встречались в именах обещанного царя (9:6) и еще будут повторяться в 28:29. О долгом вынашивании Его планов (древние), которое любил подчеркивать Исайя, см.: 22:11. Таким образом, песня восхваляет не только грядущую победу (когда крепости врагов будут повержены [2], Он будет прославлен [3], а ликование притеснителей подавлено [5]), но и убежище, уже обретенное в Господе, пока зло царило в мире (4) — его нападение изображено в терминах стихийного бедствия, бури и испепеляющего зноя.

25:6—8 Конец тьмы и смерти. Описание трапезы (6) вносит позитивную ноту в то, что в ином случае показалось бы просто сухим отчетом об устранении различных бедствий. Звучит радость по поводу достигнутого (потому что трапеза — это празднование), об изобилии (6б) и о разделенном восторге (следует отметить пятикратное повторение слова все в ст. 6—8). Наш Господь наслаждался такими трапезами, хотя и предлагал Своим ученикам совсем другую чашу (ср.: Мф. 26:29).

Покров или пелена (лучше перевести «покрывало») могут означать или траур (7б), или слепоту (ср.: 2 Кор. 3:15) падшего человечества; оба варианта вполне уместны. Перевод навеки (8а) наиболее точный (ср. напр.: 28:28), но корень слова также содержит намек на понятие «победа» (ср.: 1 Кор. 15:54) или превосходство, а в 1 Цар. 15:29 и 1 Пар. 29:11 используется также в значении «Слава» и «величие» соответственно. В другом смысле это обещание подводит итог Ветхому и Новому Заветам. В одном стихе (ср. также: Отк. 21:4) исчезает последний враг и утирается последняя слеза.

25:9—12 Конец гордости. Ст. 9 принадлежит предыдущему отрывку так же, как и этому; но слово «ибо» (10), опущенное в NIV, более тесно связывает эти стихи. В глаголе, использованном в значении уповали, присутствует оттенок страстного ожидания (ср.: 26:8; 33:2; 40:31, где NIV выражает это понятие глаголами «ждали», «жаждали», «надеялись»).

Поражает отдельное упоминание о Моаве в отрывке такого вселенского масштаба (ср.: Едом в 34:5), здесь же он предстает как воплощение гордыни (116; ср.: 16:6), вероятно, в особенности такой гордыни, которая бывает характерна для маленьких людей. Образ соломы в навозе или выгребной ямы выражает презрение и окончательность суда над гордыми (ср. последствия в 14:14–15,19).