26:1 — 27:23 Израиль исчисляется (вторая перепись); определяются границы земли наследования

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

26:1 — 27:23 Израиль исчисляется (вторая перепись); определяются границы земли наследования

26:1—4 Господь повелел провести второе исчисление. Приготовление к этому исчислению начиналось так же, как и во время первой переписи. Новая перепись означала, что закончился период наказания и пришло время снаряжения для вторжения в заповедные пределы. Эта перепись должна была проводиться на тех же условиях, что и первая (26:2 вкратце повторяет 1:2).

26:5—51 Израиль исчислен по коленам его. Следует отметить три особенности в отчете о данной переписи: общая численность Израиля несколько уменьшилась по сравнению с тем, какой была сорок лет назад (см.: 1:17—46); уменьшилась численность одних колен, но несколько увеличилась других; на этот раз роды и семейства в каждом из колен были поименованы. Приведены также замечания о восстании Корея (что является предупреждением; 10; ср.: 1 Кор. 10:6; 11), есть упоминания о гибели двух сыновей Иуды (19) и о том, что у Салпаада из поколения Манассиина не было сыновей, а только дочери (33).

Очень важно понять все особенности данной переписи. Во–первых, некоторое уменьшение числа израильтян указывает на тот факт, что из–за мятежа против Бога благословение не распространилось на поколение, вымершее в пустыне. Умножение народа всегда свидетельствовало о благословении Божьем. Но годы, когда Израиль «топтался на месте», не были благословенными. Другие особенности отражают основной интерес автора Книги Числа, прявившийся в главах 26 — 36, — вопрос наследования. Каждая из этих особенностей многое определила при овладении наследственной земли. Это становится понятнее по мере углубления в третью часть Книги Числа. В частности, удел коленам будет назначаться соответственно их численности, и это в перспективе столетий станет определять масштабы их благосостояния. Примечательно также и то, что серьезное внимание уделено вопросу наследственного права дочерей Салпаада, а это имело жизненно важное значение, поскольку обычно наследство переходило к сыновьям (27:1–11 и 36:1–13).

26:52—56 Распределение земли. Основное содержание третьей части книги — наследование земли в Ханаане. Каждое колено получит землю по указанию жребия и соразмерно своей численности. Это не значит, что решение предавалось на волю случая. Сыны Израилевы знали, что Бог повелевает жребием (Прит. 16:33).

26:57–62 Левиты исчислены. Во время первой переписи левиты исчислялись отдельно, поскольку они не призывались на военную службу, но должны были служить при скинии. И на сей раз они были исключены из основной переписи, поскольку не имели права на земельный удел. В этом нет ничего нового. Если бы левиты получали земельный удел наравне со всеми другими коленами, то, занимаясь земледельческим трудом, они отвлекались бы от служения Богу (см. ком. к 18:8—32). Данное положение отражает принцип, по которому служителям Божьим не должно чрезмерно вовлекаться в житейские дела, но следует всецело посвятить себя служению Богу (2 Тим. 2:4).

26:63—65 Не осталось ни одного человека из старшего поколения. Вот почему Господь повелел произвести второе исчисление народа. Здесь можно видеть спокойное напоминание о том, что суд Божий есть суд верный и несомненный. Как Он и поклялся, никого из поколения, восстававшего на Него, не осталось в живых, кроме Иисуса и Халева. Никогда нельзя забывать, что Бог непременно исполняет Свое слово. В частности, ни одна клятва Божья не осталась неисполненной; не случится такого и в будущем.

27:1—11 Удел дочерей Салпаадовых. Традиционно наследство должно было передаваться сыновьям (напр.: Быт. 27; Втор. 21:15–17; Лк. 15:11–32). В родословиях женщина упоминается крайне редко (Мф. 1:3—5 представляет собой исключение). Женщина не имела независимого положения в обществе и находилась в подчинении у своего отца или супруга (см. ком. к гл. 30). Принцип мужского главенства в церквах был сохранен апостолами (1 Кор. 11:2–16; 14:34–37; Ним. 2:9–15; 1 Пет. 3:1—6). Таким образом, дочери Салпаада вполне обоснованно опасались, что не получат удела, поскольку их отец умер, а братьев у них не было. Их поступок представляется весьма знаменательным. Они пришли ко входу скинии собрания (2). (Здесь находилось судебное место, на котором встречались начальники собрания и, что более важно, место, где пребывал Судия всей земли; см. ком. к 16:16—35.) Итак, дочери Салпаада обратились к Богу, защитнику беззащитных, сирот и вдов (Иак. 1:27). Бог всегда охранял право Его народа на свой удел в земле обетованной (обдумайте 3 Цар. 21; Ис. 5:8).

Обратившись к Богу, дочери Салпаадовы нашли справедливое решение, а Израиль получил твердый закон, призванный ограждать права других людей, оказавшихся в подобном положении (6–11). Это происшествие не было случайностью в жизни Израиля. Намек на положение дочерей Салпаадовых уже был сделан в 26:33, и это же дело заключает всю книгу в целом (36:1–13). Духовное значение данной темы безмерно. Ханаан был родиной, на которой Бог должен был установить общение со Своим народом. Если кто–то из народа Божьего не получал удела в этой земле, он автоматически исключался из благодатного общения с Богом. Ханаан не был просто местом для проживания; не был он и лишь знаком, указывающим на новую землю и новый Иерусалим. Исторически Ханаан представлял собой Царство Божье и единственное место, в котором Бог был известен земле (Втор. 4:7). Посредством наставлений, предписаний, указаний, которые будут отдаваться здесь, мужчины и женщины будут вступать в Царство Божье. Следовательно, дело дочерей Салпаадовых вовсе не являлось делом обыденным.

27:12—33 Иисус назначен преемником Моисея. Моисею вскоре предстояло взойти на гору Нево, где он и должен был умереть (Втор. 32:48–52; 34:1–12). Последними делами Моисея стали: назначение Иисуса, отмщение мадианитянам и новое представление закона Божьего. Даже этот великий служитель Божий, «верный во всем доме Его» (Евр. 3:2), не мог вступить в Ханаан, поскольку однажды он не прославил Святость Бога. Этот пример может научить народ Божий трепетать пред Его святым именем (Ис. 6:1—5). Святость Божья абсолютна; она ни на йоту не может быть изменена, чтобы приспособиться к грешным людям. Вот. здравый призыв проявлять внимание к слову Божьему, к каждой строчке и к каждому предложению. Но представляется, что даже и тогда невозможно человеку вступить в это царство. Именно поэтому основанием для радости становится то, что Христос вошел в небо, чтобы предстать ныне за нас (Евр. 9:24). Христос вошел туда, куда никто из человеков войти не может.

Моисей, зная, что ему вскоре предстоит умереть, выказал свойственную ему заботу о своем народе. Израильтян нельзя было оставишь как овец, у которых нет пастыря (ср.: 3 Цар. 22:17; Иез. 34:5; Мф. 9:36). Он просил Бога назначить другого вождя народа, поскольку одному Богу ведомо сердце человеческое и один Бог есть Бог духов всякой плоти (16; см.: 16:22).

о том же заботились и апостолы, когда избирали другого на место Иуды Искариота (Деян. 1:24). Народ Божий должны вести люди, одобренные и назначенные Самим Богом. Избранные Богом руководители всегда стремились удостовериться в том, что поступают в согласии с волей Божьей (см.: 1 Цар. 30:7–8; Деян. 16:6–10). Итак, Иисус был человек, в котором есть Дух (18). Народные вожди Израиля могли быть водимы лишь Духом Божьим (см.: 11:25; 1 Цар. 16:1–13; Деян. 20:28). Символическим актом назначения Иисуса преемником Моисея было возложение рук (см. ком. к 8:5–26).